Осколок тайны - Кир Злой

Ведомый клинок. При этих словах меня словно окатило ледяной водой. Память мгновенно подкинула картинку из моего собственного боя с магом, который похитил Лиссу.

Пронзительный свист рассекаемого воздуха. Летящий в меня кинжал и моя попытка увернуться. В тот момент я был уверен, что ушел с линии атаки, но металл повел себя неестественно. Прямо в полете лезвие заложило хитрый крюк, играючи обходя мою защиту. Оружие едва не вскрыло мне горло и глубоко вонзилось в плечо. Идеально подлая техника.

Тогда я не понимал, как враг сумел изменить траекторию брошенного предмета на расстоянии.

Разгадку я узнал чуть позже, на одном из индивидуальных занятий с Эларой Вэнс. Я описал ей тот странный бросок и спросил, был ли это хитрый артефакт или неизвестная мне магия, заставляющая лезвие менять направление в полете. Наставница сразу поняла, о чем речь, и подробно мне все объяснила. Что это вовсе не артефакт, а техника Мастеров факультета Боевой магии первой ступени под названием «Ведомый клинок». Навык, позволяющий магам взять под контроль свое брошенное оружие и заставить его сделать неестественный поворот прямо в воздухе.

Теперь все окончательно встало на свои места. Боторд привык действовать прямолинейно и полагаться на грубую силу. Если Феликс будет держать дистанцию, он просто исполосует первокурсника своим летящим клинком, не подпуская к себе ни на шаг.

— Дальше Вивианна Шейл, — продолжил Седрик, не замечая моей реакции. — У нее есть особые термальные краги из плотной защитной кожи. Скорее всего, она будет использовать их на дуэли. Ее тактика жестокая. На дуэлях она намеренно позволяет врагу атаковать, ловит лезвие тренировочного меча рукой в перчатке и применяет магию. Сталь раскаляется, и жертва с криком выкидывает оружие, получая ожоги ладоней.

Я нахмурился. Нора пока не умела хорошо фехтовать. Вступать в долгий обмен ударами с более опытной противницей для нее было опасно, а ловушка с раскаленным клинком и вовсе не оставляла ей шансов. Слабое место Шейл заключалось в самом навыке Температуры — он требовал времени и предельной концентрации, чтобы нагреть металл до такого состояния.

— И последнее. Свен, — голос Седрика стал жестче. — Этот ублюдок хвастался своим новым снаряжением. У него есть Кастет Ударной Волны. Свен во всеуслышание заявил, что при физическом ударе артефакт высвобождает энергию, и он собирается пробить любой блок Элизы с первого же применения. Энергия пройдет сквозь щит, раздробит кости и закончит бой за пару секунд.

Я стиснул челюсти. Ситуация Элизы была самой критической. Девушка сильно напугана и не имеет никаких боевых рефлексов. Защита от подобных ударов, конечно, существовала, но Элизе она была явно не по силам. Свен пойдет в лобовую атаку, уверенный в своем преимуществе, и подпускать его на дистанцию удара было нельзя.

— Спасибо, Седрик. Ты отлично справился, — тихо ответил я.

Друг кивнул и открыл свой конспект, делая вид, что внимательно слушает лекцию.

Я смотрел на преподавателя, не слыша слов, которые тот произносит. Противники были сильны, и они готовились к легкому избиению первокурсников на глазах у всей Академии. Но я не собирался отдавать своих людей им на растерзание. В голове уже зрел план для предстоящего боя.

* * *

Магические огни ярко осветили просторную арену Академии, надежно укрытую прозрачным защитным куполом. Каменные трибуны гудели от нетерпения. Студенты собрались посмотреть на обещанное избиение первокурсников. Я собрал наш клуб у выхода на песок, коротко напомнив тактику каждому из бойцов. Лица ребят были бледны от напряжения, но в их глазах горела решимость.

Первым шел Боторд. Феликс фор Крейн уже ждал его на песке. На аристократе был дорогой камзол, а на губах играла презрительная усмешка. Боторд вышел следом — мрачный и предельно собранный.

Прозвучал сигнал старта. Аристократ мгновенно бросил кинжал и применил навык «Ведомый клинок». Его лезвие сорвалось в полет, превратившись в смертоносного стального шершня. Оружие кружило вокруг Боторда, нанося быстрые жалящие удары. Тот пытался уклоняться и подобраться ближе, но раз за разом получал глубокие порезы на плечах и бедрах. Кровь пропитывала ткань его куртки. Мажоры на трибунах радостно загомонили. Боторд стиснул зубы, терпя боль от ран, и упрямо ждал идеального момента.

Наконец Феликс решил закончить затянувшуюся игру. Он направил кинжал Боторду прямо в живот, намереваясь нанести фатальную рану. В эту секунду первокурсник нажал кнопку на поясе. Сработал артефакт. Ловушка «Супер магнит» исказила пространство мощным полем. Летящий кинжал резко вильнул в сторону и с громким лязгом намертво прилип к пластине на поясе Боторда.

Аристократ замер. В его глазах вспыхнуло искреннее непонимание. Он резко дернул рукой, пытаясь вернуть контроль над застрявшим кинжалом, но невидимая хватка артефакта наглухо перекрыла его нити управления. Связь с оружием была потеряна окончательно. Феликс раздраженно скривился. Осознав, что трюк Боторда лишил его дистанционной атаки, второкурсник выхватил из ножен свой клинок. Он шагнул вперед, намереваясь закончить дело в ближнем бою. Но как только лезвие покинуло ножны, мощное поле «Супер магнита» с жадностью вцепилось и в него. Меч вырвало из пальцев аристократа с такой силой, что тот едва не вывихнул кисть. Сталь с оглушительным лязгом прилипла к пластине на поясе Боторда, присоединившись к кинжалу.

Вот тут на лице мажора и проступил страх. Оставшись с пустыми руками против противника, он инстинктивно попятился. Боторд, тяжело дыша и обильно истекая кровью из десятка порезов, не дал ему шанса на отступление. Сделав яростный рывок вперед и снеся второкурсника с ног сокрушительным ударом плеча в грудь. Феликс рухнул на спину, судорожно глотая воздух, а Боторд тут же навалился сверху.

В ход пошли кулаки. Боторд обрушил на растерянного мажора град тяжелых ударов. Правой в челюсть, левой в скулу. Под костяшками громко хрустнул сломанный нос аристократа, во все стороны брызнула горячая кровь, заливая белоснежный воротник дорогого камзола. Феликс жалко заскулил и попытался закрыть лицо руками, но Боторд словно не замечал собственной боли, методично пробивал хлипкую защиту врага. Каждый новый удар его пудовых кулаков втаптывал в песок арены всю спесь и надменность дома Крейн.

Трибуны потрясенно замолкли, и над ареной разносились лишь глухие влажные звуки ударов. Судья опомнился только тогда, когда лицо Феликса превратилось в кровавое месиво, а сам он перестал сопротивляться. Оглушительно прозвенел гонг. Бой был остановлен.

Тяжело поднявшись на ноги, Боторд обвел хмурым взглядом затихшие трибуны. Он вытер кровь с лица и произнес громко, чеканя каждое слово.

— Так будет с каждым, кто посмеет бросить нам вызов.

Трибуны ответили