Граф Суворов. Книга 17 - Иван Шаман

— Поэтому мы вначале должны собрать ополчение и дружины, которые сейчас глубоко законспирированы, затем объявить о независимости, и лишь потом начать изъятие средств в казну, — согласился Пётр, решив играть на полную. — Итак, можем ли мы рассчитывать на польскую освободительную армию?

Час 1. Штаб Петроградского военного округа, возглавляемый Кришьянис Райнисом и Карлом Робертом Хуртом.

— Никто не объявил о независимости, — с удивлением сказал Карл, просматривая дипломатическую корреспонденцию.

— Но разведка отмечает формирование народных дружин, вооружение населения, укрепление правительственных зданий, — возразил Райнис. — Это что, настолько заметно? Как они вообще это поняли, если не находились бы внутри процесса? Это же не на площади оружие раздают, а по конспиративным квартирам.

— Отследили по наличию оружия на складах и движению транспорта, — отчеканил адъютант Суворова, оставшийся при штабе. — Обычная практика.

— Ладно… А что у нас от Лиги Наций? Заверения в дружбе и нейтралитете? Это как интересно… А тут что… перехваченное письмо о всемерной поддержке и предоставлении военных подкреплений, как только начнётся восстание, — Карл нахмурился, перечитав сведения ещё раз.

Это письмо ему было знакомо. И он искренне считал, что о нём никто не знает, кроме самых приближённых лиц. И тут вот оно… разбирается у всех на виду во время политической игры во вражеском дворце.

— Если мы осуществляем цели игры, нужно начать военные сборы. Ну и… допустим, учения прямо в мятежных областях, — предположил Райнис.

— В этом нет никакого смысла, — отмахнулся Таран. — Держать войска на территории возможного противника — значит подставлять линии снабжения и офицеров под удары террористов и партизан. Мы это уже проходили в Польше, где террористы под командованием общества Тесла открыли врата.

— Врата открыл Александр Романов, это всем известно, — чётко обозначил позицию для будущих зрителей Райнис.

— Заблуждайтесь сколько угодно. Но в этом нет смысла, — сказал бурят, откинувшись в кресле. — Я объявляю отпуска в ордене. Пора слетать на Чёрное море, понежиться под ярким солнцем, искупаться…

Штаб Центрального военного округа, возглавляемый Леонардом Цикулесом и Николя Гайденом.

— Разведка докладывает о начале сбора ополчения в Литве, Латвии и Эстонии. Финны тормозят и занимаются активным политическим строительством. Но такое чувство, что они вообще не собираются вмешиваться в будущую войну, — недовольно проговорил Цикулес. — О чём они думают вообще? Ждут, что другие станут воевать за них?

— Если отыгрывать нашу роль, то это даже хорошо, — заявил Николя. — Но согласно предписанию нам нужно начать действовать. Что бы вы сделали, узнав, что противник собирает силы?

— Ударил до того, как они закончат, если есть такая возможность, — не раздумывая ответил Леонард.

— Но они не атакуют. Почему? Может, боятся и у них недостаточно сил? — задумчиво проговорил Гайден. — Хотя, если смотреть на наши ресурсы, вполне допускаю, что сил хватит на быстрое вторжение.

— Пока они воспринимают восставших как собственных граждан, подверженных чужой пропаганде, — неожиданно заявил оставшийся от реальной команды штаба офицер. — А значит, считают, что с этим должны справляться силы полиции, а не армии.

— Ну и прекрасно. Выходит, мы просто бездействуем, — довольно прокомментировал Николя, потирая руки. — Отдыхаем, господа.

Час 2. Штаб Финского княжества, возглавляемый Мышкиным.

— Превосходно! У нас есть заверения в поддержке от всех участников. Мы должны немедля созвать всенародное собрание и проголосовать за отделение от российской империи и объединение с Лигой Наций! — не скрывая радости, сказал посол. — Господа, это пусть и игровой, но исторический момент. Вскоре мы сможем заявить о независимости! Главное успеть до того, как остальные развяжут войну!

Штаб Остзейского края, возглавляемого адмиралом Суворовым.

— Ничего кроме заверений в дружбе и сотрудничестве, — недовольно отбросил письма Мирослав. — Да они издеваются. От Лиги денег пришло с гулькин нос, этого не хватит даже на содержание ополчения.

— Это почти столько же, сколько российское правительство оставляет в бюджете на содержание армии и полиции, — возразил мэр Латвийской столицы.

— И хватит этого ровно на неделю боевых действий. Потому что Россия, если начнётся, подтянет силы с половины континента. А что будут делать в Лиге, совершенно непонятно, — фыркнул адмирал. — Нет, пока обходимся без подкреплений, даже думать о начале восстания нельзя. Это будет бунт, подавленный с воздуха и оставшимися верными полицейскими частями. Что говорит разведка?

— Армии России остаются на своих местах.

— Да это понятно, им лететь меньше шести часов. Что с Лигой и другими странами? Кто уже начал восстание?

— Никто. Все ждут, кто возьмёт на себя эту роль первым.

— Потрясающе. Значит, расчёт только на польскую освободительную армию? Так её с воздуха проутюжат, и на этом всё закончится.

Штаб Литовской губернии, возглавляемый Морозовым.

— Итак, господа, мы получили от Лиги Наций очередное уверение в том, что скоро придут подкрепления и к нам перебросят флот, как только мы начнём восстание. Мы помним, что мы с вами патриоты Литвы и готовы проливать ради независимости не только кровь врагов, но и своих граждан, — Пётр обвёл всех собравшихся взглядом. — Пора собирать ополчение и народное собрание. Сделаем два дела одновременно.

— Но как же предложения Финляндии?

— Они даже не начали войсковые учения. Похоже, хотят дождаться, пока Россия ослабнет, и потом уже выторговать независимость, — отмахнулся Морозов. — Мы, патриоты, и мы должны сражаться за свою независимость. Поэтому приказываю начинать оборону столицы. Первым делом возьмём под контроль размещённые гарнизоны и офицерский корпус. Жаль, что они не пришли к нам всеми войсками, тогда мы бы сразу и корабли захватили, но это дело поправимое. Пишите!

Час 3. Штаб Финского княжества, возглавляемый Мышкиным.

— В Литве начались массовые выступления, народное собрание провозгласило о независимости и требует немедленной смены правительства, — зачитал посол документ из дипломатического конверта. — Зачем они это сделали? Мы ещё не готовы! Мы должны были объявить о выходе совместно.

— Разведка говорит, что они хотят независимости от всех империй, а не только от Российской, — подсказал Бобриков, как раз заканчивающий читать отчёт. — Поэтому народ заявляет о создании Литвы как государства, что отвергает все союзы и власти.