Королев. Мой отец. Книга 1 - Наталия Сергеевна Королёва

На этих лекциях бывала и моя мама. Она вспоминала, что ее удивляло не только внимание старых и молодых слушателей, но необыкновенное вдохновение и убежденность, с которой говорил юный лектор. Это внушало чувство гордости за него.

«Председателю Одесской Губспортсекции ОАВУК

Настоящим прошу оплатить лекторский труд инструктора т. Королева, читавшего лекции 2 раза в неделю в течение времени с 15 / VI по 15 / VII с.г. в вверенной мне группе.

Итого за 8 (восемь) лекций.

Красвоенмор

Иванов

30/VIII-24 г.

г. Одесса».

Эти занятия отец всегда проводил с увлечением. Побывав однажды на такой лекции, моя мама была потрясена его знаниями, логикой мышления и красноречием. По ее словам, она почувствовала силу и мощь его натуры, ей захотелось всегда и во всем ему помогать. И время не заставило себя ждать. В ту пору стройпрофшкольцы постоянно ходили заниматься в Одесскую публичную библиотеку, которую они по-свойски называли «публичкой». В этой прекрасной библиотеке имелись книги по всем разделам науки. Многое из того, что было рекомендовано прочесть и что читали другие ученики, например из греческой мифологии, отца не интересовало, вернее, он считал, что не может тратить попусту время. Он обычно просил мою маму прочесть это самой и потом рассказать ему. Мама честно все читала, конспектировала, а он в это время изучал книги и журналы по конструированию планеров и самолетов. По дороге домой она рассказывала ему прочитанное. Иногда они присаживались где-нибудь под фонарем, и он записывал самое главное. Таким образом, изучала мифологию мама, а отец, благодаря ее обстоятельному рассказу и своей прекрасной памяти, всегда мог ответить на вопросы преподавателя и получить хорошие отметки. Мама помогала ему еще и тем, что по его просьбе подбирала в каталоге необходимую техническую литературу и таким образом экономила его время, которого ему уже тогда не хватало. Наверное, многим соученикам отца была непонятна его внешкольная жизнь, его одержимость, но мама его хорошо понимала.

Летом 1923 г., во время каникул между первым и вторым курсами стройпрофшколы, мама, ее брат и группа одноклассников, в том числе Лида Гомбковская, Жора Калашников и другие, в течение полутора месяцев работали на строительстве железнодорожной линии Выгода — Днестр. Они устроились туда через биржу труда благодаря Максимилиану Николаевичу, который был начальником этого строительства. Ребята с пользой провели время и заработали немного денег. Отец туда не поехал. Увлеченный авиацией, он с головой окунулся в дело, ставшее смыслом его жизни, и расстаться с ним даже на короткое время уже не мог.

Сергей Королев (справа). В центре — красвоенмор Г. Иванов.

Одесса, август 1924 г.

Мама с удовольствием вспоминала лето 1923 г. Работа на строительстве была интересной. Занимались нивелировкой железнодорожного полотна. Мальчики работали с нивелиром и вели записи, а девочки держали рейки. Жили в немецкой колонии Карлсталь (Долина Карла) среди богатых немцев, у которых было много молока и масла. Но ребята на заработанные деньги могли купить у них только «сколотину» — то, что оставалось после приготовления масла. И вот эту сколотину в бидонах на телеге (поезда еще не ходили) они везли под выходной день домой своим родителям. При этом не каждому удавалось самому сесть на телегу, иногда приходилось идти за ней 20–25 километров. В Одессе был голод. Родители зарабатывали мало, служащим обычно выдавали только соль с лавровым листом, и помощь детей имела большое значение.

Во время пребывания в Карлстали школьники стали свидетелями необычайного зрелища — шествия огромного количества мышей. Влекомые неведомым инстинктом, голодные мыши строем бежали из Одессы к Днестру. Остановить их было невозможно. По мере продвижения необычного полчища в населенных пунктах били в набат, оповещая жителей, призывая закрывать помещения и не выходить на улицы. Но ребята, конечно, эти требования не выполняли. Они увидели поистине удивительную картину — в первый и последний раз в жизни, — и она осталась в памяти навсегда. А выглядело все так. Вдоль широкой песчаной дороги, по сторонам которой располагались дома немцев, двигалось многотысячное полчище мышей. Грызуны бежали, поднимая клубы пыли. Некоторые пытались проникнуть в дома и амбары. Поток был плотным и казался бесконечным. Не обошлось без курьезов. На следующий день Максимилиан Николаевич одел фуражку, в которой оказалась мышь, а Юрий, надевая сапог, раздавил в нем мышонка ногой. В тот день Максимилиан Николаевич повез ребят на берег Днестра, где находилась водонасосная станция, посмотреть, чем закончилось мышиное нашествие. А там произошло нечто невероятное: все отстойники станции были забиты мышами. Мыши стремились переплыть Днестр, который в этом месте был не очень широк, и какому-то числу их это, видимо, удалось, но множество мышей погибло в отстойниках. По словам мамы, зрелище было ужасающим. Все это произвело такое неизгладимое впечатление, что, собираясь через много лет в Москве, мамины школьные друзья всегда со смехом вспоминали «мышиную эпопею» лета 1923 г.

В сентябре вновь начались занятия в школе. А отец все больше и больше увлекался авиацией. Он ходил на лекции, не пропускал ни одного заседания Губспортсекции, участвовал в работе 1‐й конференции планеристов, открывшейся 13 апреля 1924 г., и расширенного президиума Черноморской авиагруппы — 15 июля того же года, являлся членом Черноморской авиагруппы и технической комиссии кружка воздухоспорта Военморбазы, сам выступал перед рабочими с лекциями по авиации и планеризму и руководил планерными кружками на заводах имени Марти и Бадина и имени Чижикова, а также на Одесской военно-морской базе.

На заседании Губспортсекции при Одесском Губотделе ОАВУК 27 мая 1924 г. одним из вопросов повестки дня был отчет отца о работе кружка на заводе имени Чижикова. Вот выдержка из протокола:

«Об организации кружка при судоремонтном заводе им. т. Чижикова. Организатор кружка тов. Королев информирует ГСС о количественном и качественном составе кружка, указывает на низкий уровень знаний по авиации и сильное стремление его членов к работе. Кружок предполагает строить планер своей конструкции. Необходимы лектора для теоретических занятий».

Протокол заседания Губспортсекции с отчетом Сергея Королева о работе кружка

на заводе им. Чижикова. Одесса, 27 мая 1924 г.

Отдавшись любимому делу, отец ослабил внимание к учебе. Он скептически относился к школьным дисциплинам, которые отвлекали его от занятий в планерных кружках и авиаспортивной секции, от самостоятельного штудирования теории воздухоплавания. Это, естественно, привело к снижению успеваемости. Мария Николаевна вспоминала, как однажды к ним домой, на Платонов мол, неожиданно пришел преподаватель математики Федор Акимович Темцуник, чтобы поговорить с родителями об учебе сына. Это встревожило их, и они решили воздействовать на Сергея, с тем чтобы он больше занимался в школе и меньше уделял