День мертвых в Мексике. Память предков, сахарные черепа и Калавера Катрина - Ксения Ямашева

в хронике Саагуна, имеет более устрашающий облик. Тлаканешкимилли (Tlacanexquimilli) представляет собой человеческий торс без головы и ступней. Он перемещался, перекатываясь по полу, и издавал стоны, как больной.

Появление Тлаканешкимилли также считалось плохим предзнаменованием. Согласно описанию Саагуна, тех, кто слышал стоны этого призрака, ожидала гибель на войне, страшная болезнь или любое другое несчастье, которое произойдет в кратчайшие сроки.

Однако судьба человека, повстречавшего Тлаканешкимилли на своем пути, зависела от его храбрости. Если он, завидев призрака, тут же в ужасе убегал, то судьба его была незавидна. Но если каким-то образом человеку удавалось побороть призрака, то тогда Тлаканешкимилли мог исполнить любое его желание.

Вновь обратимся за примером к записям Саагуна.

«…Призрак говорил ему: “Оставь меня, ты мне надоел. Скажи мне, чего ты хочешь, и я дам тебе это”. Затем воин отвечал и говорил: “Что ты можешь мне дать?” Призрак отвечал: “Возьми вот колючку”. И воин отвечал: “Я не хочу ее. Для чего нужна одна колючка? Она ничего не стоит”. И хотя призрак давал ему две, три или четыре колючки, воин не хотел отпускать его, пока тот не дал ему столько, сколько он хотел. А когда солдат получил их, призрак говорил ему: “Даю тебе все богатства, какие пожелаешь, чтобы жил ты, ни в чем не нуждаясь”. Тогда солдат отпустил призрака, потому что получил все то, что хотел»[167].

Почему воину было так важно сторговаться на большее количество колючек, прежде чем призрак согласится на обмен по-крупному? Считалось, что эти колючки символизируют количество военнопленных, которых воину удастся захватить в будущем. Как мы помним по первой части, ацтеки придавали войне и воинской доблести особое значение, а военнопленные составляли основной контингент принесенных в жертву.

Похожая история связана еще с одним призраком, описанным в хронике Саагуна. В отличие от предыдущих двух, этот известен под двумя именами: Йооальтепуцтли (Yoaltepuztli), или Ночной Топор, что является буквальным переводом его имени с науатля. Этот призрак появляется ночью на горных дорогах и пугает припозднившихся путников. Выглядит он как безголовый человек с открытой грудной клеткой, в которой виднеется бьющееся сердце. «Створки» грудной клетки открываются и закрываются со звуком, который издает топор при рубке древесины.

Вот как это описывал Саагун:

«…Он имел тело наподобие вырубленного ствола, а грудь его была открыта, каждая половина — будто открытые дверки, закрывающиеся посередине и при закрытии издающие стук, какой можно услышать от топора в лесу»[168].

Стук этих дверок и предвещал появление призрака на ночной дороге. Как и с двумя предыдущими персонажами, встреча с Ночным Топором не предвещала ничего хорошего. Однако человек мог повлиять на исход данной встречи, если находил в себе храбрость вступить с призраком в борьбу.

Если человек решал не вступать в борьбу с призраком и убегал, то он априори обрекал себя на скорое несчастье. Поэтому отмечалось, что лучше было бы не убежать от стука, а, напротив, пойти ему навстречу. Чтобы бросить вызов призраку, смельчак должен был ухватиться за его сердце. Если ему удавалось вырвать его и убежать, сердце следовало отнести домой, обернуть в ткань и оставить так на ночь. Если наутро сердце превращалось в шипы агавы или перья птиц, то это считалось хорошим предзнаменованием. Если же вместо сердца в свертке лежали уголь и лохмотья — наоборот, плохим[169].

А если же каким-то чудом смельчаку удавалось ухватиться за сердце призрака и долго держаться за него, не вырывая из груди, то можно было поторговаться. Как в предыдущем случае, Ночной Топор предлагал колючки, но воин не соглашался, пока их число его не устраивало, так как количество шипов было эквивалентно количеству захваченных в бою пленников. Только когда таким образом воин получал себе гарантированную силу, почет и славу, он выпускал сердце, и призрак исчезал[170].

В каждой мировой культуре есть своя версия легенды о призрачном всаднике, и Мексика — не исключение. Речь идет о персонаже по имени Эль Чарро Негро (El Charro Negro), что буквально можно перевести как «черный всадник». В Мексике под «эль чарро» подразумеваются всадники, работающие в сельской местности, на ранчо. В современной мексиканской культуре Эль Чарро Негро делит пальму первенства вместе с Ла Йороной и является очень популярным персонажем, которому посвящают фильмы, книги, компьютерные игры и даже отводят место в тематических парках развлечений.

Эль Чарро Негро выглядит как всадник, внешним обликом напоминающий мертвеца, хотя в некоторых версиях легенды описывается, что его лицо скрывает широкополая шляпа и видны лишь блестящие красные глаза. Он одет в черную рубашку, жилет, брюки, а на голове носит сомбреро.

Версии легенды об Эль Чарро Негро разнятся. «Свидетельства» о его появлении происходят из штата Халиско. Считается, что впервые его увидели именно там в 1920-х гг. Но также есть данные о том, что черного всадника можно встретить на дорогах Веракруса, Тлашкалы, Пуэблы и Мехико[171].

В каждом регионе — своя версия истории о черном всаднике. По одной из них, он был потомком честной, но бедной семьи. Однако мужчина любил роскошь и тратил все средства на дорогие вещи, даже если ему было нечего есть. Но ему всегда было недостаточно, и поэтому он решил заключить сделку с дьяволом, продав душу в обмен на богатства. Но вскоре он испугался и попытался избежать выполнения своего долга: сел на коня и бросился в бега, все еще держа мешок золота на своем поясе. Однако дьявол догнал его и в наказание за неповиновение превратил обманщика в своего сборщика долгов, который разъезжает по ночным дорогам в облике черного всадника на вороном коне, из чьих ноздрей вырывается пламя. Встреча с ним не сулит ничего хорошего тем, кто попадется ему на пути.

Однако, в отличие от ацтекских привидений, с Эль Чарро Негро не нужно пытаться торговаться или как-либо взаимодействовать. Наоборот, он сам будет предлагать встречному деньги, богатство и славу, а женщинам — романтическую прогулку верхом на прекрасном коне в компании галантного кавалера, то есть его самого. Однако если женщина согласится и сядет верхом на коня, то обнаружит, что с него невозможно сойти[172].