Три шага до края - Амалия Мо

дал мне инструкции следить за Морвелем и докладывать обо всём, что происходит по ходу операции. Я не могу подвести его, – оправдалась я, стараясь поверить, что дело действительно только в этом.

Сиард занял место напротив меня и какое-то время просто молча поглощал еду, но после всё-таки не выдержал.

– Почему он уволил тебя?

– Утром мы ездили к его брату и Каяне. Оказалось, что они стали опекунами для тех детей, которых собирались отдать Улису. Я не сдержалась и сказала всё, что думаю на этот счёт. Ты был в курсе? – хмурясь, поинтересовалась я, потому что, судя по виду Нокса, его эта информация не удивила.

– Да, Берроуз говорил мне об этом, когда вернулся с заседания по этому делу.

– И ты не рассказал мне?! – откладывая вилку, я уставилась на напарника.

– Это не наше дело, Мег. Верховные постановили, что в их решении нет угрозы для детей…

– Ну охренеть, Нокс! С каких пор ты считаешь, что я не должна быть в курсе таких новостей? Я думала, что мы друг от друга ничего не скрываем, – взмахнув руками, я позволила возмущению вырваться наружу.

Мне следовало успокоиться. Сиард пришёл, чтобы наладить наши отношения, но они снова накалялись.

– Прости, мой косяк, – напарник вздохнул и принялся открывать вино штопором. – В тот момент я просто замотался и забыл об этом. Юрий дал понять, что нас это не касается, поэтому я не придал этому значения.

– Ладно, проехали, – ответила я, стараясь не копить обиду.

Нокс протянул мне бокал с вином и улыбнулся, отчего все мысли растворились окончательно.

Когда я успела влюбиться в него?

Этот вопрос всё чаще мелькал в моей голове, но я не находила ответа.

Всё произошло как-то само по себе. Наверное, так бывает, когда много времени проводишь с одним мужчиной. Сначала – просто работа, после – редкие ужины и неформальное общение, а затем – дружба, которая неизбежно перетекает во что-то большее.

В полиции у меня был напарник, но мы никогда не общались вне рабочих рамок. Да и меня не интересовали коллеги. Периодически у меня были парни, но серьёзных отношений – никогда.

С Сиардом хотелось попробовать, но цена ошибки была слишком высока. Мы работали вместе, жили по соседству, у нас почти общая собака и круг коллег, с которыми мы общались.

Если бы что-то пошло не так, то одному из нас пришлось бы дистанцироваться…

– О чём ты задумалась?

Я не заметила, как провалилась в себя под пристальным взглядом Нокса. Поёрзав на стуле, я спряталась за бокалом, делая щедрый глоток прохладного вина с кислинкой.

– У тебя с Люси всё серьёзно? – уши запылали от стыда. Я предпочитала не лезть в личное, но не смогла удержаться.

Напарник неожиданно улыбнулся, будто мой вопрос позабавил его.

– Нет. Это случилось только один раз и больше не повторится, – мне показалось, что Сиард ответил искренне. – В тот день я вышел из себя из-за того, что ты… из-за упыря, который поцеловал тебя.

– Оу, – протянула я, делая вид, что меня не задело это.

Удержать маску безразличия оказалось легче, чем контролировать бешеное сердцебиение.

– Мне нужно добавить, что мне на тебя не всё равно? – Нокс поднялся с места, обтёр губы бумажной салфеткой и подошёл ко мне, наклоняясь и складывая руки по бокам спинки стула.

Я думала, что сердце уже набрало пугающий ритм, но нет… Вот сейчас был пугающий.

– Признаю, что поступил, как идиот и должен был остаться с тобой, а не трусливо сбежать, – Сиард поднял руку и провёл ей по моей скуле, двигаясь вниз к шее.

Он стоял очень близко… Пугающе близко, но я не шевелилась. Первокровный мог подойти ко мне, и человек, который мне нравился – тоже имел на это полное право.

Протянув вторую руку, Нокс заставил меня подняться. Мы стояли вплотную друг к другу, моя грудь почти касалась его.

– Пожалуйста, Мег, просто дай мне шанс, – прошептал он, накрывая мои губы своими.

Сначала я даже не осознала, что произошло. Тёплые губы осторожно заставили раскрыть рот, язык проник медленно, изучающе.

Каждое новое касание ломало стену, которую я годами выстраивала вокруг себя. Мне хотелось зажмуриться, чтобы не видеть ничего, только чувствовать, как его пальцы крепче ложатся на мою талию, как другая рука чуть обжигает кожу на шее, притягивая меня ближе.

Я успела подумать, что снова задыхаюсь, но на этот раз это было другое. Никакой боли, никакого ужаса, только странная дрожь, переходящая в желание и непрошеная радость. Наконец я смогла сделать шаг туда, куда боялась ступать.

Моё тело откликалось быстрее, чем сознание, и я позволила себе ответить. Слишком неловко, но всё равно ответить. Пальцы вцепились в рубашку на его плечах, показывая, что я готова к большему.

Гул в ушах, сбивчивое дыхание и вместе с этим чувство, что я вырвалась из тисков прошлого хотя бы на секунду. Маленькая победа, но моя.

Я не заметила, как мы сдвинулись назад. Скрежет ножек по полу холодом впился в кожу, и в одно мгновение всё внутри перекосило. Перед глазами встал не Сиард, а тень другого, его запах и руки, которые лишали меня воздуха.

Рвано впустив воздух в лёгкие, я отстранилась. Ладони сами вцепились в край стола, чтобы удержаться на ногах. Я видела, как он смотрел на меня… спокойно, выжидающе, не делая ни шага вперёд, хотя мог бы. Но это только сильнее выбивало почву из-под ног.

– Я… – голос предательски дрогнул. – Я не могу.

Хотела объяснить, что хочу, что каждое его прикосновение срывало замки на моей клетке, но язык не слушался. Всё, что осталось – желание спрятаться, уйти, вернуть контроль.

– Мег, я готов ждать сколько потребуется, – напарник вернулся за стол и, как будто не целовал минуту назад, спокойно отпил из своего бокала.

Внутри всё ещё билась радость, ведь я на мгновение переступила через себя. Но вместе с ней жгло осознание: этого пока мало. Я не была готова. И это осознание неприятно резануло по груди… Морвель целовал меня, приближался, хватал за плечи, и я позволяла ему, но не могла позволить Сиарду.

16

Я не имел понятия, как звали девчонку, в кровати которой я