Охотник - Алекс Войтенко

Но на всякий случай, все-таки решил проверить свою догадку о том, что до нужного мне места недалеко, и потому, подошел к милиционеру, спросив у того, как мне лучше поступить. Похоже, я такой умный далеко не один, и хотя я, почувствовал его раздражение, но он все-таки сдержал свои порывы и махнул рукой в нужную сторону. Идти оказалось недолго между вокзалами оказалось не больше трехсот метров, и потому я добрался до места не дольше, чем за три-четыре минуты. И впервые задумался, как мне быть дальше.

По большому счету, я сейчас находился здесь на Ленинградском вокзале, совершенно случайно. Когда только задумывался о том, куда ехать, перебирал разные варианты, и склонялся скорее к тому, чтобы оказаться где-нибудь вдали от цивилизации. То есть большие города, меня не интересовали совсем. Мне бы, что-то районного, максимум областного масштаба, но с населением не больше чем скажем в Якутске. И хорошо бы, чтобы была возможность сходить на охоту, рыбалку. Такая жизнь мне нравится гораздо больше. С другой стороны, я понимал и то, что сейчас я нахожусь, в самой прекрасной стране, где мне, просто не позволят жить в свое удовольствие. Здесь как говорится каждый должен работать. Причем под этим понятием, подразумевается именно общественно полезный труд.

Разумеется, кое-какие отличия с той страной, что была в моем мире, здесь имеются. Тот же Александр, работает на себя, имея в собственности личный грузовик. Я бы тоже, не отказался, от чего-то подобного, но денег увы, на это у меня не имеется. Да и надо мной висит, пусть и не слишком большой, но долг, который нужно возвратить. Хоть этого у меня и не требовали, но совесть-то должна быть. Поэтому, прежде чем исполнять собственные мечты, надо как-то устраивать свою жизнь с таким расчётом, чтобы вписаться в общество, и хотя бы заработать что-то на покрытие долга, а уж после думать, толи продолжать работу, и дальше, получать квартиру, создавать семью, или плюнуть на все, и искать что-то другое.

Псков, который вертелся на языке, с момента получения документов, из рук одного из братьев, сейчас, находился довольно близко от меня. Конечно можно было бы выбрать и какое-то иное направление, но меня почему-то тянуло именно туда. Где-то в подсознании тлела мысль, что Иван, не зря вписал в открепительный талон название именно этого города. И чтобы он там не говорил, о случайностях, мне почему-то казалось, что этот вариант будет самым наилучшим. Хотя в душе все-таки имелось некоторое сомнение о том, что меня с некоторых пор толкают именно в ту сторону. Но вспомнив, как меня встретили в семье старика, полученную от братьев помощь, отринул в сторону все сомнения, и решил положиться на удачу.

Прикинув все за и против, решил, что терять мне в общем-то нечего. В конце концов, не понравится, сяду на поезд, и уеду куда-то в другое место. Поэтому уже не раздумывая, дошел до билетных касс, и приобрел билет на поезд, идущий по маршруту Москва — Псков. Поезд отходил от Ярославского вокзала в двадцать ноль-ноль, и прибывал в Псков в семь тридцать утра. Учитывая, что ехать нужно было всего одну ночь, взял билет в плацкартный вагон, акая разница, только переночевать и все. И до вечера, просто болтался на вокзале, ожидая отправления поезда. Ближе к этому моменту, зашел в местную столовую, заказал тарелку картошки пюре с котлетой, стакан какао, которые с трудом легли в мой желудок. Честно говоря, не заметил большой разницы, между привокзальной картошкой, и тюремной баландой, разве что за пюре, с какао, пришлось отдать рубль, хотя в котлете даже не чувствовалось присутствия мяса, а в сама картошка больше напоминала, какую-то размазню, сероватого-голубого цвета. В изоляторе хотя бы все было бесплатно.

После объявления посадки, одним из первых прошел в вагон, и занял нижнюю полку. Сразу же отдал рубль проводнице, за постельное белье, и застелив постель, улегся спать, спрятав обувь и верхнюю одежду, в рундук под полкой, на которой лежал. Повезло еще и в том, что никто не пытался меня поднять, и отправить на верхнюю полку, правда заснуть из-за шума в вагоне, удалось далеко не сразу, но все-таки ночь прошла, относительно спокойно, и я даже сумел выспаться.

Глава 11

Стоило выйти из вагона, как моросящий дождичек тут же закончился, из-за облаков выглянуло солнышко, а привокзальные часы, высветили дату: 22 апреля 1965 года, четверг. На ум сразу же пришла старая поговорка' «После дождичка, в четверг» исполнившаяся на все сто, и это показалось мне добрым предзнаменованием. О том, что сегодня вдобавок знаменательная дата, я узнал значительно позже. В мое время, о дне рождения В. И. Ленина, уже говорили вскользь, и я просто даже не задумался об этом. Хотя сейчас этот день был, почти всенародным праздником. Разве, что без выходного дня, но во всех школах, точно проводились собрания, по чествованию вождя пролетариата.

Выйдя из здания вокзала, свернул направо, и добравшись до киоска «Союзпечать», по совету продавщицы, которой я поведал свой интерес, взял сразу три газеты: «Коммуну», «Псковскую правду» и «Знамя стахановца». Пройдя до скверика, что раскинулся прямо напротив вокзала, занял скамеечку, и развернул газету. В «Правде» кроме лозунгов и перепечаток статей из центральной прессы, практически ничего не нашлось. Именно в этой газете и было упоминание о рождении вождя всех народов. Впрочем, я, отметив про себя этот факт, почти сразу же забыл о нем, потому что мне нужна была работа, а не что-то иное. Увы газета оказалась бедна на сведения подобного рода. Тут скорее, совет был дан, из расчета, плана и безвозмездной помощи. Вроде, как помогла, вот пусть три копейки истратит на газету, все для выполнения плана в плюс, заодно и к политике партии приобщится.

Да и мне на подтирку пойдет. Бумага действительно была достаточно мягкой, и потому газета, после просмотра, сразу же отправилась в чемодан. Сейчас туалетная бумага находится с огромном дефиците, поэтому используют газеты, не обращая внимания на содержание и напечатанные там фотографии. Хотя, может и обращая, ведь это двойное удовольствие, и подтереться и утереть нос, какому-то руководителю. Ведь критиковать действия руководства сейчас нельзя, могут и наказать, а так хоть какое-то удовлетворение от сделанного. В «Знамени Стахановца», хоть и были напечатаны несколько объявлений,