Кино стран СНГ, Балтии и Грузии - Владимир Сергеевич Малышев

О современных туркменах, их психологии, традициях, проблемах самоопределения снял полнометражный фильм «Интересные приключения» обладатель премии ВКФ, заслуженный деятель искусств Туркменской ССР К. Оразсахатов. Актеры Туркмении снимаются в российских проектах (таких как «Ермак», «Баязет», «Убить Тарантину»). В разных киношколах мира обучаются молодые туркменские кадры, появились несомненные признаки возрождения туркменского кино.

О насыщенной кинематографической жизни Туркменистана свидетельствуют расширяющиеся культурные связи с другими странами.

В 2010 году в Ашхабаде успешно прошел Фестиваль популярных фильмов СНГ «Кино: открытые границы». В 2015 году в рамках цикла мероприятий, посвященных двадцатилетию обретения Туркменистаном статуса нейтрального государства с большим успехом прошла Неделя туркменского кино в Астрахани при поддержке Консульства Туркменистана в Российской Федерации. Туркменские любители кино имели возможность посмотреть лучшие российские фильмы, снятые в последние годы.

Глядя в будущее, можно сказать, что взаимодействие кинематографистов Туркмении и России, обретая новые формы имеет все основания развиваться, а дружба, скрепленная годами войны, когда в Туркмении нашли приют ключевые центры советской кинематографии, не прерывается и в наши дни.

ФРАГМЕНТЫ ИЗ ФИЛЬМОВ:

1. Первый в пустыне, М. Быстрицкий, 1932

2. Москва – Кара-Кум – Москва, Р. Кармен, Э. Тиссэ, М. Говоров, 1933

3. Семь сердец, Н. Тихонов, 1934

4. Я вернусь (Батрак), А. Ледащев, 1935

5. Умбар, А. Маковский, 1937

6. Дурсун, Е. Иванов-Барков, 1940

7. Далекая невеста, Е. Иванов-Барков, 1948

8. Сын пастуха, Р. Перельштейн, 1955

9. Случай в Даш-Кале, М. Атаханов, 1963

10. Состязание, Б. Мансуров, 1964

11. Решающий шаг, А. Карлиев, 1965

12. Дорога горящего фургона, М. Атыханов, 1967

13. Утоление жажды, Б. Мансуров, 1968

14. Махтумкули, А. Карлиев, 1968

15. Приключения Доврана, А. Карпухин, 1970

16. Смерти нет, ребята! Б. Мансуров, 1970

17. Невестка, Х. Нарлиев, 1972

18. Когда женщина оседлает коня, Х. Нарлиев, 1975

19. Умей сказать «нет!», Х. Нарлиев, 1977

20. Похищение скакуна, Х. Какабаев, 1978

21. Дерево Джамал, Х. Нарлиев, 1981

22. Фраги – разлученный со счастьем, Х. Нарлиев, 1984

23. Манкурт, Х. Нарлиев, 1990

Кинематограф Узбекистана

Первые киносеансы в Ташкенте состоялись в 1897 году. «Движущиеся фотографии» привозили владельцы бродячих балаганов, колесившие по свету в поисках заработка. Первые фото- и киносъемки делали тоже приезжие операторы, служащие зарубежных фирм, которых привлекала экзотика «далекого и загадочного Востока». Особый интерес представляет кинематографическая деятельность пионера узбекского кино Х. Диванова, который уже в дореволюционный период производил кино- и фотосъемки. Он был одним из первых национальных деятелей кино Средней Азии. Ему принадлежат многие документальные ленты. Работать как фотографу и кинооператору Диванову было очень трудно. Ислам запрещал изображать живые существа. Нельзя было заниматься изобразительным искусством; не делалось исключения и для фотографов и кинооператоров. Диванов нарушил запрет ислама. У него – первого кинематографиста в Хорезме – не было ни актеров, ни павильона, ни юпитеров. Но Диванов снимал все то, что казалось ему интересным. Диванова преследовали религиозные фанатики, его пугали карой за нарушение закона предков, но он упорно продолжал овладевать мастерством кинооператора. Он не сделал кино средством наживы, коммерции, как это часто бывало в то время. Он хотел служить своему народу, просвещать его. До революции жители Хорезма видели в небольших частных кинотеатрах лишь иностранные фарсы и боевики. Поэтому Диванов стал устраивать бесплатные киносеансы на улицах и базарах Хорезма.

Небольшие видовые кинокартины, снятые им, рассказывали о жизни родного города, о простых людях. Организованная в 1925 году узбекская киностудия предлагает ему стать местным корреспондентом. Киностудия посылает Диванову киноаппаратуру, пленку, сообщает темы для хроникальных съемок.

Путь к любимому искусству для многих пионеров узбекского кино был нелегок. Как, например, у Н. Ганиева, пришедшего в кино из живописи и впоследствии отказавшегося компенсировать слабый киноматериал эффектными кадрами восточных базаров, религиозных обрядов, которые часто не имели прямого отношения к драматургии фильма. После интересных по авторскому замыслу и художественному воплощению лент Ганиева «Подъем» (1931), «Рамазан» (1932) и «Джигит» («Егит») (1935) эти тенденции начали прослеживаться и у других режиссеров. Одной из сложных проблем узбекского кино немого периода была проблема актера. Исполнители плохо владели не только специфическими приемами киноигры, но и вообще элементарной актерской техникой. С такого рода трудностями режиссеры встречались постоянно. После долгих поисков исполнителей им чаще всего приходилось приглашать профессиональных актеров, мало знакомых с бытом, жизнью героев, роли которых они должны были играть. Иногда в качестве актеров приходилось приглашать просто колхозников, активистов фабрик и заводов и даже представителей духовенства. Отдельные исполнители, подобранные по типажному признаку, не только не знали особенностей игры в кино, но и вообще никогда не видели фильмов. Особенно большие трудности были связаны с поиском исполнительниц женских ролей. Многие женщины еще находились под влиянием радикального ислама, запрещающего сбрасывать паранджу. Все это усложняло задачу, отражалось на сроках съемки и, главное, на художественном уровне фильмов. Практика подсказала единственный выход: необходимо из театральных артистов, из числа одаренной молодежи подготовить киноактеров. С этой целью на студии открывались своеобразные актерские мастерские, где слушатели получали уроки актерского мастерства. Поиски кадров, воспитание их непосредственно на производстве – все это уже в начале 30-х годов дало свои результаты: небольшая группа узбекских сценаристов, режиссеров, актеров уже могла самостоятельно создавать фильмы. В эту группу входили режиссер и сценарист М. Каюмов, режиссер и оператор К. Ярматов, актер Р. Пирмухамедов, актер C. Ходжаев и др. Профессиональному росту пионеров узбекского кино во многом помогли и их поездки в Москву, Ленинград, где они учились в кинотехникумах, изучали производство на центральных студиях, опыт видных кинематографистов. На рубеже 30-х годов киноискусство обогатилось одним из важнейших средств эмоционального воздействия на зрителя – звучащим словом. В начале 1931 года специальная киноэкспедиция «Совкино» впервые прибыла в Ташкент. Экспедиция привезла первые звуковые фильмы. Кинотеатры не могли вместить всех желающих посмотреть звуковые фильмы. Тогда в колхозах, в армии впервые в стране начали демонстрировать звуковые фильмы под открытым небом. Первыми звуковыми фильмами, отображающими жизнь Узбекистана тех лет, были документальные ленты. Звук впервые стал достоянием хроникеров. Звучащее слово, шумы придавали кадрам хроники жизненную силу, усиливали впечатление реальности изображаемых событий. Изменился характер киносценария. Он начал формироваться как самостоятельный литературный жанр. В эти годы узбекская республика уже имела небольшой отряд своих кинематографистов. В феврале 1934 года по приглашению киностудии из Москвы приезжает режиссер и сценарист А. Усольцев. Ему поручено совместно с узбекскими коллегами создать первый звуковой фильм. События, лежащие в основе фильма «Клятва» (1937), относились к 1926 году, когда в Узбекистане проводилась земельно-водная реформа. Государство передало беднейшему крестьянству воду и свыше 270 тысяч гектаров земли, ранее принадлежавшей баям и духовенству. А также государство взяло решительный курс на повышение грамотности местного населения,