Образ женщины в искусстве. Как менялся идеал красоты от Нефертити до Марлен Дитрих - Дарья Оскин

Джон Сингер Сарджент. Портрет Мадам X. 1884. Метрополитен-музей. Нью-Йорк. США

Жёлтая пресса пестрела злыми карикатурами. Сарджент, конечно, не ожидал такой реакции, и его репутация, как и репутация Гото была разрушена. Он решил замять скандал, переписал бретельку платья и хранил картину у себя. Через двадцать лет, живя в Америке, он показал картину публике повторно и американцы пришли в восторг! После смерти самой Вирджинии, художник продал картину музею Метрополитен, прокомментировав: «Я предполагаю, что это лучшее произведение, созданное мной».

Полная противоположность портрету мадам Готро – «Портрет леди Энью» (1892). Он принадлежит к числу классических образов, выполненных Сарджентом. Гертруда Агнью была женой британского дипломата и аристократа. Она входила в аристократические круги английского общества и была известной фигурой своего времени, её даже называли «жемчужиной высшего света».

Джон Сингер Сарджент. Гертруда (леди Агнью) из Лохноу. 1892. Национальная галерея Шотландии. Эдинбург. Шотландия

Дама сидит в грациозной и естественной позе, положив одну руку на колени, а другую опустив за подлокотник кресла. В этой работе нет скованности, которая часто характерна для парадных портретов. Сарджент пишет широкими, быстрыми мазками, позволяя ткани «дышать», сродни французскому импрессионизму. Портрет отличается большой живостью, изяществом и непринуждённостью и созвучен знаменитому портрету Зинаиды Серебряковой, выполненному Валентином Серовым.

Валентин Серов

В русской культуре рубежа веков центральной фигурой становится Валентин Серов – художник, сумевший соединить строгую академическую традицию с новыми художественными поисками. Серов писал портреты представителей аристократии, царскую семью, известных деятелей своего времени. Для его работ характерна необычайная естественность, которая резко отличала их от традиционного парадного портрета.

К началу XX века Серов создаёт галерею женских образов, в которых особенно ощутим дух эпохи fin de siècle.

Он пишет не абстрактных муз, а современниц – княгиню Орлову, Ольгу Крамскую, Иду Рубинштейн. Особенно выразителен «Портрет княгини Ольги Орловой» (1911). Знаменитая светская львица Петербурга, известная своей страстью к нарядам и шляпкам, не отличалась ни красотой, ни особым интеллектом. Серов писал её без особого энтузиазма и с трудом мог застать на месте: княгиня, вечно занятая светскими выходами, вынуждала художника буквально следовать за ней. В результате он написал довольно гротескный образ, в котором чувствуется нервное напряжение и оттенок иронии: натянутая улыбка, неестественная поза, огромная шляпа словно сама становится центром композиции.

Особое место в истории модерна занимает «Портрет Иды Рубинштейн» (1910, Государственная Третьяковская галерея). Знаменитая танцовщица и актриса позировала Серову в монастыре, её вытянутая фигура и лицо напоминают византийский образ. Художник отказывается от декоративных деталей, концентрируя внимание на самом облике модели, превращённом в нечто архетипичное. Критики писали о её «сладострастно окаменелой грации», о «гибельной чувственности». Писать её обнажённой, да ещё и в относительно публичном месте было весьма провокационной затеей. Картина удивила современников холодностью и мистической отчуждённостью, Рубинштейн здесь – воплощение декадентского идеала роковой и сверхъестественной женщины.

Джованни Больдини (1843–1931) – итальянский художник, покоривший Париж своей виртуозной техникой и страстью к изображению модных красавиц fin de siècle: от парижских светских львиц до коронованных особ, включая императрицу Евгению и королеву Маргариту Савойскую.

Его портреты – это вихрь мазков, летящее движение тканей и безупречная элегантность моделей. Родившийся в Ферраре, Больдини рано уехал во Флоренцию, а затем – в Париж, где быстро стал востребованным портретистом аристократии и светских дам. Он писал в хорошо узнаваемой свободной импровизационной манере, используя длинные острые мазки. Больдини был художником, сумевшим уловить ускользающий дух Belle Époque.

Одной из его любимых моделей была Лина Кавальери (1874–1944), которую называли самой красивой женщиной в мире. Открытки с её изображением разлетались по всему свету и продавались миллионными тиражами. Она была знаменитой оперной певицей, её голос звучал в театрах Монако, Лиссабона, Варшавы, Москвы, Петербурга.

Джованни Больдини. Дама в розовом. Портрет Оливии де Суберказо Конча. 1916. Музей Больдини. Феррара. Италия

Джованни Больдини. Портрет Лины Кавальери. Ок. 1901. Частное собрание

История жизни этой женщины очень необычна. Она родилась в бедной многодетной семье на окраине Рима, торговала цветами и пела на улицах, а затем покорила сцены сначала кафешантанов и кабаре, а затем и Гранд-Опера в Париже, и Ковент-Гарден в Лондоне. Благодаря упорству и вере в себя Лина смогла выйти за рамки образа эффектной красавицы и стать настоящей оперной звездой. Кроме того, она была известна и как одна из первых звёзд европейского и американского кинематографа.

Во время гастролей в Петербурге в 1897 году в Лину влюбился князь Александр Барятинский – представитель одного из знатнейших родов России. Он осыпал её драгоценностями, заказывал портреты у великих художников и даже хотел жениться. Но против выступила его семья, а затем и сам Николай II.

Кавальери славилась своей невероятной коллекцией драгоценностей. Барятинский преподнёс ей украшения, стоимость которых измерялась сотнями тысяч рублей: изумрудный парюр, рубиновый гарнитур, три нити редчайшего жемчуга от самого Фаберже.

Она продолжала выступать и сниматься в кино до начала 1930-х годов, когда её карьера начала угасать. Со временем Лина Кавальери попробовала себя в рекламе, кино, писала статьи о красоте, открыла собственный салон и даже выпустила автобиографию. Однако Вторая мировая война стала для неё роковой. В 1944 году, в возрасте 69 лет, она погибла, когда в её дом попала бомба.

Джованни Больдини. Портрет маркизы Луизы Казати. Ок. 1908. Частная коллекция

Джованни Больдини. Клео Де Мерод. 1901

Примером «роковой» красоты можно смело назвать Луизу Казати – итальянскую аристократку, знаменитую своей эксцентричностью, ярким стилем и значительным влиянием на моду и культуру начала XX века. Она родилась в богатой семье и благодаря огромному состоянию, унаследованному от отца в двадцать лет, получила полную свободу действий. Её писали Пикассо и Больдини, для неё создавали наряды Поль Пуаре и Лев Бакст. Попасть на её костюмированные балы было честью для самых знатных фамилий. Кроме того, Казати была одной из самых ярких фигур в обществе того времени и пользовалась уважением таких людей, как Сергей Дягилев, Артур Рубинштейн и Анна Павлова.

Воображение Казати не знало границ, и об этом нам рассказывают многочисленные биографические анекдоты. Например, когда она появлялась на площади Сан-Марко в Венеции, мостовая устилалась персидскими коврами – только чтобы маркиза могла пройтись босиком. Считается, что её экстравагантный образ придумал её любовник – поэт Габриэле Д’Аннунцио, но Луиза так вжилась в него, что превратила свою жизнь в бесконечный перформанс. Она шокировала публику выходами с гепардами на поводке, держала в саду газелей и змей. Однажды