Подлинная история оккультизма XX века. Свет с Востока - Рафаэль Кормак

на вопросы клиента, доктор Дагеш демонстрировал ему способности загипнотизированного медиума. Обычно он просил клиента достать что-то из кармана, а затем спрашивал у «спящего» медиума, что это. В состоянии транса Антуанетта чудесным образом определяла, достал ли клиент носовой платок, сигареты, карманные часы или ручку. Это производило на клиента должное впечатление. Теперь ему позволялось задать главный вопрос – о здоровье, любовной жизни, финансах или перспективах на будущее. Антуанетта отвечала, получая ответ из некоего тайного источника[306].

Иногда доктор Дагеш не пользовался услугами медиума, а входил в транс сам. В начале 1930-х годов его посетил врач, желавший проверить впечатляющие заявления гипнотизера. Он попросил доктора Дагеша прочесть его мысли. Доктор Дагеш закрыл глаза и на минуту прижал руки к вискам. Затем он резко произнес: «Вы думаете о дорогом кольце, потерянном три месяца назад». Врач был поражен. Доктор Дагеш никак не мог узнать об этом кольце: клиент сам никому о нем не говорил. Но доктор Дагеш пошел еще дальше. Он велел врачу сунуть руку в карман, и тот нащупал что-то, чего раньше там не было. Это было то самое потерянное кольцо, о котором он думал. «Я был совершенно поражен, – говорил он. – Как можно объяснить такое чудо?»[307]

Глава 11

Спиритуалистические науки

В 1920-е годы люди не могли объяснить чудеса гипноза, демонстрируемые доктором Дагешем, доктором Соломоном и их медиумами. К началу 1930-х годов появилась основная теория. Гипноз стали считать наблюдаемым проявлением влияния духов умерших на наш мир. И это стало частью еще более необычной доктрины спиритуализма – эта идея зародилась в Америке в середине XIX века и быстро распространилась по всему миру. Современный спиритуализм был широкой доктриной, охватывающей многие философские и религиозные традиции, но в центре ее лежали два главных убеждения: во-первых, что души умерших продолжают существовать после смерти физического тела; во-вторых, что в определенных обстоятельствах эти духи могут общаться с физическим миром и даже влиять на него. В конце XIX века люди активно пытались найти способы общения с умершими. Это были спиритические сеансы, в ходе которых души умерших вселялись в медиума, или автоматическое письмо, когда духи водили рукой медиума. Существовали также более технологичные способы, например фотографии духов, когда призрачные фигуры появлялись на фотографиях после их проявления.

Те представители арабского мира, кто изучал сверхъестественные явления, были убеждены, что способности, демонстрируемые людьми в гипнотическом трансе, убедительно подтверждают оба тезиса спиритуалистического кредо. Во-первых, гипноз доказывал, что душа человека существует независимо от тела. Когда медиума вводят в транс, его физическое тело теряет сознание, но все же может воспринимать окружающий мир, отвечать на вопросы о времени на спрятанных часах или о содержимом закрытого ящика. Единственное объяснение этому – бестелесный дух сохраняет сознание, даже когда тело спит, а ему доступно все, даже недоступное глазу. Дух собирает ответы на заданные вопросы повсюду и передает их в тело медиума, пребывающее в состоянии транса. Один египетский спиритуалист заявлял: гипноз доказывает, что «человек не просто материален, но обладает тайным духовным элементом, отделенным от физического тела… Если бы это было не так, то мы не могли бы стать свидетелями поразительных духовных явлений, происходящих, когда человек находится в гипнотическом состоянии, отключив все физические ощущения и чувства»[308].

Доктор Соломон давал еще более радикальное спиритуалистическое объяснение силы своего медиума. Его объяснение опиралось на второй тезис спиритуализма: человеческая душа способна пережить смерть, и мы можем общаться с ней, пребывающей в другом мире. Тем, кто спрашивал его, он отвечал, что Эмиль, пребывая в гипнотическом трансе, находится в контакте с миром духов. Чтобы подтвердить это, он рассказывал историю одного из многих своих каирских клиентов. Молодой человек потерял драгоценное сокровище. Он не назвал своего имени, не сказал, что это было за «сокровище». Но как только Эмиль вошел в состояние транса, он не только узнал имя клиента и что тот ищет (деревянную шкатулку с деньгами, оставленную ему умершим отцом), но и назвал точное местоположение этого «сокровища» (справа под третьим окном дома). Когда Эмиль вышел из транса, они отправились в дом клиента, и шкатулка была обнаружена именно там, где указал медиум. Дух Эмиля никак не мог этого знать. Доктор Соломон объяснял, что в состоянии транса дух Эмиля общался с другими духами спиритического мира и те снабдили его необходимой информацией[309].

К концу 1920-х годов гипноз стал неотъемлемой частью широкого и весьма популярного спиритуалистического движения на Ближнем Востоке. С начала XX века ученые изучали новую науку, пришедшую с Запада. В газетах и журналах появлялось множество статей самых разных авторов, которые объясняли и исследовали общение с духами. Выходили переводы спиритуалистических трудов, опубликованных на европейских языках. Читатели задавали массу вопросов и получали детальные ответа. Как писал один журналист, «сегодня невозможно открыть ни одно периодическое издание, чтобы не натолкнуться на статью о том, что на европейских языках называется “спиритизмом”, то есть наукой о духах»[310].

Многие интеллектуальные движения арабского мира тянулись к спиритуализму, который уверенно завоевывал позиции в просвещенных обществах Запада. Арабскими пионерами спиритуализма были не светские ученые, а правоверные мусульмане, которые видели в этом течении доказательство основ своей веры, а именно жизни души после смерти тела. Одним из первых начал изучать спиритуализм Мохаммед Фарид Вагди. Его религиозные мотивы были предельно ясны. Он считал, что новая наука может «дать бесчисленные убедительные доказательства существования души и ее бессмертия и тем самым преодолеть сложные препятствия, лежащие на пути религии»[311]. Вагди, входящий в новое движение мусульманских ученых рубежа веков, хотел доказать, что ислам не только вполне совместим с современностью, но и является идеальной системой убеждений для современного мира. Интеллектуалы-реформаторы пытались очистить ислам от суеверий и невежества прошлого и вернуть в идеальное раннее состояние. Главным оружием в борьбе за возрождение религии были наука и логика. Ученые изучали естественные и физические науки, пытаясь показать, как современная наука подтверждает и укрепляет многие постулаты Корана и как можно использовать новейшие открытия для развития мусульманского мира.

Одним из выдающихся деятелей исламской научной революции был шейх Тантави Джаухари. Он родился в 1862 году и учился в каирском университете аль-Азхар, одном из самых влиятельных институтов исламского просвещения в мире. Образование у него, несомненно, было строгим, причем упор делался на заучивание, а не на споры и дискуссии. За века стиль обучения практически не изменился. Джаухари в такой атмосфере задыхался. «У студента аль-Азхар есть свобода, но очень ограниченная – свобода рыбы в аквариуме», – шутил