Безликий - Е. Юань

Наконец впереди выросла та самая Круглая Башня — незыблемый оплот верховной власти Города Серебра.

Отыскав дежурного Потустороннего, парень попросил аудиенции у Вождя.

К величайшему изумлению Деррика, страж даже не стал допытываться о причинах визита. Коротко о чем-то переговорив, он молча повел юношу вверх по винтовой лестнице, прямиком к покоям главы Совета Шести.

«Слишком странно… Раньше такого не бывало…» — эта крошечная, выбивающаяся из привычного русла деталь лишь подлила масла в огонь разгорающейся тревоги.

Переступив порог, Деррик узрел «Охотника на Демонов» Колина Илиада, застывшего у глухой стены.

Высокий, широкоплечий старец с изрезанным глубокими морщинами лицом, пронзительно-голубыми, повидавшими немыслимое глазами и растрепанной седой шевелюрой стоял спиной к скрещенным прямым мечам. Облаченный в свою неизменную льняную сорочку и потертую коричневую куртку, Вождь выглядел на удивление мирно. Глядя на него, было чертовски трудно поверить, что этот человек голыми руками вырвал жизни у бессчетного числа жутких монстров и демонов.

— Деррик Берг. И что же за срочное дело вынудило тебя просить личной встречи? — низким, обволакивающим басом поинтересовался Колин.

— Ваше превосходительство Вождь, — юноша учтиво склонил голову. — Сегодня на тренировочной площадке я наткнулся на тот самый отряд, что исследовал руины храма. И… я заметил, что мой бывший соратник, Дак Реджинс, пугающе переменился. От его былой жизнерадостности не осталось и следа. Теперь он скалится такой вежливой, насквозь фальшивой улыбкой, словно мы вообще чужие люди. Да и старейшина Ловия… она больше не меняет манеру речи, как это бывало прежде.

Колин смерил парня долгим, пронзительным взглядом и глухо спросил:

— И это всё? Лишь пара таких пустяков?

— Д-да, истинно так, — Деррик виновато опустил голову. — Но мне показалось, что в этом кроется какая-то скрытая угроза.

Вождь лишь устало отмахнулся:

— Я тебя услышал. Прикажу Эвло провести тщательное обследование. А теперь ступай домой. И впредь с подобными наблюдениями обращайся прямиком к стражам Круглой Башни, этого будет вполне достаточно.

Эвло была самым маститым «Психоаналитиком» во всем Городе Серебра, уже стоящим на пороге шестой Последовательности. Увы, рецептов, идущих следом за седьмой ступенью, в их закромах попросту не было.

Получив столь сдержанный, прохладный отпор, Деррик с тяжелым сердцем покинул кабинет.

Проводив ссутулившуюся спину юноши долгим взглядом, Колин вдруг тяжело, с нескрываемым разочарованием вздохнул.

…………

Вдоволь наговорившись с доктором Аароном о странностях Уилла Осептина, но так и не выудив никаких новых зацепок, Клейн покинул наемный экипаж на полпути. Спустившись в подземку и проехав три станции на паровом поезде, сыщик благополучно пересел на общественный омнибус, доставивший его прямиком к улице Минск.

Поскольку на улице было еще совсем светло, юноша первым делом раскинул гадание. Окончательно удостоверившись, что недавний посетитель-арендатор был кристально честен, он с головой погрузился в прилежное штудирование «Книги Тайн».

С тех самых пор, как в его руках оказался этот поистине бесценный фолиант — эдакий путеводитель по оккультизму от азов до высшего пилотажа, — Клейн стал виртуозно, с пугающей изобретательностью манипулировать таинственным измерением над серой мглой, раз за разом проворачивая воистину блестящие операции.

«На данный момент моим главным стопором остаются лишь ранг Последовательности, скудная боевая мощь и ограниченные запасы духовности», — с тяжелым вздохом констатировал парень ближе к полуночи. Надежно припрятав фолиант, он умылся и с чистой совестью завалился в кровать.

Сон его оказался на редкость безмятежным и крепким. Даже гулкий перезвон утренних церковных колоколов не смог пробиться сквозь пелену грез, лишь заставив сыщика лениво перевернуться на другой бок.

«Зима просто создана для того, чтобы нежиться под теплым одеялом…» — пробурчал себе под нос Клейн, с трудом отдирая голову от подушки.

Решив щедро вознаградить благородного разбойника «Темного Императора» за недавние подвиги, юноша дополнял свой завтрак отменным яйцом всмятку, щедро сдобренным сахаром, и специально прикупленным к белоснежному хлебу клубничным джемом.

И в тот самый миг, когда он с блаженством вкушал утреннюю трапезу, тишину квартиры разорвала заливистая трель дверного колокольчика.

«Я же русским языком просил Майка заглянуть после завтрака…» — недовольно поморщился сыщик. Сделав солидный глоток сладкого отвара, он промакнул губы салфеткой.

Они с репортером условились встретиться ровно через полчаса после утренней трапезы, дабы приступить к допросу тех самых вызволенных из плена узниц Восточного района. И если журналист так и не соизволит явиться в назначенный срок, это будет означать, что всё интервью переносится на завтра.

Подойдя к порогу, Клейн даже не успел протянуть руку к ручке, как его обостренная интуиция уже кристально ясно отрисовала облик визитера. И это был отнюдь не журналист Майк Джозеф, а прославленный хирург Аарон Церес!

— Доброе утро, Аарон. Никак засиделись допоздна? — с порога поприветствовал гостя Клейн. Приметив, что лицо врача выглядит пугающе осунувшимся и бледным, он незаметно активировал духовное зрение и окинул собеседника сканирующим взором.

Аарон стянул цилиндр, пристроил в угол трость и уже было потянулся снять пальто, как стылый, промозглый воздух в прихожей мгновенно отбил у него это желание.

Клейн издал пару сухих, виноватых смешков:

— Я сегодня собирался по делам. Сами понимаете, Майк вот-вот должен заскочить, поэтому камин я растапливать не стал.

Аарон понимающе кивнул, не проронив ни звука. Проследовав за хозяином в гостиную и грузно опустившись на диван, врач наконец прервал молчание:

— Шерлок, минувшей ночью меня терзал жуткий кошмар. И мне привиделся тот самый мальчишка… Уилл Осептин!

«Кошмар? Ну, это прямо по моей части… В толкованиях снов мне равных нет, тут я куда больший профи, чем в дедукции…» — мысленно воодушевившись, Клейн слегка подался вперед. Сцепив пальцы в замок, он участливо поинтересовался:

— И что же вам привиделось?

Погрузившись в мрачные воспоминания, хирург заговорил:

— Кое-какие детали уже выветрились из памяти, но одно я запомнил кристально ясно. Небо пронзала исполинская, угольно-черная башня. А на самом ее шпиле тугими кольцами извивалась гигантская, отливающая серебром змея. Она медленно, неотвратимо сползала вниз, сверля меня своими ледяными, напрочь лишенными эмоций кроваво-красными бельмами.

— Сам не знаю, как меня занесло внутрь. Я бесконечно долго плутал по винтовым лестницам — то карабкался ввысь, то спускался в подземелья. Я просачивался сквозь глухие стены, взламывал бесчисленные, наглухо запертые двери. И в самом конце, в каком-то мрачном, пыльном углу, я наткнулся на Уилла Осептина. Мальчишка, неуклюже прыгая на одной ноге, забился в самую глубь и отчаянно вжался спиной в стену. А вокруг него веером были рассыпаны те самые карты Таро.

— Узнав меня, он замер, разрываясь