Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера - Галина Леонидовна Юзефович

В целом нельзя не признать, что, несмотря на вполне реальное участие в различных волонтерских проектах, значимую часть «поттеровского» активизма всегда составлял так называемый слактивизм или, говоря по-русски, активизм диванного толка. И очень часто острие критики было направлено либо на саму Джоан Роулинг, либо на держателей поттеровской франшизы. Когда тогдашний официальный сайт вселенной Гарри Поттера Pottermore.com подвергся неудачному, с точки зрения фанатов, редизайну, Fandom Forward устроил «твиттер-восстание», целью которого было заставить правообладателей вернуться к прежнему варианту. Еще больший масштаб приняла кампания под девизом «Не от имени Гарри»: фанаты требовали от корпорации Warner Brothers, выкупившей авторские права на сувенирную продукцию по «Гарри Поттеру», сменить производителя шоколадных лягушек на более добросовестного и ответственного (их требования, кстати, были удовлетворены).

«Гарри Поттер сегодня – это уже не просто коммерческий продукт, созданный конкретным человеком, – настаивал Джо Де Джордж, сооснователь Fandom Forward. – Это общественное достояние, это философия, это образ мыслей и определенное отношение к миру. Герои книг о мальчике-волшебнике учат нас без колебаний вставать на защиту гуманизма, равенства, экологии, каким бы влиятельным и могущественным ни был наш противник».

Эти слова, сказанные в далеком 2008 году, как мы понимаем сегодня, несут в себе зерна драматических событий, разразившихся десятью годами позже. Для многих поклонников уже тогда Гарри Поттер фактически отделился от фигуры Джоан Роулинг и зажил собственной жизнью. А верность идеям, почерпнутым из книг о мальчике-волшебнике, стала куда важнее любви к их создательнице. Ее фигура не просто утратила сакральность, но начала наливаться смутной угрозой: Дамблдор, по мнению «поттеровцев», прямо у них на глазах мутировал в Вольдеморта.

Восьмая книга о Гарри Поттере

В марте 2018 года внимание публики привлек «лайк» Джоан Роулинг под твитом, в котором критиковались трансгендерные женщины. Стремительно разгоревшееся в сети негодование было оперативно погашено выступлением пресс-секретаря писательницы, сообщившего, что это один из тех «неловких моментов», которые периодически случаются с людьми «среднего возраста», не всегда понимающими, что именно они лайкают. Сама Роулинг утверждала, что просто перепутала кнопку – она хотела сделать скриншот, но нечаянно нажала на «сердечко».

Однако несмотря на нашедшиеся, в общем, ложечки, осадочек определенно остался. Каждая реплика писательницы в социальных сетях, каждый ее «лайк» или подписка после этого начали просеиваться и только что не под микроскопом изучаться на предмет предосудительных с точки зрения молодых активистов взглядов. Поводы для недовольства копились, подозрения в адрес Роулинг росли, и, наконец, после пары особенно неосторожных высказываний в 2020 году тлеющий огонек скандала перерос в настоящий пожар, бушующий до сих пор.

Стремясь наказать Роулинг за «неправильную» позицию, активисты выяснили ее адрес и устроили под окнами писательницы «вечный» пикет. На нее посыпались оскорбления, проклятия и угрозы, бойкот ей объявили даже актеры, снимавшиеся в экранизациях «Гарри Поттера», а в определенных кругах дурным тоном стало простое упоминание о ней.

Дошло до того, что имя Роулинг начало исчезать не только из фанатского лексикона, но и из публичного пространства. Так, в августе 2023 года Музей поп-культуры в Сиэтле убрал всю информацию о создательнице «Гарри Поттера» с посвященной ему выставки. «Мы с радостью присоединимся к сторонникам популярной в интернете теории, согласно которой эти книги возникли сами собой, без участия автора», – написал в блоге музея куратор, принявший это решение.

Таким образом появление Гарри Поттер на свет стало, если можно так выразиться, литературным аналогом непорочного зачатия. Книги о мальчике-волшебнике утратили своего земного создателя, окончательно превратившись в универсальный миф, в глобальный и, что особенно важно, бесконечно длящийся эпос. И героями этого эпоса, из раза в раз бесстрашно бросающими вызов всесильному злу (ну или тому, что представляется им таковым в настоящий момент), оказались сами фанаты «Гарри Поттера».

И в этом – как и во многом другом – проявляется уникальность созданного Роулинг цикла. Есть немало книг, пользующихся огромной популярностью на протяжении долгих лет, но едва ли хоть об одной из них можно сказать, что, формально завершившись два десятилетия назад, она так никогда и не была закончена. «Для нас “Гарри Поттер” продолжается, – провозгласил в 2018 году основатель Fandom Forward Эндрю Слэк. – Наша работа, наши проекты, наша борьба за равенство и просвещение – все это восьмая книга о мальчике-волшебнике. И пишем ее мы сами, прямо сейчас».

Едва ли Джоан Роулинг когда-либо думала войти в этот сиквел на правах главного антагониста – новой реинкарнации Вольдеморта, или, пользуясь риторическими оборотами самих антироулинговских активистов, «сорвавшегося с цепи дементора». Но логика вызванного ею к жизни мифа оказалась сильнее ее собственных планов и желаний. Из литературного факта для многих «Гарри Поттер» превратился в объективную реальность, над которой писательница уже не имеет никакой власти.

Глава 5. Гарри Поттер и трудности перевода

Росмэновский перевод или перевод Марии Спивак? Дамблдор или Думбльдор? Долгопупс или Длиннопоп? Злотеус Злей или Северус Снегг? Ведьма или волшебница? Любой из этих вопросов способен вызвать в среде российских поттероманов перепалку с переходом в потасовку, хотя силы, пожалуй, все же будут неравны. Сторонники перевода, выходившего в издательстве «Росмэн», уверенно берут числом – именно этот вариант при всех своих недостатках стал в России каноническим и сформировал мощный читательский импринтинг. Зато желающие вступиться за честь Длиннопопа могут похвастаться древностью рода: в конце концов, перевод Марии Спивак был первым, и для самых давних, самых преданных фанатов история любви к мальчику-волшебнику начинается с него.

Российская ситуация не уникальна – переводы «Гарри Поттера» на многие языки сталкиваются с ожесточенной критикой, редактируются, уточняются, а иногда даже отзываются из продажи. Более того, присмотревшись к итальянской или французской версиям, мы можем убедиться, что на свете существуют вещи похуже Хогварца или даже Злотеуса Злея.

Однако прежде чем обращаться к конфликту двух русских переводов и к проблемам, с которыми сталкивались переводчики в других странах, стоит остановиться на двух фундаментальных вещах, без которых любой разговор об иноязычных версиях «Гарри Поттера» лишен смысла. Во-первых, необходимо обсудить практику перевода крупных международных бестселлеров как таковую (увы, здесь нас ждут не очень хорошие новости). А во-вторых, важно определить, что вообще представляет собой «идеальный перевод» и существует ли он.

Как переводят бестселлеры

Когда речь идет о книге, прогремевшей на весь свет и способной стремительно обогатить ее счастливого издателя, качество перевода, казалось бы, должно стать первоочередной задачей. Зачем экономить на булавках, то есть на переводчике, когда на покупку авторских прав, печать и продвижение уже потрачены огромные деньги, да и прибыль ожидается немалая? Звучит логично, но на практике часто происходит обратное: перевод мировых бестселлеров делают на скорую руку