П.С.И.Х.0. Том 2 - Никита Клеванский

— Лена. Я завтра съезжаю.

Вилка выпала из ее руки и брякнулась об тарелку.

Следом брякнулась челюсть.

— Как?.. Куда?.. — растерянно хлопала глазами девушка.

— В школу. Директор разрешила занять помещение за незаконно снесенной лестницей. Заселение завтра, ключ у завхоза. — завхозом для простоты изложения я назначил Бора. — Хотел уточнить, какие вещи можно забрать. Одежду покупала ты, постельное белье тоже ваше.

— Подожди, подожди… Стоп! — она хлопнула рукой по столу. — В смысле — в школу? Жить? В школе?

— Да. Помещение сухое, отопление есть, до работы двадцать метров. Может, даже чуть меньше. Я не замерял.

— Да какая разница. Там же… Там… — она запнулась, подбирая слова. — Там душа нет! Ты сам говорил.

— В спортзале появится. Я работаю над этим.

— Работает он над этим… — повторила Елена куда-то в стол, все еще с довольно высокой степенью вероятности пребывая в шоке. — А есть ты что будешь? Опять по расписанию? Что дают? Ты же только начал норма… — она оборвала сама себя. — Так. Погоди. Давай спокойно. Зачем? Тебе у нас плохо?

— У вас хорошо. Но задание есть задание.

— Какое еще задание?

Про задания Психо она знала ровно столько, сколько положено лаборантке НИИНС, женатой на ведущем специалисте проекта. То есть почти все. Однако слышать про них за ужином ей определенно не нравилось.

— Съехать от вас — мое первое задание. — пояснил я. — Сорок очков награды.

— Очков. — Елена коротко выдохнула через нос. — Ну конечно. Очков.

Она встала, отнесла к раковине пустую сковородку и включила воду. Вода шумела, но мыть сковородку, похоже, никто не собирался. Плечи Елены поднялись к ушам и опустились. Голова неоднократно качнулась из стороны в сторону. Нога в тапке пару раз слегка притопнула по полу.

Спустя некоторое время девушка, так и не вымыв сковородку, закрыла кран и обернулась.

— Ты не можешь съехать.

— Могу. Директор разрешила. Документы…

— Рома! — перебила она меня, и ее голос просел примерно на пол-октавы. — Ты не можешь съехать, потому что…

Елена замолчала. На середине фразы, с приоткрытым ртом и глядя мне за левое плечо. Я даже обернулся. За левым плечом висела полка, а на дверце — вымпел с логотипом НИИНС. Ничего заслуживающего такого взгляда.

Девушка закрыла рот. Открыла снова.

— Потому что…

И опять пауза. Теперь она бросила взгляд на табуретку, где обычно сидел Влад. Сейчас там лежала лишь сложенная пополам газета. Пальцы правой руки Лены комкали кухонное полотенце точно так же, как совсем недавно край кофты. Полотенце страдало сильнее.

Так мог бы выглядеть человек, забывший заготовленную речь. Или человек, в ключевой момент лишившийся поддержки своего наставника, из-за чего сбился с выступления.

Объяснение логичное. Стройное.

И совершенно неверное.

О чем я узнал буквально через минуту.

— Да что ж такое! — Елена швырнула полотенце на стол. — Девять лет. Девять лет, и я опять… Знаешь что? Нет. Хватит!

Она села напротив, положила обе ладони на столешницу и собралась, как перед прыжком в воду.

— Ты мой брат! — На одном дыхании выпалила девушка.

Вымпел за моим плечом тихо качнулся на внезапно налетевшем сквозняке.

Глава 14

— Ты мой родной брат. — повторила Елена. — А я твоя сестра. Старшая. Восемь лет я тебя искала по всей стране и целый год подбивала клинья в Нарцесе. Но ты меня так и не вспомнил…

Я молчал. Она, видимо, ждала иной реакции, потому что несколько секунд всматривалась в мое лицо, а потом заговорила быстро и взахлеб, будто прорвало некую давно не ремонтированную плотину.

— Тебе шестнадцать тогда было. Мне восемнадцать. Мы шли вечером, и к нам прицепились какие-то гопники. Ко мне прицепились. А ты полез отбивать. Один против всех. Ты же герой. Заступник! Нас обоих избили, но тебя… тебя страшно. Я очнулась — а тебя нет. Только кровь на асфальте. Столько крови, Ром. Я решила, что тебя убили и спрятали. Полиция ничего не нашла. Никто ничего не нашел. Ни тела, ни свидетелей, ни самих гопников. Словно ничего и не было.

Она провела ладонью по лицу, сверху вниз, будто стирая налипшую паутину.

— А я не сдалась! И продолжила искать! Восемь лет. Морги, больницы, розыскные базы, форумы эти жуткие, где люди спрашивают друг у друга «а не встречали такого-то?». И за каждого сердце кровью обливается. Потому что понимаешь, что ты такая же, как они. Я татуировку набила на удачу. Профессию сменила, в медицину пошла, чтоб доступ к базам иметь. Столько раз переезжала, что не сосчитать. А потом устроилась в Нарцес. Просто как в очередное место с хорошей картотекой. И увидела тебя в коридоре…

На «коридоре» ее голос сломался, и девушка замолчала. Она ненадолго отвернулась, запила ком в горле глотком остывшего чая из моей кружки и продолжила тише.

— Ты с процедур шел. Смотрел сквозь меня. Прядь эта твоя, и шрам, и походка… Ты же с детства порой так ходишь. С пятки. Как утюгом возишь. Я чуть там же и не легла рядом с кадкой. Этой их, дурацкой, пальмовой. Год, Рома. Целый год я работала рядом и молчала. Сначала боялась все испортить, потом побег готовила, а потом…

— Потом появился Влад. — догадался я.

— Влад появился раньше. — Елена сжала губы. — Он знал все с самого начала. И это он придумал, как легально тебя вытащить. Почти легально. Ну то есть через институт, с документами, с паспортом. Я ему по гроб жизни обязана. Но говорить он мне запретил.

— Говорить что?

— Вот это все! — она взмахнула рукой и чуть не сшибла на пол хлебницу. — Что ты мой брат! Сказал: нельзя, эксперимент, чистота данных, ты ему всю калибровку сломаешь. Сказал: пусть сперва стабилизируется, там поглядим. И каждый раз, Ром. Каждый раз, когда я собиралась… я на него смотрела, а он смотрел на меня, и я затыкалась. Все эти дни. Каждый вечер. За этим самым столом. Но сегодня его нет. И знаешь что? И слава богу, что нет!

Облегчение — вероятность 71%.

— Вижу, ты сомневаешься? — спросила Елена. — Смотри. Шрам. — она убрала волосы с виска. — Видел же. Знаю, что видел, ты в