Развод в 45. Его свадьба — моя работа - Виолетта Весна

— Здесь написано «ответственный сотрудник встречает бригаду». Если письмо есть, а сотрудник опаздывает, они всё равно ждут?

— Ждут, — ответила я. — Письмо разрешает окно, присутствие сотрудника открывает доступ. Одного без другого недостаточно.

Она дописала это отдельной строкой. Порядок нельзя было назвать неясным. Он требовал только, чтобы человек на посту выдержал давление тех, кто торопится.

Вечером мы проверяли финальные списки оборудования. Дмитрий пришёл в мой кабинет вместе с Алиной.

— Нужен формат контроля на последние семь дней, — сказал он. — Могу проводить техническую сверку отдельно и присылать результат. Могу подключать вас в конце. Как удобнее вашему участку?

Раньше он сообщил бы готовую схему. Теперь предлагал варианты, не перекладывая на меня саму задачу.

— Первую сверку проводите с Алиной, — решила я. — Если есть расхождение, подключаете меня до ответа клиенту. Если всё совпадает, присылаете протокол. В день монтажа я на площадке с начала допуска.

— Принято.

— И пришлите список дежурных на двадцать второе.

— До конца дня.

Алина ушла первой. Дмитрий задержался ровно настолько, чтобы спросить:

— Больше ничего?

Я могла сказать, что прочитала дополнение и заметила изменения. Могла поблагодарить. Но благодарность за исправление собственного проступка легко превращалась в награду, после которой тема считалась закрытой.

— По работе всё, — ответила я.

— Хорошего вечера.

— И вам.

Он ушёл. Через двадцать минут прислал список дежурных: Роман Назаров с вечера двадцать первого до восьми утра, затем сам Дмитрий. Монтажная бригада допускалась с восьми утра двадцать второго. Ночного въезда в графике не было.

Я сверила список с журналом ворот и попросила охрану отдельно отметить ранний приезд любой машины, даже если фамилии людей есть в дневной заявке.

До свадьбы оставалась неделя. Все решения были подтверждены, доступы ограничены, схема подписана.

Копия памятки осталась на посту рядом с дневным списком бригады. Время допуска в ней было выделено жирным: восемь утра.

ГЛАВА 18. Сорок восемь часов

В пять сорок утра меня разбудил рабочий телефон.

Звонил Дмитрий.

— На объекте монтажная бригада Виктора, — сказал он. — Въехали в четыре пятьдесят восемь по дневному списку. Роман увидел их на камере, когда они начали заносить элементы старой конструкции. Работы остановлены.

Я включила свет и села на кровати.

— Кто их допустил?

— Охранник ночной смены. Фамилии совпали со списком, время он не проверил. Письма о раннем въезде нет.

— Что успели сделать?

— Разгрузили раму, собрали две секции закрытого тоннеля, протянули кабель к сцене. Ничего не включали. Подвес не начали.

— Вы на месте?

— Подъезжаю через десять минут. Кому со стороны клиента звоните вы: Кире или обоим?

Он спрашивал, а не распределял.

— Кире. И отдельно Тамаре. Игорю ничего не сообщаем вне общей цепочки.

— Принято. Роман держит бригаду в погрузочной зоне. В зал никто не входит.

Я оделась за семь минут, взяла заранее собранную рабочую сумку и вышла. В такую рань дорога заняла меньше двадцати пяти минут. Я не превышала скорость: работы уже остановили, а моя спешка ничего не могла исправить.

Кира ответила не сразу.

— Наталья Викторовна? — Голос был сонным. — Что произошло?

— Бригада Виктора приехала без согласованного времени и привезла элементы отклонённой схемы. Работы остановлены до проверки. Я направлю фотографии и акт после осмотра. Вам нужно приехать, но не срочно садиться за руль. Будьте здесь к восьми, если можете.

— Игорь там?

— Нет. По крайней мере сейчас.

— Вы уверены, что это старая схема?

— По словам дежурного инженера, привезён закрытый тоннель. Я ещё в дороге и не буду утверждать больше, чем видела сама.

— Хорошо. Я буду к восьми.

Тамара выслушала сообщение и сказала, что приедет через сорок минут. До её приезда мы могли остановить доступ и составить технический акт. Продолжать или отменять свадьбу могла Кира; Тамара определяла, на каких условиях площадка возобновит работы.

У ворот стоял белый грузовик. В погрузочной зоне пятеро монтажников сидели на сложенных кофрах, один разговаривал по телефону. Роман Назаров встретил меня у служебной двери. Ему было сорок четыре, он работал инженером на нескольких площадках и обычно говорил так тихо, что люди сами снижали голос.

— Я пришёл на обход в пять двадцать, — сообщил он. — Увидел свет в зале и двух человек у сцены. Остановил, отключил доступ к щиту, вызвал Ланского. Охранник пропустил по фамилиям в дневной заявке. Начальник бригады сказал, что Виктор перенёс окно.

— Подтверждение видел?

— Нет. Поверил сообщению на телефоне начальника.

— Охранник где?

— На посту. Пропуск больше никому не выдаёт.

Дмитрий уже был в зале. На полу лежали металлические секции, которых не было в утверждённом плане.