Без пяти полночь… - Лазарь

— это жизнь, что дарит целый калейдоскоп сильных эмоций. Не только ярость и злость, но ещё есть радость, счастье, любопытство, восторг или страсть. — Её щёки слегка порозовели. Похоже, не один я вспомнил наш совместный опыт, связанный со страстью. Было горячо в прямом и переносном смысле. — Тебе надо научиться применять свою силу для разных целей и перестать жить убеждением, что твой дар только для сражений. Слышишь?

— Угу, — похоже, кто-то совсем не собирался выбираться из объятий.

— А раз поняла, то… Айка!

— Айй… Стерва! Сожгу!…

Ну, что с первого раза всё получится, я и не рассчитывал…

* * *

— Алекс, подожди, — голос Джиро догнал меня, когда я собирался уже садиться в такси.

На Минэко я потратил несколько часов и сейчас собирался отправиться домой, потому как время приближалось к вечеру, а спокойная неделя, что выдалась после последнего случая, подходила к концу. Были у меня такие предчувствия, железобетонные.

— Если ты не против, то я бы хотел подбросить тебя и заодно поговорить. За такси не переживай, пусть оно будет за мой счёт, потому можешь смело его отпускать.

Минуту подумал, а потом кивнул.

— Без проблем.

Таксист спокойно принял оплату за пустой вызов, а потом на прощание мигнул задними фонарями и скрылся за поворотом. Я же сел на заднее сиденье внедорожника с эмблемами семьи Ватанабэ на дверях и повернулся в сторону японца, показывая, что готов слушать. Машина тронулась с места, между первым и вторым рядами поднялась перегородка, после чего Джиро спросил:

— Как ты относишься к моей сестре?

Не скажу, что вопрос был неожиданностью, хотя это было самым маловероятным из вариантов будущего. Так что же вопрос. Беспокойство брата за сестру? Не совсем. Вернее так, но было это где-то на третьем месте после истинных мотивов. Любопытно.

— Друг или, если хочешь, очень хороший знакомый, который увидел возможность помочь и не отказал в этой помощи. Такой ответ тебя устроит? Или твоего отца?

Японец криво усмехнулся.

— Друг, значит, — он кивнул. — Ладно, принимается, хотя могу тебе сообщить, что будь даже ответ «Больше, чем друг», то и в этом случае протеста с нашей стороны не последовало.

— О как, — ну надо удивление изобразить, — с чего это вдруг? Богатых и влиятельных родственников за мной не стоит, сам я пока великой силой не обладаю. Так с чего такая перемена?

— Насчёт силы ты ошибаешься. Тёмный аспект тебя ставит в один ряд с кандидатами из влиятельных семей, а то, что ты свободен от обязательств перед кланами, позволяет оказаться в числе самых выгодных, ведь в таком случае девушка не уйдёт в семью мужа, а наоборот, приведёт его к нам. Понимаешь?

— А кто тебе сказал, что обязательств нет? Пусть они не озвучены, но когда придёт время, счёт мне выставят с процентами. Сомневаюсь, что у Ватанабэ хватит сил его перекрыть.

А вот это его задело и сильно, но парень лучше себя контролировал, чем его сестра.

— Не злись, Джиро, но с Романовыми вам не тягаться, — решил я слегка удовлетворить одну из причин его желания поговорить со мной. Минэко была лишь поводом вообще начать сам разговор.

— А при чём здесь они?

— Моё воскрешение — их рук дело. Зачем и почему — не спрашивай, даже знай я это, не сказал бы, — развёл руками, — потому с твоей сестрой я только друг. На ваш клан мне плевать, но вот её подставлять не хочу и Айку вместе с ней.

Не получается у Джиро разговор, не клеится. Трудно строить нить беседы, когда твой оппонент знает все твои ответы наперёд, но ничего, переживёт. Жизнь вообще несправедлива.

— Ты спрашивай, не мнись, — хмыкнул на его скривившуюся физиономию, — понимаю, что всё пошло не по плану, а потому лучше говори прямо. Что смогу, отвечу, а нет, промолчу. Сестра же просто предлог.

— Не совсем предлог, её судьба меня и отца волнует, но ты прав. Есть более острые вопросы, и ты, как сотрудник контроля, можешь пролить некоторый свет на них.

— Хочешь знать, кто стоит за всеми недавними неприятностями? — понимающе покивал, — без понятия, и, насколько понял, мой куратор тоже теряется в загадках.

— Совсем ничего не можешь сказать?

— Реально никто ни в чём не уверен, — состроил свою самую искреннюю физиономию, — тут я тебе не врал, но могу дать совет. Надо?

— Мы всегда рады добрым советам, — одними губами улыбнулся японец.

— Постарайтесь как можно меньше участвовать в делах Киллиан, во всяком случае пока всё не разрешится. Ограничьтесь этим проектом.

— Ты думаешь…

— Это тебе надо думать и твоему отцу, а лучше стоило заняться этим ещё раньше. С чего вдруг разработку одного из самых богатых месторождений в стране отдают иностранцам и местной семье, притом не из первого десятка фамилий, а наоборот, той, которую спас от Демидовых титан? Откуда вам такое счастье привалило? И вот ведь какая странность. Ладно, семья Аманды. Они реальная сила, но вы и Кобаяси? Почему не те же Танака, Мацумото, а вам?

По выражению его лица было нетрудно догадаться о напряжённой работе мыслей в голове. Сидит молодой и подающий надежды наследник семьи Ватанабэ, усиленно думает. Что же я такое имел в виду? Правда ли знаю что-то или просто впустую сотрясаю воздух, стараясь выглядеть умнее, чем есть на самом деле?

Спесь кланов, даже самых маленьких, недостаток, на котором они не раз в прошлом и множество раз в будущем попадутся. Это буквально их бич какой-то. Стоит немного добиться успеха, мелькнуть пару раз в удачных проектах, так, чтобы об их фамилии просто узнали, как самомнение взлетает до небес и им кажется, что удача и власть уже в кармане.

Было совсем нетрудно проследить всю цепочку событий, которая привела две японские семьи в эту ситуацию. В очень скверную, я бы сказал.

Кобаяси благодаря своим передовым разработкам, что пока не имели аналогов и были очень эффективны как раз в сложных условиях шлейфа. Им, возможно, повезёт, и они просто отделаются потерей эксклюзивного права на эти технологии. Да, скорей всего, и это если они не попытаются закусить удила, то их особо не тронут. Возможно, даже для общества они вообще выйдут в небольшой плюс, но опять всё будет зависеть от них. Посмотрим.

Другое дело семейка Джиро. Они