Долгий путь к счастью - Ирина Чардымова

— Ты что с ума сошла? — крикнул он на меня. — Ты всё это сама тащить собралась? — он окинул взглядом наши сумки.

— Да. — Спокойно ответила я. — А у меня есть выбор? — я вопросительно посмотрела на него.

— Могла бы мне позвонить! — продолжил ругаться он. — Ты же знаешь, что тебе нельзя тяжести поднимать!

— Мама ты заболела? — Ваня вопросительно посмотрел на меня, широко распахнув свои глаза.

— Почему? — удивилась я, взгляд Соболева был не менее удивленным.

— Раз тебе нельзя ничего носить. — Сделал вывод сынок. — У тебя что-то болит?

— Нет, Ваня, — неожиданно ответил Глеб. — Просто твоя мама девочка, а девочкам нельзя носить тяжести. Это должны делать мужчины. — Умело пришёл на выручку Соболев, тем самым успокоив Ваню.

— Я когда вырасту, тоже буду маме помогать. — С гордостью ответил сынок. — Потому что я тоже буду мужчиной.

— Конечно. — Поддержал его Глеб.

— Это всё? — спросил Соболев, взяв все сумки, на что я молча кивнула.

— Хорошо. — Ответил он. — Тогда поехали, отвезу вас домой. — Снова удивил он меня.

— Спасибо, но мы бы сами доехали, на такси. — Ответила я, потому что мне было очень неудобно перед ним.

— Пока ты носишь моего ребёнка, я твоё такси. — Прошептал мне на ухо он. — И впредь прошу держать меня в курсе всех своих планов. — Уже громче добавил он.

— Мы теперь по другому адресу живём. — Уточнила я, когда мы сели в машину.

— В смысле по-другому? — удивился Глеб.

— Я теперь живу в доме у свекрови. — Объяснила я.

— Хорошо, говори куда ехать. — Ответил он и завёл машину.

Глава 36

Карина

Мне, конечно, не очень хотелось, чтобы Соболев ехал со мной куда-то, да что там не очень, совсем не хотелось. Но другого выхода у меня не было. Видимо сейчас мне придётся смириться и привыкнуть к тому, что он постоянно будет рядом.

Но поразило меня даже не его внезапное появление, а то, что в машине Соболева было детское кресло. Детей у него нет, кроме того, которого я ношу под сердцем. А это значит, что он купил его для Вани.

— Безопасность превыше всего. — Словно читая мои мысли, произнёс Соболев. — Я разговаривал с врачами, и если бы твой сын был тогда в кресле и пристёгнут, многих проблем удалось бы избежать.

— Спасибо. — Искренне поблагодарила я его.

— Адрес говори. — Вновь напомнил он. — У меня и без тебя дел полно. — Не забыл напомнить он.

Тогда я послушно назвала адрес, и мы отправились в путь. До дома свекрови мы добрались буквально минут за двадцать.

Соболев помог выйти из машины мне, потом высадил моего сына, а затем, взяв наши сумки, пошёл к подъезду. Мы с Ваней послушно следовали за ним.

— Ванечка, сыночек! — едва увидев внука, Антонина Викторовна обняла его и прижала к себе. — Добро пожаловать, мой родной. — Она торопливо начала раздевать его. — Теперь у тебя всё будет хорошо, мы с мамой о тебе заботиться будем. Идём мой хороший. — Она взяла его за руку. — Карина, Глеб Николаевич, проходите. Мы с девочками уже стол накрыли. У нас праздник такой, Ванюша дома. — Глаза Антонины Викторовны заблестели слезами.

— Спасибо вам ещё раз. — Поблагодарила я Соболева. — Если бы не вы, мне даже страшно представить что могло бы быть.

— Не надо представлять. — Слегка грубо оборвал он меня. — С твоим сыном всё хорошо, забудь уже об этом. У тебя сейчас другая задача, если ты помнишь, конечно.

— Глеб Николаевич, проходите. — Вновь пригласила его к столу моя свекровь, после того, как отвела Ваню к Зое и Римме.

— Спасибо, но у меня много дел. — Культурно отказался он. — Завтра утром заеду за тобой, у нас плановый осмотр, если ты не забыла.

— Да я помню. — Ответила я.

— До свидания. — Попрощался он, а затем вышел.

— Ну и сухарь! — прокомментировала внезапно появившаяся Зоя. — Это надо же таким бессердечным быть!

— Ты о чем? — не совсем поняла я.

— Ни о чём, а о ком? О Соболеве этом! — она кивнула головой в сторону двери, которая буквально пару минут назад закрылась за Глебом. — Или он считает, что мы нечета ему. Конечно, куда уж нам до него. Где он и где мы.

— Зой, ну зачем ты так? Он всё-таки жизнь Ване спас. — Напомнила я ей.

— Так он не просто так это сделал. — Опровергла она мои слова. — Да, подруга, загнал он тебя в ловушку. — Покачала она головой.

— Зой, я сама на это пошла. — Ответила я.

— Ты пошла на это от отчаяния, потому что жизнь твоего сына на часы шла. А этот… — она начала подбирать слова. — А он просто воспользовался тем, что ты стоишь на краю, предложив тебе псевдо помощь, не забыв при этом и о себе.

— Понимаешь, — я устало опустилась на стул, — тут сложно судить кто прав, кто виноват. Он ведь мог вообще не помогать мне, мог не давать этих денег, пока я не забеременею. А он, получается, поверил мне на слово.

— Ладно, прости. — Зоя обняла меня. — Не нужно было мне эту тему затрагивать. Знаю, что больно тебе от этого. Просто не могу это принять. Прости.

— Всё нормально, Зой. Идём, там нас уже ждут. — Напомнила я ей о том, что у нас сегодня праздник.

— Да, ты права, идём.

После чего мы пошли в гостиную, где был на крыт стол. И за которым собрались самые близкие люди, поддержавшие меня и Ваню в самый трудный момент. Зоя, Римма и Борис, Антонина Викторовна, а так же Евгений. Роль, которого в жизни моей свекрови мне не совсем понятна. Но это их дело и меня это не касается…

* * *

— Спит наш ангелочек. — Прошептала Антонина Викторовна, гладя по голове спящего Ваню. — Устал бедняжка, столько впечатлений сегодня. — Она поцеловала его в щёку. — Ты тоже иди, отдыхай, устала же. — Она перевела взгляд на меня.

— Да, есть немного. — Согласилась с ней я. — Но это приятная усталость. Я так рада, что Ваня теперь дома, что всё это наконец-то закончилось.

— Это ты его спасла, дочка. — Антонина Викторовна погладила меня по руке. — Ты хорошая мать, да и жена была хорошая. Жаль я этого не замечала. А вот я, видимо, плохая мать, раз мой сын такое натворил.

— Не нужно себя винить. — Решила я успокоить её, потому что было видно, что Антонина Викторовна постоянно грызёт себя за случившееся несчастье с Юрой и за его проступки. — Юра был взрослый и самостоятельный человек. Он сам выбрал свой путь. Вы дали ему всё,