Венеция. История воды и суши - Алессандро Мардзо Маньо

роль в этом сыграла иммиграция, вызванная эпидемиями чумы, когда было необходимо восполнять население обезлюдевшего города. Некоторые признаки этого процесса можно наблюдать уже после Черной смерти 1348 года: для того чтобы стать гражданином Венеции, стало достаточно прожить в ней два года, а не 15, как было прежде. Гораздо более глубокими были иммиграционные волны после чумы 1575 и 1630 годов (во время первой умерло 30 процентов венецианского населения, во время второй — 40). Приехавшие с материковой части люди занимались традиционными ремеслами и изменили социальное полотно Венеции: город моряков превратился в город ремесленников. Прежние лингвистические формы сохранились в консервативных районах периферии, тогда как в передовых центральных зонах они были забыты, как, впрочем, происходило и в других местах. В наши дни следы старого венецианского языка можно обнаружить в диалекте Кьоджи — таким образом, этот диалект стал более венецианским, чем сам венецианский.

Глава 8

ВЕНЕЦИАНСКИЙ АРСЕНАЛ

Арсенал, древесина и флот

Арсенал

Сегодня в венецианском Арсенале царит тишина, неестественная для этого места, которое по своему предназначению должно было быть наполнено разными звуками. Можно представить себе скрежет пилы, стук топора, рубанка, молотка, почти услышать ругательства, окрики, приказы многих поколений рабочих, чья жизнь прошла в этих стенах. Интересно, были ли хорошо смазаны петли, встроенные в башни по бокам ведущего внутрь канала, скрипели ли они, когда приоткрывались ворота, чтобы пропустить очередную галеру, направлявшуюся в Левант? Какие звуки сопровождали выход государственного корабля — буцентавра, — когда он во всем своем великолепии выплывал из проема в правой части старого судового дока? Конечно же, крики рабочих, медленно опускавших тросы, которые месяцами удерживали в воздухе корабли, спокойно ожидавшие в своей «гавани». Конечно, плеск воды, в которую погружались весла, гул голосов тех, кто поднимался на борт, и музыка труб и барабанов, сопровождавшая все официальные венецианские церемонии.

Сегодня мы можем лишь представлять себе, чем был Арсенал Светлейшей республики. Он занимал обширную площадь в 48 гектаров: 36 — на суше и 12 — на воде. В левой стене парадных ворот сегодня можно видеть мраморную Мадонну, сделанную скульптором Якопо Сансовино и упомянутую его сыном Франческо в книге «Венеция. Город очень благородный и особенный» (1581), которая считается первым из многочисленных туристических путеводителей по Венеции. Через стеклянную дверь мы попадаем в место, обеспечившее господство республики на море.

Морские ворота Арсенала

Перед нами простирается судовая верфь старого Арсенала — самого первого, того, где был создан флот, благодаря которому средневековая Венеция стала настоящей морской державой. Это пространство кажется непропорционально маленьким для подобного предприятия. Если мы посмотрим выше, то увидим два пирса по бокам, а еще дальше — бассейн, простирающийся до круговых зубчатых стен: этот судовой док для галер был сделан в конце XVI века, во время последнего большого расширения. Мы одновременно видим начало и конец проделанных работ, благодаря которым венецианский Арсенал превратился в одну из самых крупных и производительных верфей современной эпохи. Слева, в стене, которая сегодня является стеной Института военно-морских исследований, расположены два барельефа из белого камня: тот, что ближе к центру и больше по размеру, изображает маршала Иоганна Маттиаса фон дер Шуленбурга, героя Корфу, в 1716 году отразившего османскую осаду острова. А барельеф справа — шведа немецкого происхождения Отто Вильгельма фон Кёнигсмарка, который командовал сухопутными войсками во время Морейской войны, начавшейся в 1684 году. Командующим морским флотом был Франческо Морозини — именно этому завоевателю Пелопоннеса посвящен бронзовый орнамент входной двери. Три из четырех старинных каменных львов, охраняющих Арсенал снаружи, были привезены им в Венецию после этой войны, четвертого доставили с острова Корфу. Самый большой лев прежде был установлен у входа в Пирейский порт. Сегодня эти скульптуры являются редкими оригиналами эллинистического искусства, которые можно увидеть в открытом пространстве за пределами Греции.

Вход в Арсенал охраняют старинные львы

Но вернемся внутрь. Три полуколонны под барельефом Кёнигсмарка во времена Светлейшей республики обозначали вход в производственную зону Арсенала. Чуть дальше видны две доски, которые предупреждали о правилах поведения. На одной из них есть дата — 22 ноября 1710 года, и она сообщает, что некий распорядитель оружейного склада по имени Джироламо Сала приговорен «к казни на виселице за совершенные им кражи государственных средств», когда бы он ни вернулся на территорию Венеции.

Теперь вернемся назад, перейдем по мосту через канал и зайдем в ту часть, где располагается Новый арсенал. Нашему взгляду сейчас предстает широкая водная гладь, но во времена, когда здесь собирали галеры, все было не так. Верфи Нового и Новейшего арсеналов разделяли полуостров, который был уничтожен между 1876 и 1880 годами, когда появился тот единый бассейн, что мы видим сегодня. В нем располагались крытые доки, где строили и хранили галеры. Сегодня сохранились лишь немногие из них, на противоположных сторонах бассейна. Справа от входа в него до сих пор стоит здание весельной мастерской. Пройдя дальше, можно попасть в литейные цеха, где делалась артиллерия, а также в помещение, в котором располагался склад пушек и легкого оружия. Та часть, где хранились детали артиллерийских орудий, была закрытой, чтобы избежать как посторонних глаз, так и случайных взрывов. Сегодня она в значительной степени отдана под Биеннале, так же как и соседнее помещение канатных мастерских. На одном из старых доков есть мемориальная доска с датой: «1457, в день первого сентября».

На территории Старого арсенала находится вход в док буцентавра с суши. Большой портал XVI века из истрийского камня украшает барельеф, изображающий Венецию в виде Правосудия с весами в одной руке и мечом — в другой, к сожалению, сломанным. Этот барельеф воспроизводит фигуру, украшавшую галеру венецианского дожа 1526 года. В стене сохранилось четыре отверстия, через которые проходили тросы, державшие корабль на весу. Это большое помещение, размером 46 на 19 метров и больше 10 метров высотой, в глубине которого отчетливо виден уменьшенный проем арки: французы почти замуровали его после того, как уничтожили буцентавр. Между Новым и Новейшим арсеналами сохранилась часть старой зубчатой стены, которая до проведенных в XVI веке работ по расширению была частью внешнего периметра строения. Отсюда можно попасть в одно из самых удивительных зданий внутри судостроительной верфи, где в вертикальном положении хранились бревна и доски для строительства флота Светлейшей республики. Здесь рабочие вытесывали доски из стволов дуба, пихты, лиственницы и ореха.

Сегодня в