Книга совпадений. Чудеса на дороге к Богу. Рассказы - Александр Альбертович Казакевич

одной семьи, чтобы святителю Николаю молились, а он им не помог. Однажды, во время одного из авианалетов на Палестину в тысяча девятьсот сорок восьмом году, здесь произошло вот какое чудо: святитель Николай вдруг во всем облачении появился на крыше нашей церкви. Весь город видел, как он ловил бомбы, которые падали с неба. И ни одного взрыва в ту ночь не произошло. Когда папа римский узнал об этом чуде, пораженный, прислал нам большую частичку мощей Николая Мирликийского. Папа римский! В арабскую православную церковь! Представляете? Это пальчик Николая Угодника. Он до сих пор хранится у нас! Местные жители ему сшили красную шапочку и красный кафтанчик, начертили личико. Получился маленький Дед Мороз. И у него теперь загадывают желания. И они исполняются.

– И вот мы приходим на УЗИ в больницу, – не потеряла нить разговора попадья, – и нам говорят: поздравляем! Я спрашиваю: «Кто там? Мальчик?» – «Нет!» – «Девочка?» – «Нет!» – «А кто тогда?» – «Два мальчика!!!» Так у нас за один раз появились и Серафим, и Никола. Все желания и отца Моисея, и мои сразу исполнились! Вот такое счастье!

– У нас считается, что пять детей – это очень много! – прокомментировал я.

– А у нас считается, что могло бы быть и больше, – ответил отец Моисей. И было видно, что эта тема его очень волнует. – В нашем городе Бейт-Джала живет тринадцать тысяч человек, из них христиан всех конфессий – семь тысяч. Мы сохраняем пока большинство, но, если смотреть вперед, у нас не очень хорошие перспективы. Наша молодежь женится поздно, успевают родить максимум четыре ребенка, не больше, потому что жизнь дорогая. Мусульмане здесь совсем иначе относятся к образованию, медицинскому обслуживанию, комфорту, дорогим покупкам – для них это не так важно. Ребенок рождается и живет, можно сказать, на улице. В четырнадцать лет у него появляется первая жена. К сорока годам у него уже есть четыре жены и детей, может, тринадцать, а может, и двадцать. И я смотрю вперед – христиане в опасности.

– Ну, я хочу напомнить вам, что все дети – ангелы! Так что, батюшка Моисей, благослови Георгию засчитать детей нашего дома.

– Благословляю, – заулыбался отец Моисей. – А когда вы ехали сюда, неужели не поинтересовались гостиницей? Где вы будете жить? Вы нам не мешаете, не подумайте, просто интересно!

– Когда нас направлял сюда батюшка, – пустился я в объяснения, – он дал вифлеемский номер телефона. Но вчера никто не брал трубку, а потом мой мобильный разрядился. Он сейчас заряжается. Можно, я позвоню?

Я стал набирать номер, данный мне отцом Никодимом. В это время и у батюшки Моисея зазвонил телефон.

– Поговорить не дадут, – заметил он. – Но что делать, теперь так и будут звонить – все должны поздравить своего священника.

– Надо было отключить, – посоветовала попадья.

– А если позвонит мой братик и муж Маши Джон, как тогда?

Он ответил на звонок. И оказалось, что я именно ему и звоню! Это телефон отца Моисея дал нам батюшка Никодим перед выездом. И выяснилось, что они учились вместе в Ленинградской семинарии. И попадья Наталья его тоже хорошо знает. А мы именно здесь сами оказались. Невероятно! Хотя с каждой минутой все меньше и меньше вещей вызывало у меня удивление. Скорее не невероятно, а промыслительно.

Все засмеялись. Попадья начала вспоминать, как она вчера решила нас нагнать уже после того, как мы попрощались, и спросить о ночлеге.

– А где бы вы ночевали, если бы Наталья не позвала вас к нам разговеться? – спросил отец Моисей.

И мне пришлось с самого начала рассказывать, как мы с Георгием стали владельцами телеги с ослом. И рассчитывали, что спать будем там.

– И кроме подсчета ангелов, никаких больше дел нет в Вифлееме? – Батюшка продолжал расспрашивать.

– Дел как раз полно, – выдохнул Георгий, – нам надо найти деда Егора и инокиню Тамару, у которых вчера, после прохода КПП, остались наши паспорта, проверить, забрали ли ослика, которого мы оставили в русской гостинице.

– Так вы сейчас в гостиницу? Мы вас подвезем!

– Спасибо!

Но подвезти нас не получилось, потому что из аэропорта примчался запыхавшийся муж Маши Иоанн, которого здесь все называли Джоном. Бледный и возбужденный, в окружении многочисленной родни, он мало что понимал, бросался из двери в дверь, желая попасть к жене и ребенку. И вся родня с криками, возгласами и радостными охами и выдохами бегала за ним. Мы решили удалиться из дома. Сейчас мы могли бы только помешать.

Дорогу мы выучили очень хорошо.

Мы шли через город, в котором провели меньше суток, но здесь уже столько всего произошло. И это был еще не финал.

Нам распахнул объятия счастливый, светлый Вифлеем. Сегодня ему было не спать, не отдыхать, не грустить! Праздник выплеснулся на все улицы и задел каждого человека, который здесь пребывал. Какие ароматы носились в воздухе! Сколько нам встретилось людей, спешащих к праздничным застольям. Они несли в руках кульки, свертки, кастрюли с какой-то едой. А вокруг центральной елки города издалека могло показаться, что шевелится земля. Все было запружено людьми. И каждый был счастлив. Наверное, много существует причин, чтобы оказаться на Рождество в Вифлееме: рождественские каникулы, горящие путевки, возможно, недорогие билеты, кто-то здесь за компанию. Приехавшие на праздник могут полагать, что они попали сюда вроде бы как случайно. Но история учит: что со стороны кажется случайным, на самом деле чаще всего определено свыше. Поэтому многих гостей Вифлеема вскоре могут ждать большие перемены в судьбе. Так было на протяжении всех тысячелетий существования этого места. Так происходит и сейчас.

Этот город сам выбирает тех, кто ему нужен. И никто не может этого изменить. Ведь не было никаких оснований, чтобы Христос, как предсказывали пророки Ветхого Завета, родился именно в Вифлееме. Юная Мария в доме Своего мужа Иосифа в Назарете с трепетом ждала непорочно зачатого ребенка. Срок был большой – уж точно, не для путешествий. Но вдруг обстоятельства словно вытеснили Марию и плотника Иосифа из Назарета и привели сюда. Почему-то именно в этот момент понадобилась римским властям перепись населения, которую они раньше никогда не проводили, да еще с условием, чтобы каждый житель Палестины вернулся в свой родной город. И Мария, и Иосиф – это потомки царя Давида. Тысячелетие до этого Давид родился в Вифлееме и был помазан на царство. Поэтому Вифлеем был их городом. Согласно римскому указу о переписи, они смиренно пришли сюда.

И пророчества начали исполняться.

И теперь Вифлеем по какой-то причине впустил в свои ворота меня и Георгия.

Мы никуда не спешили, ведь неизвестно, где мы можем встретить своих ангелов. Но не меньше, чем встретить ангелов, хотелось повстречаться с Егором Фомичем и матушкой Тамарой. Не знаю почему, мы совершенно не переживали о судьбе наших паспортов. Решили про себя, что Господь все устроит. Сначала зашли в церковь Рождества. Там народу было не меньше, а может, даже и больше, чем во время ночной литургии, потому что приехало какое-то бессчетное количество паломнических групп. Очередь в пещерку стояла от самого входа в базилику. В главном приделе, наверху, в окружении священников, стоял невысокого роста человек и обращался к людям в храме. Нам сказали, что это патриарх Иерусалимский Феофил Третий говорит свою проповедь.

– Мы празднуем крайне важное событие – любовь Бога к человеку. Без рождения Иисуса Христа из чистой крови Девы Марии человечество пребывало бы в бедствии. Это жест примирения между Небом