Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар

— Папа! Вставай! Беги! — отчаянно молю, но слова тонут в рёве и грохоте.

Внутри меня всё сжимается от страха за отца. Я пытаюсь вырваться, но хватка становится крепче. Дёргаюсь вперёд, вбок — бесполезно.

Отец с трудом поднимается, шатаясь. Мои глаза распахиваются от ужаса, из горла рвётся безмолвный крик, но вырывается лишь хрип отчаяния.

Доктор Финчер бросается к отцу.

— Берегись, Ганс! — кричит он и толкает моего папу в сторону.

Снор молниеносным движением успевает схватить его за лямку рюкзака и утащить с пути смертоносной стихии подальше в сторону.

Мгновение. Картинка перед глазами застывает и теряет чёткость. Успеваю разглядеть, что на месте отца теперь доктор Финчер. Секунда. Всё затягивает темнотой, и я слышу, как что-то гигантское обрушивается с чудовищным треском.

Меня накрывает волной пыли, я закрываю глаза. Воздух становится густым и грязным, и я чувствую, что куда-то лечу.

Обвал утихает так же внезапно, как и начался. Я прерывисто дышу. Сердце дико колотится, в ушах звенит, перед глазами пляшут белые мушки. Я стою. Нет… лежу. Меня тоже накрыло осыпью? Тяжесть придавливает тело. Не могу пошевелиться. С трудом фокусирую взгляд.

И тону в карих глазах капитана Санчеса.

Как он здесь оказался? Это он удерживал меня?

— Папа… — шепчу, пытаясь осознать произошедшее. — Папа…

Том молчит, не отрывая от меня взгляда. Не двигается, придавливая меня своим телом, склоняется надо мной, его лицо измазано грязью и снегом.

Сердце заходится в бешеном ритме. Страх сковывает каждую клеточку тела. Я начинаю всего бояться. Даже этого застывшего чёртова Тома.

Внезапно рация оживает, разрывая тишину шипением.

— Капитан?

Том не реагирует. Его взгляд по-прежнему прикован ко мне. Нечитаемый. Пугающий.

— Капитан, вы слышите меня? — зовёт Рокси настойчивее.

Том наконец моргает и поднимается, освобождая меня от тяжести.

— Докладывай обстановку, Рокси! — приказывает хрипло.

У меня дрожат руки. Я остаюсь лежать на холодной земле.

— Все целы и живы, кроме… — шипит рация, сообщая леденящую новость, — доктора Финчера. И с нами нет Астрид Вендель.

— Она со мной.

Я заставляю себя подняться и стряхиваю комья земли и снега с дрожащих коленей. Ноги не слушаются. Калейдоскоп событий проносится в голове. Доктор Финчер спас моего отца. Вздох облегчения прокатывается дрожью по всему моему телу. Я поворачиваюсь к завалу. Гигантская груда камней перекрыла нам дорогу, отделила от остальной группы, частично зацепив меня и Тома.

— Завал не разгрести, сэр, — уже говорит в рацию Багзи.

— Мы с Астрид пойдём по обходному маршруту. Вы возвращайтесь в лагерь, — отвечает Том и, взглянув на меня, добавляет: — Не забудьте оставить машину для нас.

— Принято, сэр. На связи.

Рация шипит и умолкает, оставляя нас в тишине. Только сейчас начинаю понимать весь кошмар случившегося. Доктор Финчер мёртв. Он мёртв! Покоится под обвалом камней. Горький ком подкатывает к горлу, и я сглатываю его. Как там отец? Разъедает ли его чувство вины? Делаю глубокий вдох, тщетно стараясь успокоить дрожь в теле. Ещё один взгляд на застывшую каменную могилу. Немой укор неизбежности. Напоминание о ничтожности наших жизней перед безжалостным величием природы. Не кара и не месть, а лишь мимолетное испытание. Проверка на прочность…

— Нам нужно идти, — разрывает тишину Том, не давая мне увязнуть в мыслях. — Обходной путь будет долгим.

Киваю. Капитан прав. Нужно собраться с силами и выбираться из этого места.

Том идёт первым, возвращаясь на дорогу, по которой мы ещё недавно поднимались. Я была так погружена в свои думы, что была уверена: я плелась в хвосте группы и не замечала шагавшего рядом капитана. Неужели он шёл настолько бесшумно?

Прожигаю его спину взглядом.

— Где этот обходной путь? Мы же практически у подножия горы.

— Спустимся ещё ниже, — отвечает он, не оборачиваясь.

Я медленно поворачиваю голову и смотрю вниз, за край обрыва. Там бездна. Лишь тёмные верхушки сосен на другом её краю контрастируют с безоблачным небом. Красота, от которой сейчас тошно.

— Понятно, — выдыхаю, не в силах оторвать взгляда от пропасти. Делаю шаг к Санчесу и тут же замираю, увидев его суровое лицо. — Что?

— Твоей хладнокровности позавидуют даже бывалые бойцы.

— Ты ожидал увидеть истерику, потоки слёз или проклятия небесам? — сухо парирую. — Отец, скорее всего, в порядке и, что самое главное, в безопасности. А доктора Финчера слезами всё равно не вернёшь. Это был его выбор.

Том пристально смотрит в мои глаза, будто пытается прочесть мысли.

— Ты слишком легко воспринимаешь смерть.

Я пожимаю плечами, стараясь игнорировать его взгляд.

— Не ты ли говорил, что я бездушная кукла?

Том, не говоря ни слова, отворачивается и продолжает путь. Я иду следом, чувствуя себя выпотрошенной. Сосудом, из которого выпили всю жизнь до дна. Каждый шаг отдается гулким эхом в голове.

Вдох, выдох. Сгинула усталость. Лишь адреналин, бурлящий в крови, придаёт сил сосредоточиться на дороге.

Вдох, выдох. Следующий шаг.

Том останавливается и указывает на неприметную тропу, уходящую вниз и заросшую молодыми елями и кустарниками.

— Это здесь.

Я киваю, и мы продолжаем путь. Каменистая тропа постепенно сходит на нет, уступая место лесу. Влажная земля проседает под ногами, а запах прелой листвы и смолы ударяет в нос. Мы петляем между деревьями, то опускаясь, то поднимаясь по склону. Иногда приходится пробираться сквозь густые заросли, цепляющиеся за одежду и волосы.

Том внимательно осматривает окрестности, сверяясь со встроенным компасом на своих массивных часах. Надеюсь, он знает дорогу.

— Мне нужно отойти, — сообщаю после двух часов блуждания по лесу.

— Вон за той сосной, — указывает подбородком Том, не отрывая взгляда от чащи.

Поворачиваю голову в указанном направлении и хмыкаю. Ну конечно, одинокий тонкий ствол. Хоть бы ель предложил — за ней укрыться реальнее. Не знаю, был ли это сарказм, но я отхожу чуть дальше — за кустарники.

Сделав свои дела, возвращаюсь к Тому. Успеваю сделать пару шагов, и в следующий миг уже лечу носом в землю, а сверху на меня обрушивается гора мышц. Том! Его сильное, натренированное тело придавливает меня к земле, выбивая кислород из лёгких и лишая возможности пошевелиться.

— Слушай, если это твой способ предложить секс… — запыхавшись, начинаю я, пытаясь вырваться.

Но он не даёт договорить. Резким движением Том разворачивает меня на спину и грубо накрывает мой рот ладонью.

Его взгляд настороженный, серьёзный. Том прикладывает указательный