История и культура древней Греции: энциклопедический словарь - Игорь Евгеньевич Суриков

к круглому плану порождает тип толоса (Дельфы, ок. 580 до н. э.). Что касается архитектуры Ионии, то там в VI в. до н. э. схема периптера усложняется посредством добавления еще одного, наружного, ряда перистасы; этот тип, получивший название диптера, отличается еще большим, чем периптер, взаимопроникновением с окружающим пространством (2-й и 3-й храмы Геры на Самосе, храм Артемиды в Эфесе). Примерно в одно время с периптером появляется характерный для греческой архитектуры тип светской постройки — стоя, представляющая собой отдельно стоящий портик и служившая местом общения горожан. Не позднее VII в. до н. э. возрождается и тип пропилеев, который применялся уже в архитектуре микенского периода (см. Минойско-микенское искусство), но теперь приобрел специальную функцию входа на священный участок. С VIII в. до н. э., во многом благодаря начавшейся тогда греческой колонизации, развивается градостроительство, высшим достижением которого стала гипподамова система (см. Гипподам).

Одновременно с разработкой классических типов храмового зодчества шел процесс, который, учитывая долгосрочную перспективу развития как античной, так затем и европейской классической архитектуры, надо признать еще более важным: процесс выработки ордерных форм, составивших наиболее долговечную и наименее подверженную изменениям часть универсального архитектурного языка. Создание архитектурного ордера было сопряжено с переносом в каменную архитектуру, возникшую на рубеже VII–VI вв. до н. э., форм дерево-сырцового зодчества и с их модификацией, обусловленной требованиями нового материала. Первые известные (на основании научных реконструкций; сохранились капители) каменные колонны принадлежали храму Афины Пронайи в Дельфах (ок. 640 до н. э.); их стволы еще сохраняли тонкость, свойственную деревянным колоннам, т. к. несли относительно легкие деревянные балки. Введение же каменного антаблемента заставило резко усилить толщину колонн, тем более что сами антаблементы были сначала особенно толстыми; это прежде всего касается дорического ордера. Гипертрофия архитектонических масс была особенно велика в первых дорических постройках из камня (храм Артемиды на Корфу, ок. 600 до н. э.; храм Аполлона в Сиракузах, 1-я четв. VI в. до н. э.); так, в храме Аполлона высота архитрава составляла больше четверти высоты колонн, а среднее отношение высоты колонны к ее нижнему диаметру составляло меньше четырех; интерколумнии были уже колонн. Дальнейшая эволюция дорического ордера была направлена на избавление от такой архаической массивности в сторону большей легкости и свободы конструктивных элементов: антаблемент становился тоньше, интерколумнии — шире, колонны — стройнее, их энтазис постепенно уменьшался, капители делались менее распластанными, при этом профиль эхина терял припухлости с боков. Этот процесс хорошо виден на примере храмов Великой Греции. Своего апогея он достиг в Парфеноне: здесь тектонический образ работающей конструкции ассоциируется уже не с изнурительным напряжением тяжелой вынужденной работы, а с бодрым мускульным тонусом добровольной активности. Тем самым ордер Парфенона явился полным осуществлением самой идеи архитектурного ордера, а в глазах людей своего времени стал архитектурным воплощением идеала полисной демократии, образа свободного человека и гражданина полиса.

Ионический ордер возник позднее дорического, в 50-е гг. VI в. до н. э. в Ионии (3-й храм Геры на Самосе, 2-й храм Артемиды в Эфесе, Дидимейон). Первоначально это был малоазийский вариант архитектурного ордера, характеризующийся отсутствием фриза. Дальнейшее его развитие протекало в греческой метрополии, где он, прежде всего под влиянием господствовавшего там дорического ордера, получил фриз; впрочем, в отличие от дорического фриза он был сплошным (ленточным) и обычно нес на себе единую фигурную композицию. Первыми памятниками этой важной (прежде всего для развития скульптуры) перемены стали небольшие здания трех сокровищниц — сифнийцев, массалийцев и книдян — на территории святилища в Дельфах, построенные в 30-е гг. VI в. до н. э.; в 478 или 475 до н. э. там же была сооружена первая ионическая постройка афинской работы — Стоя афинян. Во 2-й пол. V в. до н. э. ионический ордер развивался уже на почве Афин, оформившись там в свой т. н. аттический вариант, близкий к каноническому (храм Афины-Ники, Эрехтейон); в частности, вырабатывается т. н. аттическая база.

Наряду с влиянием дорического ордера на ионический имело место, особенно в V в. до н. э., и обратное влияние. Оно сказалось на архитектуре Великой Греции, а также Афин. Тенденция к сближению двух ордеров здесь проявилась в том, что ионический ордер иногда бывал включен в интерьер дорических построек (Парфенон, Пропилеи), иногда отдельные ионические элементы включались в контекст дорического ордера (ленточный фриз Парфенона и Гефестейона). Данная тенденция оставалась в силе и позже: последним важным ее проявлением, имевшим последствия уже для римской архитектуры, было возникновение в эпоху эллинизма дорической колонны с базой.

Тупиковой ветвью ранней эволюции ордерной системы стал т. н. эолийский ордер, а точнее — эолийская капитель, все образцы которой найдены в Эолиде (Неандрия, Напа, Ларисса; 1-я пол. VI в. до н. э.); ее влияние на ионическую капитель, имеющую совершенно особый тектонический строй, могло быть только внешним. Несравненно перспективнее оказался возникший в V в. до н. э. коринфский ордер; самый ранний случай его применения археологически засвидетельствован в храме Аполлона в Бассах (ок. 430 до н. э.).

IV в. до н. э. охарактеризовался не только развитием старых, но и появлением новых архитектурных типов. Самым значительным периптером этого времени стал храм Афины Алей в Тегее (1-я пол. IV в. до н. э., архитектор Скопас) с дорической перистасой и коринфскими полуколоннами в наосе. Примечательны два толоса: Фимела в Эпидавре и Филиппейон в Олимпии. Тогда же нашел свое воплощение в камне греческий театр — оригинальный тип постройки в виде полуамфитеатра (театр в Эпидавре, сер. IV в. до н. э., архитектор Поликлет Младший, и др.). Активно развивается мемориальная архитектура. Появляются все новые типы: гробница в виде периптера на высоком подиуме (Памятник Нереид в Ксанфе, Мавсолей в Галикарнасе), хорегический (см. Хорегия) памятник (Памятник Лисикрата в Афинах).

Для эпохи эллинизма характерен новый подъем градостроительства (Александрия Египетская, Приена, Милет, Пергам). Регулярная планировка, применявшаяся в городах, теперь распространяется и на большие культовые комплексы (напр., святилище Асклепия на о. Кос, III–II вв. до н. э.), раньше заметно тяготевшие к асимметрии плана (ср. Дельфы, Олимпия, о. Делос). Все более видными становятся общественные постройки (Булевтерий в Милете, Библиотека в Пергаме, стоя Аттала II в Афинах, — все II в. до н. э.; Базилика на о. Делос, Фаросский маяк в Александрии Египетской — III в. до н. э.)

Культовое зодчество в эпоху эллинизма особенно широко и пышно развернулось на западном побережье Малой Азии и близлежащих островах. Традиция больших диптеров Ионии была продолжена в храме Аполлона в Дидимах близ Милета. Это огромный (109x51 м) ионический диптер гипетрального типа (см. Гипетр); высота его колонн достигала 20 м; во дворе-целле, стены которого были декорированы ионическими пилястрами, находился храмик с культовой статуей. Другой колоссальный диптер, храм Зевса Олимпийского, был построен в Афинах; помимо своих размеров он примечателен тем, что в нем коринфский ордер впервые получил