Месть зеркал - Юлия Борисовна Гладкая

с облупившейся зеленой краской. За соседним столом двое мужиков лузгали воблу, громко споря о том, чья кобыла резвее. Из-за перегородки доносились крики картежников и звон медяков.

Хозяин, низенький и широкий, точно горшок с ручками, подошел лично принять заказ. Его заведение дышало духом старой Москвы: дым махорки, скрип лавок, густой запах щей и жареной требухи.

— Что изволите? — буркнул он, вытирая руки о засаленный фартук.

— Мне бы поужинать как следует, — начал Лосев, окидывая взглядом закопченные стены. — Дайте-ка уху стерляжью, да кулебяку тестовскую в четыре угла. И графинчик рябиновой для души.

Хозяин фыркнул, почесав щетинистый подбородок:

— Стерлядь нынче в цене, барин. Да и кулебяку на заказ пекут — три дня ждать. Может, щей да каши с сальцом?

Илья поморщился, но кивнул:

— Ладно, давай щи с мясом, и пива, да смотри, не разбавляй. — Улыбаясь, он достал гербовое зеркальце и положил на стол подле себя.

— Как вы могли подумать, господин маг! — тут же залебезил кабатчик. — Сейчас сделаю все в лучшем виде — и для вас, и для вашего товарища.

— Чашку кофию, — попросил Митя.

Хозяин развел руками:

— Нет у нас его. Нынче подвоз задержали, а свой — дорог.

— Тогда хоть квасу, — вздохнул Митя.

Хозяин обернулся к кухне и рявкнул что-то хриплым голосом. Через мгновение из-за закопченной занавески появилась дородная служанка, неся на вытянутой руке поднос, где притулилась кружка с мутноватым хлебным квасом, пахнущим ржаными корками, и кружка темного пива с плотной белой шапкой пены. Отдельно стояла жестяная миска, от которой валил густой, обжигающий пар. Щи дышали кисловатым духом — не той резкой кислотой, что бьет в нос из кадушки с капустой, а благородным, округлым вкусом, который получается, только когда капуста перебродила в дубовой кадке под гнетом.

Илья, принюхавшись, крякнул одобрительно — для кабацких щей выглядело вполне сносно. Ложка, воткнутая в миску, стояла ровно — знак того, что не разбавляли водой. На поверхности плавали жирные кружочки, а в глубине угадывалось пару кусков моркови — видно, хозяин все же старался для уважаемого гостя.

За окном уже сгущались сумерки, а в закопченных стеклах кабака отражались дрожащие огоньки керосиновых ламп — самое время для сытного ужина и крепкой выпивки.

— Ну что, у вас, Дмитрий Тихонович? — спросил Илья, сделав несколько глотков пива и смахивая с усов пену. — Ведь не зря же мы тут с вами обосновались, факт?

— Факт, — согласился бывший маг. — Хоть сестра моя и считает, что мне дела нет, а все же подскажи, что там нового, как паренек, которого я достал, — жив?

— Жив. Степанида Максимовна над ним знатно поколдовала, так что никакой опасности юному организму, — заверил Илья, беря ложку и дуя на горячие щи.

— Славно, славно, — закивал Митя. — А что по его другу слышно? Тому, что умер?

— Ну что… — Илья исподлобья глянул на Митю. — Права была Арина Антоновна — имеются там следы волшбы, но не чар, а вроде как зелья, хотя толком не разобрать. С этим опять же Степанида Максимовна возится. Ей, бедняжке, нынче спать и вовсе не придется — губернатор ответов требует, и даже не сегодня, а, что говорится, вчера.

— А вот еще я про господина губернатора кое-что сказать хотел, — обрадовался бывший маг. — Мы с сестрой, когда паренька-то вытащили и на помощь позвали, так не все люди из домов выскочили, а он как раз подъехал. Это же значит, что он знал, где нужно быть.

Илья замер, не донеся ложку до рта, устало опустил ее в чашку, вздохнул:

— Вы уверены, друг мой, что это именно губернатор был, а не кто-либо еще?

— Само собой, я с ним вот как с вами виделся — уж опознать сумею.

— Так ночь на дворе была, может, путали малость?

Митя покачал головой.

— М-да, как же так не складно-то, факт. — Илья сделал еще глоток из кружки. — С одной стороны, если губернатор и впрямь прибыл, то да, он знал. С другой — отчего не пришел раньше?

— Допустим, не успел — сообщили ему, где искать, и ушли. Логично? — предположил Митя.

— Логично. Но дядюшка за племянника награду назначил, она ведь твоя, к слову сказать. Да вот только мимо кармана пройдет.

— И шут с ней, — отмахнулся бывший маг. — Так что выходит, некто не пожелал награды? Не поверю. Уж скорее, некто выменял племянника на что-то другое, более ценное. Как вам такая идея, Илья Федорович?

Лосев не ответил. Он медленно доел щи, допил пиво и, посмотрев на Митю, который так и не притронулся к квасу, поморщился:

— Я так размышляю, что даже если идея ваша верна — это не наше дело, не зеркального департамента. Пусть этим разбираются полицейские или еще кто. А мы здесь зачем? Чтоб найти ведьму, сделавшую зелье и отравившую двух юнцов — вот наша задача, не более. И если не путать свои дела с чужими, то, уверен, в работе будет больше толка, факт! У вас ведь тоже задание имеется? Выходит, сестрица ваша права?

— Верно, вы правы, господин Лосев, — Митя поднялся с места. — У каждого свое дело. Извините, что отвлек вас, более не стану.

— Да нет, что вы, друг мой, я ж не о том. Отвлекаться надо, факт! Просто чужой тулуп на себя примерять ни к чему — или короток будет, или потонешь в нем, факт?

Митя кивнул и, больше не говоря ни слова, покинул кабак. Он брел обратно в их комнату, размышляя над тем, что Илья прав. Не стоит пытаться лезть в чужие дела. Маги расследуют одно, полиция — другое, а у него сейчас и вовсе третье задание. И все же он не мог прогнать мысль, что губернатор знает больше, чем говорит, а значит — это не разные дела, а одно, состоящее из нескольких ярусов, как кулебяка, что готовят в кухмистерской: все слоями, а следом — раз, и перемешаешь.

— Ладно, сам разберусь, — решил Митя, и на душе мигом стало спокойнее.

Уже укладываясь спать, Варя спросила:

— Ты давеча что-то рассказать хотел о Лизоньке.

— М-м-м, — промычал бывший маг в подушку. — Не помню, видно, ерунда какая.

— Как скажешь, — согласилась ведьма и более вопросов не задавала.