Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар

Закатываю глаза и протискиваюсь сквозь толпу к рассеянному доктору. Эти учёные словно дети, увидевшие гору из конфет. Только и ждут момента нырнуть в неё. Легонько тяну Дэвида Финчера за рукав костюма.

Он вздрагивает, рассеянно моргает и поворачивается ко мне. Жестом указываю на рюкзак, брошенный у его ног. Немой укор за затянувшуюся эйфорию. Доктор Финчер окидывает взглядом возбужденную группу, затем переводит взгляд на меня, виновато улыбается и торопливо опускается на корточки около рюкзака.

Капитан, убедившись в нашей готовности, приказывает двигаться дальше. Мы осторожно спускаемся с холма. Бойцы держат автоматы наготове. Я стараюсь не отставать от отца.

Под ногами хрустит сухой сорняк. Вблизи ворота кажутся ещё более зловещими. Ржавчина и мрачная серость облупившегося бетона лишь усиливают гнетущее ощущение заброшенности. Местами камни густо покрыты мхом. Это место буквально кричит, что здесь давно не ступала нога человека.

А ещё больше вопит, что здесь вообще не стоит находиться.

Бойцы занимают позиции, прикрывая нас. Капитан подходит к потрескавшейся панели и внимательно её осматривает. Пытаясь оттереть от многолетнего слоя грязи, с усилием надавливает на несколько кнопок. Безрезультатно. Затем, достав небольшой инструмент, ковыряется в проводах. Спустя пару томительных минут что-то едва слышно щёлкает.

— Похоже, питание есть, — бормочет капитан, — но код, скорее всего, заблокирован. — Он отходит в сторону, пропуская Чака: — Твоя очередь, гений.

Чак опускается на колени, вынимая из рюкзака потрепанный кейс. В нём видавший виды ноутбук, соединенный с хаотичным клубком проводов и микросхем.

— Ну что, старина, покажем этим древним мозгам, кто тут главный… — бормочет Чак, устанавливая ноутбук на землю.

Он подсоединяет провода к панели. Экран ноутбука вспыхивает, показывая искаженные символы.

Я осматриваюсь вокруг. Ветер здесь дует беспощадно. Ещё недавно на небосклоне солнце играло, а теперь серые тучи давят его последние лучи. Тишина. Звенящая. Подозрительная. Даже птиц не слышно.

— Чёрт! — восклицает Чак, заставив нас всех вздрогнуть. — Технологии в этой панели — ровесницы мамонтов. Сколько лет этому месту? Лет сто, не меньше.

— Без лишних слов, Чак. Нам нужны коды. И побыстрее! — говорит капитан Санчес и нетерпеливо наблюдает за манипуляциями Чака.

Тот полностью погружается в работу — быстрыми пальцами без устали барабанит по клавишам, неотрывно следя за бегущими строками кода. Его лицо напряженно, словно он ведёт отчаянную борьбу.

— Ну же, детка, откройся… Покажи мне свои секретики… Какие тайны ты скрываешь? — шепчет ласково Чак, склонившись над экраном.

Затянувшееся ожидание сменяется напряжением, которое нарастает с каждой секундой. И, судя по всему, не только у меня. Слышу прерывистое дыхание группы. По спине прокатывается ледяной озноб. Ветер? Или инстинкт кричит о надвигающейся опасности?

— Не нравится мне всё это, пап. Чувствую, что что-то не так, — тихо шепчу, не отрывая взгляда от пальцев Чака.

Отец гладит меня по спине, притягивает к себе:

— Ещё немного…

Внезапно панель издаёт пронзительный визг. Над воротами вспыхивает зловещий красный цвет, и оглушительная сирена разрывает тишину в клочья.

— Чёрт! Задел что-то не то! Это аварийка!

Всё. Нам конец!

Тело столбенеет в панике. Питер, Адам и Лиззи морщатся, зажимая уши.

— Эта сирена приманит всякую дрянь. Всем быть настороже! Действуем по протоколу! Чак, отрубай эту хрень!

Бойцы, пригнувшись, образуют полукруг перед воротами, прикрывая нас и осматривая периметр. Оружие наготове, пальцы на спусковых крючках. Каждое движение отточено до автоматизма. Я инстинктивно прижимаюсь к отцу. Мы все сбились в одну кучу, ища защиты за спинами бойцов.

— Пытаюсь! Система не отвечает! — говорит Чак.

С лихорадочной скоростью он перебирает варианты, отключает одни параметры и переключает другие. Но сирена продолжает выть, как предвестник смерти.

— Давай же! Не будь такой сукой! Выплюнь коды! — рычит Чак в отчаянии.

Что-то холодное и мокрое касается моего лица. Поднимаю глаза к свинцовому небу. Капля. Ещё капля. Дождь. С каждой секундой он становится всё настойчивее.

— Они придут… они придут… — лихорадочно шепчет Питер.

— Заткнись, Питер! Не каркай! — шикает на него Лиззи.

Я бы посмеялась над этой юной ботаничкой, корчившей из себя крутого солдата, но как-нибудь в другой раз, а лучше — в другой обстановке.

Капли дождя превращаются в ливень. Видимость падает до нескольких метров. Сирена продолжает вопить, словно зовёт кого-то издалека.

Внезапно из пелены дождя, словно из ниоткуда, возникают пять силуэтов. Смутные, размытые, но достаточно различимые, чтобы понять — это некроформы.

— Контакт. Дистанция — двадцать метров, — докладывает Снор.

— Не провоцировать, — приказывает Санчес. — Огонь только по прямой угрозе!

Некроформы слепо бредут на истошный звук сирены. Который, чёрт возьми, никак не хочет заглохнуть!

Одна из тварей теряет равновесие, скатывается по скользкому склону оврага, выламывая себе плечо о камень, и оказывается слишком близко к нам. Остальные синхронно вскидывают головы, шипят, ищут, дергаются, идут. На вершине оврага появляются ещё три силуэта. Боже, их становится много…

Я судорожно хватаюсь за руку отца. Чувствую, как он мелко дрожит. Или это я?

— Капитан?.. — шепчет Рокси.

— Ждём…

Упавшая тварь, шатаясь, поднимается на ноги и снова движется к нам.

— Снимай её, — отрезает Санчес.

Выстрел.

И в ту же секунду сирена глохнет. Некроформы резко останавливаются и жадно принюхиваются.

— Готово! Коды у меня! — тихо говорит Чак.

И быстро вводит их на панели.

На пыльном экране загорается обнадеживающая зеленая надпись: «Доступ получен. Коды активации: подтверждены». Но вдруг мгновение спустя экран гаснет, и на его месте возникает новый запрос: «Введите слово».

— Какого хрена? — удивляется Чак.

В этот момент доктор Финчер что-то невнятно бормочет себе под нос. Все взгляды устремляются на него. Финчер, нервно закусив губы, наконец выдавливает из себя:

— Хризалида.

Капитан Санчес убийственно смотрит на доктора. Чак, не теряя ни секунды, вбивает слово. Ворота вздрагивают. Механизмы стонут, и огромные створки медленно разъезжаются в стороны. И некроформы снова приходят в движение и идут на этот звук и вибрацию.

Зловонный воздух, спёртый и влажный, вырывается из темноты лаборатории.

— Живо внутрь! — рявкает Том, подталкивая нас к отрывающемуся входу.

Отец юркает в темноту, увлекая меня за собой. За нами остальные члены группы. Бойцы отходят медленно, пятясь, прикрывая нас. Их тактические фонари под стволами скользят по силуэтам некроформов.

— Чак, сейчас!

Чак успевает на что-то нажать, и железные створки с лязгом ползут навстречу друг другу. Багзи, Васко и капитан остаются снаружи, образуя подвижный