Личный аптекарь императора. Том 11 - Егор Золотарев

— непонятно. Калифрон будет ждать меня до последнего… наверное. А что если дракон почувствует свободу и просто улетит? Тогда даже если смогу выбраться из этого страшного места, всё равно останусь в крепости, ведь вокруг на много километров ни души.

Всё это время я ни на секунду не прекращал поиски свистка. Если колдун Лука мне не поможет, я обречён. Впереди меня ждет долгая и мучительная смерть… Хотя нет, я смогу убить себя быстро, повлияв на свои органы, но этого мне бы очень не хотелось. Убивать себя недостойно. Это признак слабости, а я сильный человек. Пусть я пока недостаточно силён физически, но духовно уж точно в этом мире никого нет сильнее.

Я хотел перевернуться на спину, чтобы поискать свисток под собой, но даже этого не смог сделать. Жаль, что всё так получилось. Видимо, судьбой мне предначертано прожить в этом теле короткую, но очень насыщенную жизнь.

Ну что ж, я благодарен за всё. Я узнал, что значит быть частью дружной семьи, когда тебя любят не за заслуги, а просто потому что ты есть. Я нашёл хороших, верных друзей в лице Вани и Сени. Я влюбился в прекрасную девушку, которая полюбила меня. Я…

Тут я нащупал веревку! Она просто задралась под подбородок, а я искал её на груди. Быстро перебрав веревку пальцами, я нашёл свисток и, засунув в рот, дунул насколько хватило сил. Ожидал, что послышится пронзительный звук, но ошибся. Звука вообще никакого не было. Воздух с тихим шипением вырывался наружу с обратной стороны и всё.

Свисток неисправен, или Лука просто обманул меня? Чёрт бы побрал всех ведьмаков и колдунов! И зачем я их защищал и пытался помочь? Пусть бы всех загнали в резервации! А ещё лучше если их просто-напросто всех…

«Ты звал меня, алхимик?» — послышался знакомый бархатный голос, и в нос ударил сладковато-тошнотворный запах склепа.

Я с трудом повернул голову и увидел, что трёх метрах от меня стоит тот самый восставший мертвец — колдун Лука. Он с насмешливой полуулыбкой смотрел на меня черными глазами, в которых светился огонёк.

На мгновение я пожалел, что воспользовался свистком. Теперь мне эта идея не казалась хорошей.

«Да, звал. Надеюсь, не отвлёк тебя от важных дел?» — я старался сохранять внешнее спокойствие и внимательно рассмотрел его.

С нашей прошлой встречи он сильно изменился. Во-первых, черные волосы больше не свисали грязными сосульками, а были вымыты и убраны в хвост. Во-вторых, лицо приобрело цвет: появился румянец, губы порозовели. В-третьих, одежда. Он сменил свой старинный бордовый костюм с рюшами на современный синий, а на плечи накинул шикарную соболиную шубу. В общем, выглядел почти нормальным человеком. Выдавали в нём колдуна только черные глаза и этот приторный запах.

«Какие важные дела могут быть у такого свободного человека, как я, — усмехнулся Лука. — Теперь, после стольких лет в гробу я наконец-то оценил возможность свободно перемещаться и вкушать различную еду».

«Куда же ты перемещаешься?» — я решил поддержать беседу, а не сразу просить о помощи.

«О-о-о, где я только не был, — он мечтательно уставился перед собой. — Посетил Рим, Афины, Иерусалим. Посидел на спине Сфинкса. Плавал на гондоле по речушкам Венеции. Прогулялся по Версальскому дворцу… Даже в Топкапах успел побывать. Слышал об этом месте? Находится в Османской империи».

«Да? Надо будет посетить, после того как победим их в войне».

«Да-да, я слышал об этом. Правителям скучно без войн. Каждый намерен оставить свой след в истории. Вот скажи, ты знаешь хоть одного правителя прошлого, у которого не было значимых побед?»

«Вообще-то…» — я хотел возразить и рассказать о правителях, которые не были завоевателями, но которых народ любил и почитал за другие заслуги.

«А-а, — прервал меня Лука и махнул рукой. — Я забыл, что ты неместный. Говорить о чужом мире и чужих правителях мне не интересно. Говори, зачем звал».

«Видишь ли, я попал в неприятную ситуацию», — я окинул взгляд подземелье и, повернув голову, остановил взгляд на алтаре.

«В какую ситуацию? — Лука тоже огляделся. — По-моему довольно неплохое местечко».

«Ведьминский алтарь не отпускает, а мне надоело лежать на холодной земле. Простужусь ещё», — я старался выглядеть спокойным и не показать, что ещё совсем недавно находился на грани паники.

«Ведьминский алтарь? Ни разу не сталкивался с таким».

Лука подошёл к камню, внимательно рассмотрел его и даже понюхал.

«Действительно ведьминский. Притом они заключили сюда души десятков ведьмаков. И после такого меня считают кровожадным? Да я по сравнению с ними агнец божий!» — он возмущенно всплеснул руками.

«Ты можешь мне помочь? Не могу уйти отсюда».

Я старался держаться, но голос предательски дрогнул.

«Я могу тебе помочь», — он кивнул и щелкнул по камню. Послышался звонкий звук, и тени возмущенно затараторили.

— Как он смеет трогать наш алтарь!

— Убери свои руки, грязный колдун!

— Будь проклят, гнусное отродье! Нечестивец!

Однако Лука, похоже, не слышал эти голоса, и продолжил:

«Только ты должен понимать, что больше не сможешь обратиться ко мне за помощью. Услуга за услугу, и всё».

«Я понял. Больше никогда не потревожу тебя».

«Ты не сможешь этого сделать, даже если захочешь», — он улыбнулся и щелкнул пальцами.

Свисток просто пропал, осталась только веревка. Мне почему-то стало жаль, что колдун забрал свисток. Сам не понимаю, как так получилось, но я воспринимал его как козырь в рукаве и держал на серьезный случай, который сейчас и наступил. А что если мне вновь понадобится помощь Луки? Фух-х-х, надо успокоиться. В конце концов я всю жизнь надеялся на себя, и впредь буду так и делать.

«Если ты не против, я уничтожу это творение ведьмаков. Надеюсь, оно тебе не слишком дорого?» — уточнил Лука и приложил указательный палец к углу камня.

«Нет, совсем не дорого. Я всеми руками за, тем более если это поможет мне избавиться от заклятья».

«Думаю, это единственная возможность помочь тебе».

Лука подошёл ко мне и еле уловимым движением ударил по камню. Ба-бах! Камень разлетелся на бесчисленное множество мелких осколков. Со всех сторон послышалось разочарованное У-у-у-у, и черные тени пропали.

«Мы в расчёте», — сказал Лука, поправил на плечах соболиную шубу и двинулся в сторону выхода, с каждым шагом становясь прозрачнее, пока совсем не исчез.

Я пошевелил руками и ногами, затем медленно сел и огляделся. Весь пол усеян мелкой каменной крошкой, черных теней нет, как и ехидных голосов.