Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

светило внутри (погасло), входит, бывало, ко мне светло-русый человек; он поглаживает мне чрево, и свет его проникает мне в чрево…» [609]. В легенде о происхождении бурятских родов Иханат и Зунгар рассказывается о том, как незамужняя дочь Улаан хана, которая жила в юрте и ни с кем не общалась, забеременела от лучей света, проникавших в юрту через небольшое отверстие [610]. По представлениям нганасан, лучи солнца являются нитями, посредством которых духи-хозяева растений общаются с солнцем и испрашивают у него разрешения на рост нового растения [611]. «С солнечными поводьями за спиной» – обычный эпитет, характеризующий обитателей срединной земли в якутском фольклоре. Это значит, что светлые божества управляют людьми при помощи лучей – поводьев [612].

Нить и ее аналоги как символы шаманской медиации

В мировоззренческой системе сибирского шаманизма центральную роль играет идея невидимой связи между различными мирами, что позволяет шаману налаживать контакты и строить сложную систему отношений с обитателями иномирья. По сведениям А. В. Анохина, на рукоятках шорских шаманских бубнов имелись специальные отверстия. При совершении камлания к Ульгеню через эти дырочки протягивалась нитка, по которой шаман поднимался на небо [613]. Герой одной чукотской сказки использует иголку и нитку, для того чтобы проникнуть в верхний мир. Он кидает иголку вверх, она втыкается в небо, и герой взбирается по нитке, как по канату, что можно рассматривать как аналогию шаманского путешествия на небо [614]. В другой чукотской сказке девушка становится женой Солнца, которое увозит ее вверх на белых оленях. «Покочевали по солнечному лучу, достигли неба»… «Пошли рассеять скуку к тестю, спустились вниз по солнечному лучу» [615]. Солнечный луч выступает в данном случае в виде дороги из Среднего мира в Верхний и обратно. Еще одна чукотская сказка говорит о том, что верхний человек, решив взять земную девушку себе в жены, использовал веревку из жил, на конце которой привязал крючок. Затем он зацепил ее за пуп и вытянул наверх [616]. Здесь появляется образ пупа, пуповины, которая также рассматривается в традиционных культурах Сибири как вариант связи с иномирьем. Перерезание пуповины символизирует переход из потустороннего мира в мир людей. Во время посвящения нганасанского шамана Семюена Нгонджа духи учат его расшифровывать собственные видения, имеющие символический смысл: «Ты говоришь, что нитяная сеть, а это пуповина ребенка; рыба – это не рыба, она с икрой, это беременная женщина, это начало рождения людей» [617]. Нганасанский шаман может подниматься на небо по кишке, спущенной с месяца, которая является еще и шаманской дорогой. «Вот по кишке месяца вверх стали подниматься… Вот мы теперь по кишке месяца станем идти» [618].

Верховная богиня-мать мансийского пантеона Калтась-эква обладает удивительными волосами. Когда золотая Калтась-эква распускает свои волосы, «они развеваются как семикратная Объ вместе с устьем, из кос расходится дневной свет, и в них возникает лунный свет». В песне манси говорится, что по одной из кос Калтась-эквы «поднимается живой соболь, по другой спускается бобр». Коса божества олицетворяет в мифологии манси устойчивую связь между различными сферами бытия [619]. Нуми-Торум, верховный бог и брат Калтась-эквы, имеет железную цепь, по которой в случае надобности он спускает своих посланников в мир людей [620]. В шорском сказании «Ак Кан» говорится о волосяной косе, связывающей дворец богатыря с небесной сферой:

Среди белого скота,

Посреди платящего дань народа,

Золотой дворец был,

Солнцем и луной освещаемый.

Волосяная коса, наверху (дворца) [находящаяся],

Выше трех миров качается [621].

Если все люди, согласно мировоззрению сибирских народов, связаны невидимыми нитями с представителями сакрального мира, подателями жизни, определяющими длину жизненного пути каждого человека, то несомненно, что связь шаманов с сакральным миром должна быть более крепкой, иметь дополнительные характеристики и особенности. Вышеописанными способами связи с обитателями иномирья могли воспользоваться только шаманы и различные категории шаманствующих лиц, воспроизводившие те или иные варианты шаманской практики. При анализе доктрины божественной нити М. Элиаде акцентировал свое внимание на том, что в некоторых видах шаманизма «божественный выбор» заявляет о себе в форме видения, в котором избраннику является нить, спускающаяся с небес. В связи с этим он выделяет ключевые положения шаманского прочтения доктрины божественной нити:

1) Мистическое призвание является результатом божественного выбора;

2) Выбор этот передается через видение нити, спускающейся с небес на голову будущему шаману;

3) Спускающаяся нить несет в себе фатальное известие: будто судьба вдруг открылась перед этим человеком;

4) Избранник чувствует, что он утерял свою личную свободу, он чувствует себя «прикованным», как «пленник», связанный волей другого [622].

Посвящение нганасанского шамана Семюена Нгонджа сопровождалось связыванием его духами. Он сам обращался к духам со следующими словами: «Свяжите меня. Если я вошел в чум духов начала сумасшествия, то завязки останутся на месте, если в обычный чум вошел, завязки отпадут». Через сколько-то времени проснулся, лежит связанным. Другой нганасанский шаман Черие рассказывал, что шаман имеет веревку от доброго верхнего божества. Если шаману предстоит совершить что-то недоброе, его притягивают за веревку, не допуская до этого [623]. Во время камлания телеутский шаман называл своего шамана-предка «имеющим нить»:

…Кама отпрыск я

Имеющего нить семя я…

…Я тот, который от кама

Саргадана был притянут. [624]

Шаман может иметь невидимые нити, которые не только связывают его с призвавшим божеством, но являются средством взаимодействия с потусторонним миром, а также могут представлять собой дороги шамана. Так, нанайские старики говорили: «Когда в самом начале шаман сидит и слегка ударяет в бубен, в это время от него, благодаря его мыслям, направленным в сторону украденной души, как будто протягиваются связующие нити (до девяти нитей), их нанайцы называют сирэктэ (нитка)». По словам шаманки Г. Г., они у нее бывают разных цветов. Они показывают шаману путь. Нанайцы говорили: «Сирэктэ – это путь, дорога шамана» или «Сирэктэ – это думы шамана» [625]. Ульчская шаманка Алтаки Ольчи рассказывала: «У каждого шамана есть дороги. Они как нити, идут в землю, воду, небо, у всех разные» [626]. Нганасанский шаман отправлялся на поиски души (дыхания) больного по дороге, тонкой как нить. Белая нить обозначала дыхание человека, который должен поправиться, черная – дыхание человека, которому суждено умереть [627]. У якутских шаманов ритуальным воплощением