Заря над пеплом - Роберта Каган

чудо, она повернется к нему и скажет, как она его любит. Если бы она рассказала ему правду про Отто и попросила прощения, он сразу бы ее простил. Но она не рассказала. Очень скоро она задышала глубоко и ровно, и Эрнст понял, что Жизель спит. Но сам он даже не задремал и так и пролежал без сна до самого рассвета.

Глава 33

Мысли об Отто не шли у Жизель из головы. Поначалу она сердилась, потом обижалась. Он использовал ее и выбросил, как старый половик. Она проклинала его и все равно целыми днями ждала у телефона, не позвонит ли он. Дни шли за днями, а от Отто не было вестей. Жизель не могла понять почему, но чем больше он ее избегал, тем сильнее она его хотела. Мысли о нем так неотступно преследовали ее, что она забыла даже про страхи и тревоги, связанные с Петуа.

Что касается доктора Менгеле, Жизель решила, что попросит Эрнста устроить им встречу, чтобы она могла поговорить с ним о своей матери. Ее больше не волновало, что Эрнст может решить, будто она вышла за него только из-за Менгеле. Ей вообще было плевать, что думает муж. Она так зациклилась на Отто, что не могла толком соображать. К тому же она была уверена, что Эрнст простит ей любые прегрешения. Она жалела его, потому что он так ее любил. Щенячья любовь к жене была написана у него на лице. Она всегда жалела Эрнста, но с тех пор как познакомилась с Отто, стала лучше его понимать. Потому что теперь и она тоже была влюблена в человека, который не отвечал на ее чувства. Она кусала ногти и теребила свои длинные волосы так, что вырывала из них целые пряди.

В те дни Жизель почти не выходила из дому. Сидела, прикованная к телефону, и в тревоге ждала звонка. Правда, раз в неделю ей надо было ездить на рынок за продуктами, и в эти моменты она напоминала себе быть настороже, чтобы не пропустить Петуа, который мог выслеживать ее из темноты. Стресс заметно сказался на Жизель. Ее лицо утратило нежный персиковый оттенок, а по шее от подбородка до ключицы выступили красные пятнышки сыпи. Очаровательные золотистые волосы, которые она тщательно завивала, теперь свисали до плеч слипшиеся и жирные. «Я распадаюсь на части. Чувства к Отто разрушают меня, – с сарказмом думала она. – Петуа, чтобы увидеть меня мертвой, не придется даже совершить убийство. Достаточно просто наблюдать. С каждым днем частица меня умирает».

Жизель больше не ходила даже по модным магазинам, что всегда было ее любимым времяпровождением. Наконец, не в силах это больше выносить, она спустилась вниз и в ближайшей лавочке купила пачку сигарет. Она не курила. А когда попробовала сигарету у Отто, у нее потом долго царапало в горле. Тем не менее все ее знакомые курильщики утверждали, что курение помогает успокоить нервы. Она отчаянно нуждалась в каком-то способе успокоиться. Поначалу от горячего дыма она закашлялась так, будто легкие вот-вот разорвутся. Потом ее затошнило и вырвало. Но несколько часов спустя она попробовала снова. Прикурила сигарету, и курение наконец оказало на нее желанный эффект. Она почувствовала себя немного спокойнее. Но все равно целыми часами просиживала, глядя на телефон. Отто не звонил. У нее не было номера, чтобы позвонить ему на работу. Поэтому она решила, что пойдет к нему домой.

Она подумала, что встретит Отто, когда он будет возвращаться с работы. «Он пообещал договориться о встрече с доктором Менгеле. Уж это он должен для меня сделать. Он обращается со мной, как с отбросами. Как он смеет так со мной поступать! Я ему покажу! Когда он снова меня увидит, я сделаю так, чтобы он меня захотел. Буду выглядеть сногсшибательно. Буду соблазнительной и дерзкой, как девушки в борделе. Он не сможет передо мной устоять. Я знаю, это сработает». Она была очень юной, и молодость придавала ей энтузиазма. У нее в голове начал складываться план, и от самой мысли, что у нее есть план, Жизель преисполнилась надежды и добрых предчувствий. «Я знаю, что представляют собой мужчины. Они не могут держать себя в руках рядом с красивой женщиной. Поэтому я займусь своей внешностью и снова стану ослепительной. Но на этот раз я не дам ему того, чего он хочет. Не позволю сразу уложить меня в постель. Я заставлю его подождать. Заставлю сначала влюбиться в меня». Она улыбнулась сама себе. Это было первый раз, когда Жизель улыбнулась, с той самой их встречи с Отто.

С новообретенным энтузиазмом Жизель приняла душ и вымыла волосы специальным шампунем, который привезла с собой из Франции. Парфюмированный шампунь был роскошью, которую она приберегала для особых случаев. Когда она открыла флакон, аромат словно перенес ее в цветущий розовый сад. Прикрыв глаза, она вдохнула запах. Он был сексуальный, чувственный и заставлял ее ощущать себя прекрасной. Она вылила немного на волосы и взбила густую пену. Хлопья пены падали ей на плечи. Она потрогала свою грудь и вспомнила об Отто. По всему ее телу бежала дрожь. «Он захочет меня. Я это знаю». Смывая горячей водой шампунь со своих длинных локонов, Жизель ощущала, как уверенность возвращается к ней. Когда волосы были вымыты, она вышла из душа и присела за туалетный столик, который ей подарил Эрнст. Надо было заколоть волосы шпильками, чтобы получились кудри. Сохнуть они будут несколько часов, но это ничего – у нее достаточно времени до того, как Отто пойдет домой. «Мои волосы так чудесно блестят! Я знаю, когда они высохнут и завьются, то будут смотреться великолепно. Я в этом уверена», – думала она, накручивая пряди на палец, а потом закрепляя шпилькой.

Когда волосы просохли, она взялась за макияж. С косметикой ее глаза стали глубокими и загадочными, губы алыми, как кровь, со щек пропала былая бледность. Она пошла на автобусную остановку, чтобы ехать к дому Отто. Жизель настолько увлеклась своим планом, что совсем забыла о Петуа.

Глава 34

На следующий день Шошана заметила, что Эрнст был очень грустен, когда пришел с утренним обходом. У него под глазами залегли темные круги. Судя по всему, он всю ночь не спал. Его волосы были жирные и грязные, а одежда помятая.

– Доброе утро, – поздоровался Эрнст печальным тихим голосом, готовясь взять кровь у Перл и Блюмы.

– Терпеть не могу эти иголки, – пожаловалась