Ненавижу и люблю - Галина Милоградская

class="p">– Если ты не прекратишь раздевать меня глазами, я провалюсь сквозь землю! – прошептала я с милой улыбкой. Денис невозмутимо кивнул, – со стороны могло показаться, что мы ведём непринуждённый разговор.

– Я не доживу до завтрашнего дня, – вполголоса проговорил он. – Ты сегодня потрясающа! И это твоё платье… Ты специально выбрала его, чтобы свести меня с ума?

Значит, он тоже заметил! Я коварно улыбнулась, но спешно погасила улыбку, дерзко посмотрев в голубые глаза.

– А если и так?

– У тебя это получилось, – хрипло выдохнул он, прижимая к себе немного сильнее, чем того требовали приличия.

У меня кружилась голова. От флирта, от его улыбки и от вина. Хотелось, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась, и мы кружились в центре зала, в мягком свете. Только музыка, только тепло его тела, только стук моего сердца… Музыка замолчала, Денис неохотно убрал руку с моей талии и кивнул в сторону стола. Стоило нам подойти, как Рома поднялся, на ходу допивая виски. В руках он держал мой клатч.

– Спасибо за приятный вечер, но нам уже пора.

– Мне тоже, – обаятельно улыбнулся Рома, глядя на сидящих за столом. Впрочем, наш уход мало кого огорчил.

Мы зашли в лифт и я, не удержавшись, фыркнула со смеху: с одной стороны обманчиво-расслабленный Рома, с другой – небрежно засунувший руки в брюки Денис. Идиллия. Интересно, если бы я попросила их зайти в номер вместе, они бы согласились?.. Не знаю, что за вино нам наливали, но подобные мысли посещали меня впервые. У дверей номера Рома демонстративно повернулся к Денису спиной, одной рукой обнял меня, а другой открыл дверь, подталкивая внутрь. Я едва успела кивнуть Денису, когда дверь закрылась, а Рома прошёл к бару.

– Ты так торопился уйти, чтобы теперь молчать? – Выразительно посмотрев на его спину, я прошла мимо, скидывая туфли. Какая-то сила дёргала изнутри, заставляя говорить вместо того, чтобы просто пройти в спальню и лечь в кровать.

– Кстати, мы не обсудили, где ты будешь спать.

– На этот раз диван – твой, – нарушил молчание Рома. Обернувшись, он смерил меня нечитаемым взглядом, наливая виски и бросая в стакан лёд.

– Как скажешь, – я философски пожала плечами, плеснула в бокал белого вина и рухнула на один из диванов, закидывая ногу на ногу. – Что тебе говорил Маркин?

– Ничего из того, что стоит сейчас обсуждать. – Рома снял пиджак и бросил его на спинку соседнего дивана. – Расскажу завтра. Или лучше в понедельник, в служебной записке? – Он щёлкнул запонками, снимая их и кладя на столик. Расстегнул две пуговицы на рубашке и теперь закатывал рукава. Я поймала себя на мысли, что слежу за ним, как кролик за удавом, не в силах оторваться от медленных отточенных движений.

– Зачем в записке? – я сделала глоток и посмотрела на мужа поверх бокала. – Можешь прийти и сказать мне лично.

– Если ты в этот момент не будешь занята своим лаборантом, – небрежно заметил он, опускаясь на диван напротив. Откинувшись, он раскинул руки по спинке, покачивая в одной из них стакан. – Сегодня он недвусмысленно дал понять, что знает, как занять твоё внимание.

– Работа – не место для подобных вещей, – смутившись такому откровенному замечанию, пробормотала я.

– Да ну! – натурально удивился Рома, подаваясь вперёд и облокачиваясь о колени. – А мне показалось, что кто-то совсем потерял способность мыслить и оценивать ситуацию критически. И его рука, – он положил свою ладонь на моё колено, – так рьяно наглаживала тебя под скатертью… Скажи, ты кончила?

– Ром! – шокировано воскликнув, я дёрнула ногой, попытавшись сбросить его руку, но он лишь впился крепче, не сводя с меня пристального взгляда прозрачно-голубых глаз.

– Что? – он удивлённо вскинул брови. – Разве хороший муж не должен интересоваться, получила ли удовольствие его жена?

– Хороший муж сам его доставляет и знает ответ из первых уст! – вырвалось у меня. Я залпом допила вино и резко поднялась. Но не успела сделать шаг, как рука Ромы взметнулась, хватая меня за запястье и заставляя упасть ему на колени. Крепко прижав к себе, он жарко выдохнул в шею, слегка задев губами мочку уха. Я дёрнулась в тщетной попытке встать, но Рома обнял сильнее, зарываясь в мои волосы, и проворковал:

– Ты права, пора вспомнить о своём супружеском долге.

– Поздновато опомнился, не находишь? – Повернувшись, я столкнулась с ним практически нос к носу. И застыла, забыв, как дышать. Глаза, потемневшие, ясные, смотрели прямо в душу, вытаскивая наружу желания, что тлели годами. Не отводя взгляда, Рома продолжал удерживать меня одной рукой, в то время как вторая нырнула под платье, скользя между плотно стиснутых ног, поднимаясь выше. Мы молчали, и воздух между нами густел, а каждый новый вдох давался тяжелее. Кончики пальцев мягко поглаживали, не спеша, но и не собираясь отступать, и я сдалась, расслабляясь, разводя ноги шире, позволяя проникнуть глубже, коснуться внутренней стороны бёдер. Я чувствовала, как растёт возбуждение Ромы, как туманится его взгляд, и приоткрываются губы.

Хотелось склониться над ними, почувствовать их вкус, запустить руку в его волосы… Но я медлила. Боялась, что в любой момент он оттолкнёт, заявив, что всё это – шутка, а я как всегда вижу то, чего никогда не будет. Но время шло, а он молчал, поднимая руку выше, пока не коснулся места, где соединяются ноги. Мой вздох получился тонким и высоким, когда он двинулся дальше, обводя клитор, слегка надавливая и проникая внутрь. Глаза закрылись, и я невольно подалась вперёд. Рома приник к моей шее горячим, влажным поцелуем, насаживая на свой палец, заставляя двигаться навстречу его движениям, неосознанно вращая бёдрами, поддаваясь древнему инстинкту, который невозможно побороть.

Горячая волна прошла по позвоночнику, растекаясь внизу огненной лавой, когда я наконец позволила себе поверить: это – по-настоящему! Руки взметнулись к его голове, погружаясь в каштановую копну волос, притягивая к себе, впиваясь поцелуем, требовательным, ищущим, ослепительно сладким. Я прижалась к нему всем телом, будто со стороны наблюдая, как порхают по пуговицам его рубашки мои руки, как она летит на пол, а моё платье поднимается выше и выше, пока Рома не стягивает его через голову.

Я горела, плавилась в его руках, стремясь коснуться везде и сразу, одновременно. Рома подхватил меня на руки, перенося в