Наставление правителям и другие сочинения - аль-Газали

драгоценности с большой выгодой для нас, и пусть правитель предпишет то, что считает нужным». Хармаз написал ему ответ: «Сто тысяч, помноженные на сто тысяч, и подобное этому не имеют для нас никакого значения, и мы не желаем связываться с этим; если мы будем заниматься торговлей, то кто будет заниматься правлением? Посмотри же, о глупец, на себя, и не повторяй больше таких речей, и не примешивай к нашим деньгам ни одного дирхема и ни единой монетки от прибыли торговли, потому что это принижает достоинство правителя, унижает его имя, обезображивает его положение и образ и вредит его известности при жизни и после смерти».

История

Рассказывают, что однажды эмир Амара ибн Хамза сидел на собрании у халифа Абу Даваника аль-Мансура, который в тот день рассматривал жалобы. Один человек поднялся на ноги и сказал: «О повелитель правоверных, меня обидели». Он спросил: «Кто тебя обидел?» Он ответил: «Амара ибн Хамза. Он отнял мои деревни, мое имущество и собственность». Аль-Мансур приказал Амаре, чтобы он встал со своего места и встал рядом со своим противником для разбирательства. И тогда Амара сказал: «О повелитель правоверных, если деревни принадлежат ему, то я не буду с ним спорить, а если они мои, то я дарю их ему, и я не хочу разбираться с ним и не хочу быть похожим на него. И я не продам то положение, которым меня почтил повелитель правоверных, ни за деревни, ни за что-либо другое». Все присутствующие знатные люди поразились возвышенности его поступка, благородству его души и великодушию.

Энергичность и сильное желание одинаковы по степени, но каждому человеку из них достается своя доля: у кого-то в виде смелости, у другого — в виде щедрости, а у третьего это гостеприимство, у кого-то — знания, у кого-то — усердие в поклонении Богу и воздержанность, у кого-то — набожность, отказ от земной жизни и желание достичь блаженства на том свете, а у кого-то — желание преумножения богатства. А проявление щедрости, трата имущества и преподношение даров должны осуществляться так, как в нижеследующей истории.

История

Говорят, что Яхья ибн Халид аль-Бармаки выехал верхом из дворца халифа к себе домой и увидел у двери дома одного человека. Когда Яхья приблизился к нему, тот поднялся, поприветствовал его и сказал: «О Абу Али, я нуждаюсь в том, что ты имеешь. Я прошу тебя во имя Аллаха». Яхья приказал отвести ему место в своем доме и каждый день приносить ему тысячу дирхемов и велел, чтобы того кормили самой лучшей едой. Так продолжалось целый месяц. А когда истек месяц, у него уже было тридцать тысяч дирхемов. Этот человек забрал деньги и ушел. Об этом сказали Яхье, и он сказал: «Клянусь Аллахом, если бы он остался у меня на всю жизнь, я бы не лишил его моего дара и не лишал бы своего гостеприимства».

История

У Джафара ибн Мусы аль-Хади была наложница, играющая на лютне, которую звали Бадр аль-Кубра, и не было в то время женщины прекраснее ее лицом и искуснее ее в исполнении песен и в игре на лютне. О ней услышал Мухаммад ибн Зубейда аль-Амин и попросил Джафара продать ее ему, но Джафар ответил: «Ты знаешь, что такие, как я, не продают наложниц и не торгуются о невольницах. И если бы она не была украшением моего дома, то я бы послал ее тебе и не поскупился бы ради тебя».

Спустя несколько дней после этого, Мухаммад ибн Зубейда пришел в его дом, и они начали пить вино. Он велел Бадр спеть ему и сыграть для него. Он напоил Джафара большим количеством вина, пока тот не опьянел, забрал невольницу, но не касался ее из-за благородства своей души и высоких помыслов. Потом приказал позвать на следующий день Джафара. И когда он пришел, предложил ему вино и велел наложнице петь из-за занавеси, Джафар услышал ее пение, но ничего не сказал из благородства и даже его голос не дрогнул. Потом Мухаммад аль-Амин приказал наполнить лодку, на которой прибыл Джафар, дирхемами. И говорят, что он положил в лодку две тысячи бадр[32], всего там было двадцать миллионов дирхемов. А когда матросы начали взывать о помощи, говоря: «Лодка не выдержит еще какого-то груза», — он приказал отнести все это в дом Джафара.

Вот такими бывали поступки великих людей.

Спросили одного из мудрецов: «Кто из людей находится в состоянии наибольшего преуспеяния?» Он ответил: «Тот, чьи намерения самые возвышенные, у кого больше всех знаний, самый чистый ум, и кто не омрачен заботами о бренном. И спросили его: «А к кому обратиться за помощью для избавления от злополучия судьбы и нужды?» Он ответил: «К правителям, великим людям и к тем, у кого возвышенные намерения и благородная душа». И было сказано: «Живи рядом с морем или царем».

История

Сказал Саид ибн Салим аль-Бахили: «Во время Харуна ар-Рашида попал я в трудное положение: у меня накопилось много долгов, и я был не в состоянии их вернуть. У моего дома собирались мои заимодавцы, толпились взыскующие, и кредиторы следовали за мной. Я стал искать выход, и, поразмышляв, направился к Абдалле ибн Малику аль-Хазаи. Я попросил его, чтобы он высказал свое мнение и указал мне на выход из этого положения. Абдалла сказал: "Никто не может спасти тебя от беды, избавить от забот и вывести из трудного положения, кроме Бармакидов". Я сказал: "А кто может вынести их высокомерие, терпеть их надменность?" Он сказал: "Перенеси это для поправления своего положения".

Я поднялся и пошел к аль-Фадлу и Джафару — сыновьям Яхьи ибн Халида, рассказал им свою историю, показал им свою бумагу со списком долгов, и они сказали: "Да поможет тебе Аллах, пусть Он даст тебе столько, сколько нужно". Я вернулся к Абдалле ибн Малику в угнетенном состоянии, задумчивым, с разбитым сердцем и повторил ему то, что они мне сказали. Он сказал: "Сегодня ты должен быть у нас, и мы посмотрим, что определит Аллах Всевышний". Я просидел у него час, и вдруг появился мой слуга и сказал: "У нашей двери груженые мулы и с ними человек, который говорит, что он уполномоченный аль-Фадла и Яхьи". Абдалла сказал: "Молю Аллаха, чтобы это было приходом облегчения, иди же и посмотри, в чем дело". Я поднялся, пустился бегом и увидел у своей двери человека, у которого была записка, а в ней написано: "Когда ты ушел от