П.С.И.Х.0. Том 2 - Никита Клеванский

машине тогда уставился. Звездочка. У тебя такая же, слева. Это велосипед, Ром. Дядькин «Орленок» один на двоих. Мы по очереди гоняли, а багажник там торчал углом. Сперва ты навернулся, а через год я. Мама еще тогда сказала: ну все, комплект.

— Ты говорила, что упала с сосны.

— Соврала. — просто ответила Елена. — Ты спросил, а рядом… неважно. Нельзя мне тогда было. Ляпнула первое, что в голову пришло. Прости.

Человек, соврав про шрам, теперь говорил про шрам правду. Или снова врал. С точки зрения формальной логики обе версии равноправны. Об этом я собирался сообщить вслух, но Елена уже вышла из кухни. В комнате стукнула дверца шкафа. Вернулась же она с прозрачным файлом и положила его передо мной.

— Вот.

В файле лежал лист с шапкой медицинской лаборатории. «Заключение генетической экспертизы установления родства». Ниже — таблица параметров и цифр, в которых я не разбирался. Зато последняя строка особых знаний для понимания не требовала: «Вероятность полнородного родства (брат/сестра) — 99,75%».

— Образцы я еще в Нарцесе добыла. — пояснила Елена. — Тайком. У тебя после забора крови пробирку списали, а я… неважно. Полгода этот чертов лист под свитерами лежит. Я его наизусть выучила.

Дата на заключении стояла мартовская. Подпись, печать, номер бланка.

И пока я изучал печать, Елена заплакала.

Резко, мощно, навзрыд, будто кто-то открыл давно ждавший своего часа вентиль.

Возможно и игра, но такого актерского мастерства за одну роль елочки точно не развить.

Девушка стояла рядом, прижав костяшки пальцев к зубам, и слезы катились по лицу двумя ровными дорожками, срываясь с подбородка. Рваное, перемежаемое всхлипами дыхание заставляло грудь дрожать в неровном такте.

— Прости… — выдавила она из себя между вздохами. — Сейчас пройдет… Просто… Девять лет… Девять лет, Ром…

А потом она шагнула вперед и резко обняла меня поперек плеч, прижавшись мокрой щекой к моей макушке. И сжала. Крепко. С силой, неожиданной для столь хрупкой девушки. Будто пыталась вдавить меня внутрь своего тела и создать из нас единое целое, некогда разделенное злодейкой-судьбой.

Я же в свою очередь сидел ровно.

И думал.

Думал очень быстро.

Кому это выгодно? Если один человек хочет держать другого при себе, то родство — это очень хороший инструмент. Лучше денег и надежнее страха. Допустим.

Можно ли подделать такой бланк? Запросто. Печать, шапка, номер протокола, все это печатается за вечер, а проверить я все равно не смогу. Телефон на бланке может вести куда угодно. Да и НИИНС уже показал свою возможность создавать документы куда более высокого уровня.

Можно ли подделать шрам? Тоже можно. Порез, время, немного терпения. Правда, шрам у нее сидел на правом виске, а у меня на левом, и от одного и того же велосипеда так обычно не выходит. Наверное…

И еще одно. Женщина, которая вытащила меня из закрытого учреждения, обеспечила поддельный паспорт, кормит, поит и терпит в квартире, уже получила от меня все, что можно получить. Хотя что такого она получила? И зачем сверх этого сочинять легенду про брата? Легенда — лишний риск. На дурочку она не похожа. Значит, либо очень хитрая, либо все-таки не врет.

Но кое-что не складывалось в принципе.

Девять лет я лежал в государственном учреждении. Под номером, с диагнозом на семь строк и с личным делом. Все эти девять лет она ходила по государственным конторам и искала. Спрашивала. Наводила справки. И государство ни разу не свело ее со мной. Ни одна база, ни один запрос, ни одна опись.

Так быть точно не могло. И уже этот вопрос я задал вслух. Как, мол, так?

— Не знаю. — Елена чуть отстранилась и, не разжимая рук, посмотрела на меня сверху вниз. — Думаешь, я не спрашивала? Тебя нигде не было, Ром. Ни в розыске, ни в неопознанных. Как будто стерли. Начисто. Я в Нарцесе твое личное дело смотрела — первая запись через полтора месяца после того вечера. Полтора месяца. И никто не знает, где ты их провел.

[ Комментарий. Черепно-мозговая травма объясняет амнезию. Избирательную утрату распознавания эмоций при сохранном интеллекте она не объясняет. В моей базе клинических случаев точных аналогов твоего профиля нет. Это не опровержение. Это примечание к делу.]

Примечание к делу я запомнил и отложил, потому что в этот момент во мне начало происходить что-то непонятное.

Сначала жар, будто я вдруг оказался в полдень на вершине бархана где-то посреди Сахары. Ни дождинки, ни ветринки. Только сухой и колючий огонь, хлынувший от загривка в предплечья, так что пальцы сами стиснулись в кулаки, а челюсть свело до боли в зубах.

[ Зафиксирован зачаток эмоции. Эмоция распознана: ярость. Интенсивность 74%. Длительность 0,8 секунды. Направленность вовне, объект не установлен. Слишком короткий импульс. Эмоция не закрепилась в сознании носителя.]

Не закрепилась, так не закрепилась. Жар спал, кулаки разжались, и возможность анализировать исчезнувшее состояние пропала.

Но следом накатила вторая волна.

Волна поднималась медленно, вверх от груди, и на жар не походила вовсе. Горло сузилось, как при глотании крупной таблетки. В глазах закололо. Сердце пропустило удар. А главное, переменилась сама кухня: стол, лист в файле, чужие руки на моих плечах — все это перестало быть набором отдельных объектов и собралось в одно целое, имеющее ко мне прямое отношение.

Девять долгих лет ничто не имело ко мне никакого отношения. Ничто. Включая меня самого.

А теперь…

Я поднял руку и накрыл ладонью локоть Елены. Этот жест вышел сам собой. Без какого-либо моего участия.

Это значит, что…

[ Зафиксирована эмоция: родственные узы. Интенсивность 81%, возрастает. Начинаю развернутый отчет. Раздел первый: физиологические маркеры. Частота сердечных сокращений…]

— Психо, без отчета.

[ Раздел первый содержит сорок два параметра, представляющих научную…]

— Без. Отчета.

[ Принято. Отчет сохранен без отображения.]

Родственные узы. Эмоция. Моя вторая полноценная эмоция. И она такая… теплая. Неужели Елена чувствовала то же самое все это время?

[+10 к Эмпатии.]

[ Набрана критическая масса данных. Перехожу на новый уровень. Уровень 5.]

[ Задание «Что случилось с Еленой?»: прогресс 2% → 21%. Получено свидетельство участника событий. Источник заинтересован. Независимое подтверждение отсутствует. Задание остается активным.]

— Она моя сестра. Что тебе еще…

Договорить я не успел.

[ Восстановление воспоминания завершено. Начинаю воспроизведение.]

Кухня мигнула и исчезла.

В этот раз меня не швыряли в черную пустоту и не заставляли падать сквозь космос