Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

Потом — удар.

Ракеты врезались в крышу храма, вспарывая камень и выбивая дождь обломков. Зал сотрясся, воздух наполнился криками, плиты под ногами задрожали, начав уходить вниз. Но обрушения не произошло. Титан включился в работу.

Кронос все так и сидел на месте, но до этого голубые глаза сменили цвет на угольно-черный. Пространство вокруг него изменилось, зарябило — воздух стал плотнее, а время застыло. Осколки мрамора повисли в воздухе, колонны остановились в падении.

Разрушение остановилось. На мгновение мир вокруг застыл в Стазисе. И именно этого мгновения я и ждал.

Я бросился вперед.

Правая рука вспыхнула ярко-зеленым, венок на голове отчаянно запульсировал силой. Символ Ахиллеса разгорался все ярче и ярче. Вся энергия, что текла в моих жилах, собралась в ладони, превращая пальцы в острый клинок.

Я знал, что у меня есть секунда. Только один удар.

Я целился в грудь. В сердце. Увы, Тайгер оказался быстрее. Он шагнул вперед в последний момент, принимая удар на себя. Моя ладонь вошла в его бок, разрывая плоть и проходя через ребра. Я чувствовал, как под пальцами ломаются кости, как тело содрогается от удара, как горячая кровь заливает руку.

Золотые глаза Тайгера расширились от боли.

Кронос дернулся в сторону — мой удар, уже ослабленный, лишь рассек ему грудь, оставляя на ней глубокую царапину. Тайгер упал на колени. Кровь залила мраморный пол. Я застыл, тщетно собирая силы на вторую попытку, но не успел.

Кронос поднял руку.

Стазис.

Меня скрутило невидимой силой, оплело. Моя же тень спеленала меня с головы до ног. Время замерло, заперло мои мышцы, сковало тело. Я не мог ни вдохнуть, ни пошевелиться. Кронос с удивлением смотрел на свою окровавленную грудь, после чего поморщился и провел артритными пальцами по ране. Затем перевел взгляд на меня.

— Неплохо, — сказал он. — Хорошо даже.

Он звучал устало и раздраженно.

— Один разум, Адриан. Мы делили один разум, — продолжил он, подходя ближе. — Неужели ты правда думал, что это сработает? Глупый, глупый мальчик. Хочешь ты или нет, принимаешь ты это или нет, но ты бог. Ты должен привыкнуть к смерти вокруг себя. Ибо она следует за тобой по пятам.

Кронос опустил взгляд на Тайгера.

— Прими благодарность, мой сын. Мой преданный добрый сын. Та же ошибка, Адриан, в тебе слишком много смертной сентиментальности. — Он оторвал взгляд от быстро затягивающихся ран Тайгера и ощетинился, словно прочитав мои мысли. — Не беспокойся. Он выживет. Я создал его сильнее других.

Я скрипнул зубами и яростно дернулся, но сделать ничего не мог. Кронос же опустился на обломки стола и недовольно осмотрел разрушенную комнату.

— Когда ты уже научишься! Посмотри по сторонам, мальчик. Ты подготовил атаку, выбрал момент, все просчитал! — он слегка склонил голову, будто изучая меня. — Но в решающий момент… замешкался?

Кронос покачал головой.

— Вот тебе урок. Не измени ты удар, не пожалей ты моего сына… — Он провел пальцем по порезу. — Эта рана была бы куда глубже. Чтобы победить, нужно уметь жертвовать даже тем, кто тебе дорог. Ничего, скоро я тебя научу.

Если бы я мог двигаться, я бы поблагодарил за науку и попросил вторую попытку. Но увы, двигаться я не мог.

Снаружи раздался гром. Глухой раскат прокатился по небу. Потом второй. Я почувствовал, как воздух наполнился запахом озона, а за окнами зашумела вода. Дождь. Первые капли ударили по мрамору, стекаясь в лужи на полу. Кронос медленно выдохнул, глядя на открытый дверной проем.

— А вот и он, — сказал титан. — Как ты сказал? Для победы потребуется один точный удара или хорошая засада? Идем. Устроим семейную встречу.

Кронос легко ухватил меня за руку и, уронив, поволок наружу, оставляя за собой зал, полный пыли, огня и осыпающихся на пол камней.

Глава 9

Раскаты грома

Сухая трава покачивалась под босыми ногами, когда он остановился. Он не касался земли, парил в паре сантиметров над ней. Одетый в простую тогу цвета ночного неба, Зевс возвышался над долиной, будто гора над морем. В его волосах не играли молнии, не гремел гром — и от этого становилось только хуже. Царь богов стоял в тишине, глядя вниз, туда, где вновь поднимался его храм.

Казалось бы — всё шло как надо. Колонны сияли в лучах солнца, по стройплощадке сновали жрецы и архитекторы, у подножия холма копошились даймоны — первые творения Кроноса, которых он так и не истребил до конца, оставив прислуживать людям. Чтобы теперь те — слаженно, как и подобает муравьям — тащили мраморные блоки к основанию.

Зевс молчал, наблюдая за мерзкими тварями отца, но особо не присматривался. Его божественный разум блуждал, проблемы Олимпа занимали царя богов день и ночь. Его Империи нанесли удар, и она не скоро сможет оправиться. И если потеря Артемиды его не удручала — своенравная девочка итак не приносила никакой пользы — да и замена ей давно найдена. Гестия, конечно, никогда не показывала свое недовольство, но Зевс знал, что сестра затаила обиду. Теперь же у богини семейного очага будет свое место за столом, а сам царь получит преданного сторонника.

Потеря Аполлона же… Гелиос заменит его без труда, но Зевса претило отдавать место одного из Двенадцати своенравному сыну титана. Да и при всех его недостатках Аполлон был полезен и предан, Гелиос же… Время покажет. И куда, раздери Бездна, подевался Гефест? Опять проблемы с женой? Когда уж наконец этот уродец…

Взгляд Зевса упал на статую, глаза бога удивленно сузились. Нет, этого не может быть. Бог присмотрелся еще раз, словно не веря своему взору. Но тот не обманывал. Колосс, его, Зевса, божественное изображение возвышался над площадью, почти готовый — сияющая позолота, венок, молния в руке. Всё бы ничего, вот только… лицо. Царь богов знал это лицо. Оно являлось ему в кошмарах.

— Отец, — тихо прошептал он, и земля под ногами дрогнула. — Вот ты и показал себя.

Порыв ветра сорвал несколько маслянистых листов чертежей у подножия, прогнал их по воздуху и вжал в колонну. Строители заметались, увидев застывшую на вершине холма фигуру. Один из даймонов вскрикнул, схватившись за грудь, будто его ударили — и тут же затих. Остальные с криками паники засуетились вокруг, не понимая, что происходит.

Страх копошащихся существ вывел Зевса из апатии.

— Извечный Хаос, как он посмел! ПОСЕЙДОН! — взревел он, и по небу пробежала грозовая вспышка.

Зов не остался без ответа. Земля у подножия холма резко вздыбилась. Из трещины