Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера - Галина Леонидовна Юзефович

от идеи переводить как написано и пошли по пути не перевода, но пересказа. «Английскую культуру трудно конвертировать в непальскую напрямую, – рассказывал Адхикари, – поэтому порой там, где Роулинг обходилась одним словом, нам требовалась целая фраза или даже две. Мы постоянно изводили себя вопросом, поймут ли в нашем тексте хоть что-то дети из Рукума или Илама, где о европейском фольклоре и вообще европейской культурной традиции слыхом не слыхивали».

Беспокойство переводчиков было не напрасным. Выход первой части семикнижия с энтузиазмом встретили только столичные хипстеры, уже и без того по большей части читавшие романы Роулинг на английском. За пределами же Катманду книга с треском провалилась – в самых отдаленных деревнях издатель пытался раздавать ее бесплатно, но даже при этом условии «Гарри Поттера» брали неохотно. Жизнь обычных непальских детей так слабо соотносилась с жизнью, описанной в «Гарри Поттере», что читать о приключениях мальчика-волшебника и его друзей им было откровенно скучно.

Вторая часть была почти полностью переведена, но так и не вышла – издатель побоялся еще больших убытков и с сожалением свернул проект. А «Философский камень» на непали стал библиографической редкостью, и сегодня за ним охотятся поттероманы-коллекционеры: стоимость одного экземпляра на интернет-аукционах может доходить до нескольких тысяч долларов.

Говоря об универсальной популярности «Гарри Поттера» в мире, мы не должны забывать, что все же это феномен преимущественно европейский. Чем более страна открыта западной культуре, чем большая часть населения в ней понимает европейские реалии, тем выше вероятность успеха. В странах же, где этого нет, «Гарри Поттер» увлекает лишь европеизированную городскую элиту, оставляя большую часть населения равнодушной.

Именно это и произошло в Непале. Несмотря на культурную близость с Индией, где истории о мальчике-волшебнике продавались не хуже, а порой даже лучше, чем в континентальной Европе, Непал никогда не был колонией. Сколько-нибудь заметные контакты с Западом завязались у непальцев лишь в ХХ веке, и, соответственно, глубоко укорененный в британской культуре «Гарри Поттер» оказался совершенно чужд большинству непальских читателей – как взрослых, так и юных.

НИИ «Гарри Поттер»

В 1998 году тридцативосьмилетнюю инженера-математика, выпускницу МИИТ Марию Спивак уволили из конторы, торговавшей компьютерами. «Хватит искать работу, – решительно сказал ей муж. – Будешь переводчиком!» Что это в точности означало, никто из них не знал, поскольку до этого момента Спивак переводила только технические тексты – каталоги и инструкции. Поначалу литературный перевод у нее оставался в статусе хобби, но в 2000 году подруга привезла ей из Англии первую книгу о Гарри Поттере. Мария прилегла с ней на часок на диван – и встала, только перевернув последнюю страницу. А встав, немедленно села за компьютер – переводить книгу для сына.

Так начинается история переводов «Гарри Поттера» на русский язык, которая сегодня нам может показаться фантастической и неправдоподобной. Переводчик-самоучка без какого-либо опыта, без легального статуса, без договора с издательством, без денег просто садится и начинает переводить!

Однако не стоит забывать, что собой представлял отечественный книжный рынок в то время. В сущности, назвать его рынком было некоторым преувеличением – слово «базар» подошло бы больше. Дикий российский книжный капитализм первой половины 1990-х, когда доля контрафактных книг составляла едва ли не 100%, к нулевым годам только-только начал входить в какие-то берега. Издатели по слогам разучивали сложные слова вроде «авторское право», «роялти» или «международный бестселлер». А безвозвратно, казалось бы, сгинувшие в горниле перестроечного книжного перепроизводства институты профессионального перевода, редактуры и корректуры с трудом возрождались из пепла. В этой ситуации взять книжку, перевести ее и выложить в Сеть пиратский перевод, сделанный просто «по любви», казалось совершенно нормальной, даже благородной практикой. Тем более что легально «Гарри Поттер» в России еще не издавался.

Муж Марии Спивак создал сайт под названием «НИИ “Гарри Поттер”», на котором переводчица начала выкладывать плоды своих трудов. Понемногу вокруг сайта собралась лояльная аудитория – тысячи человек заходили, чтобы пообщаться (так возник форум – едва ли не первый, посвященный книгам Роулинг в России), сказать спасибо Спивак, поддержать ее и… потребовать переводов следующих книг.

Увы, чем дальше, тем меньше книги о Гарри Поттере нравились самой Марии Спивак. Она влюбилась в добрую и простодушную сказку – собственно, этим и объяснялись многие принятые ею решения, а главное, выбор стиля, отсылающего скорее к советским переводам детской классики, чем к чему-либо еще. К постепенному усложнению образов героев и этическим полутонам, о которых мы говорили в первой главе, Спивак оказалась решительно не готова. «Роулинг под давлением стала принимать определенные решения, – говорила она в одном из интервью. – И эти моменты меня немного огорчали. Но, опять же, я не очень-то читала, я переводила. А когда ты видишь книгу вот такой толщины, над которой тебе долго сидеть за компьютером, любви особой не будет – это не то же самое, что полежать на диване, а потом пойти гулять».

Несмотря на постепенно угасающую любовь к серии Джоан Роулинг («Да и вообще, я фэнтези никогда не любила. Сначала “Гарри Поттер” был просто сказкой, а потом началась эта повышенная детальность – героям стали сочинять биографии. Ну, зачем это в детской книжке? Как-то это уже становится не так интересно»), Спивак скрепя сердце продолжила работу над переводами – ей не хотелось обманывать ожидания фанатов.

Однако все изменилось, когда права на издание «Гарри Поттера» приобрело издательство «Росмэн». Для мальчика-волшебника в России наступила новая – легальная – эра.

Так все-таки жаба или черепаха?

Издательство «Росмэн» было основано еще на заре постсоветского книгоиздания, в 1992 году, однако в первые восемь лет своего существования не имело сколько-нибудь узнаваемого лица. Как и многие в те годы, «Росмэн» издавал примерно все, что сулило коммерческий успех, не делая различий между литературой детской и взрослой, российской и переводной. Парадоксальным образом именно этому ничем по большому счету не примечательному издательству повезло вытянуть счастливый билет: «Росмэн» стал первым, кто изъявил желание купить права на «Гарри Поттера», и в отсутствие конкуренции легко их получил уже в 1999 году.

Однако издатель не сразу понял, что приобрел курицу, несущую золотые яйца. Поттеромания лишь набирала обороты, а до России культурные моды тогда доходили с большой задержкой, поэтому первое издание «Философского камня» вышло на русском лишь к концу 2000 года без особой помпы и рекламы, скромным по тем временам тиражом 30 тысяч экземпляров.

Почему при наличии практически готового (и очень популярного на тот момент) перевода Марии Спивак руководство «Росмэн» решило заказать перевод заново, сказать сложно. Сама Мария считала, что кто-то в редакции «ее ненавидел» и считал