Искатель 24 - Сергей Шиленко

Я усмехнулся, чувствуя, как внутри разгорается знакомый пожар. Черт, я еле на ногах стоял, а девчонки уже вовсю строили планы на мой «инструмент». Ну что ж, Искатель не может ударить в грязь лицом, даже если его недавно чуть не поджарили и полили кислотой. Да, может, физически я сейчас и слаб, как новорожденный котёнок, но там, где дело касалось гарема и мужской состоятельности, моё орудие всегда работало безотказно.

Я бросил короткий взгляд через плечо на стоящую неподалёку Лили. Поймав мой взгляд, кунида широко, ободряюще улыбнулась и с озорным подмигиванием показала мне большой палец вверх. «Действуй, тигр», — читалось в её глазах.

Я повернулся обратно к двум дрожащим от предвкушения молодым женщинам, расправил плечи и галантно, с долей доминантной иронии, поклонился.

— Ну, раз это вопрос чести и необходимо разрешить столь важный спор… — я хищно облизнул губы. — Я в вашем полном распоряжении на ближайшие полчаса, леди. Пойдемте найдем местечко поукромнее.

Подруги детства, обменявшись заговорщицкими улыбками, схватили меня за руки и потащили за собой в здание конторы. Они быстро скользили по коридору в сторону кабинета, тихо хихикая и бросая друг на друга полные предвкушения взгляды. Посмотрев через плечо, я заметил что Лили уже с головой ушла в бумажную работу, прикрывая мои тылы.

Я немного удивился, что она не напросилась с нами, но женщины гарема давно выработали негласное правило давать мне возможность провести первое свидание с новой возлюбленной наедине. Хотя, зная Лили, она потом обязательно начнёт выпытывать у меня все пикантные подробности. Кунида легко возбуждалась от чужих рассказов, и появление новой любовницы в нашем доме заводило её безотказно.

Тиссин вела меня в свой кабинет. Теперь, когда отсюда вывезли почти все вещи для переезда, он уже не казался таким роскошным и обжитым. Впрочем, массивный стол из красного дерева остался на своем законном месте и, судя по хищным взглядам наги, именно ему предстояло стать центральной площадкой для её любовных замыслов.

Две лучшие подруги, нага и сирена, грациозно скользнули на просторную отполированную поверхность стола. Тиссин уселась сбоку, властная, довольная и откровенно разгоряченная, а Несса замерла ближе ко мне, нервно сжимая край столешницы тонкими пальцами.

— Она волнуется, — тихо сказала Тиссин. В её голосе звучала не насмешка, а уверенность старшей женщины, которая знает цену первому шагу. — И хочет тебя сильнее, чем готова признаться вслух.

Несса вспыхнула до кончиков ушей.

— Тисс! — возмущенно пискнула она, но отступить даже не попыталась.

Я не стал давить. Подошел медленно, давая ей время привыкнуть к моему настоящему присутствию, к запаху кожи, стали и едва уловимой магии, что всё ещё цеплялась за мою иллюзию, и положил ладонь ей на щеку. Бархатистая кожа оказалась прохладной, с легким солоноватым привкусом морского ветра.

— Смотри на меня, Несса, — хрипло произнес я. — Не на Тиссин, не на свои страхи, а на меня.

Она подняла глаза. В их синей глубине дрожали смущение, голодное любопытство и уже почти болезненное желание.

— Мутные глубины! — выдохнула сирена, когда я расстегнул ремень и позволил ей увидеть, чего именно она так боялась и так ждала. — Теперь я понимаю, почему Тисс так самодовольно улыбалась весь день.

Тиссин тихо рассмеялась, но осталась на месте, не вмешиваясь.

Я приблизился к Нессе вплотную. Она сидела на краю стола, и её изящный хвост беспокойно скользнул по полированному дереву. Мои руки легли ей на талию, затем медленно поднялись выше, изучая изгибы стройного тела. Сирена вздрогнула, но сама подалась навстречу, и этот маленький жест окончательно сорвал с меня остатки холодной выдержки.

Я поцеловал её сначала мягко, почти осторожно, потом глубже и требовательнее. Несса ответила неумело, горячо, с каким-то трогательным отчаянием, словно боялась, что если остановится хоть на секунду, то снова начнет стесняться. Её руки легли мне на плечи, пальцы впились в ткань рубашки.

— Вот так, — негромко сказала Тиссин. — Не убегай от него, он любит, когда женщина сама показывает, чего хочет.

Несса зажмурилась, судорожно вдохнула и притянула меня ближе.

Я прижал её к себе, оставляя на нежной шее влажный, след поцелуя. Сирена издала высокий сдавленный стон, её хвост инстинктивно обвился вокруг моей ноги, будто она боялась, что я исчезну. Мои ладони скользнули по её бедрам, разводя их ровно настолько, чтобы она ощутила мой жар и поняла, что всё решаю не я один. Её желание было таким же важным, как моё.

— Скажи, если нужно остановиться, — прошептал я ей в ухо.

— Не смей, — выдохнула Несса. Голос сорвался, но в нем уже не осталось сомнений. — Только… медленно, пожалуйста.

Всё верно, спешка здесь ни к чему. Интерфейс Системы услужливо напомнил о действующем ослаблении в статусе, а левая рука всё ещё неприятно дрожала после недавних травм, но сейчас это даже помогало, заставляя действовать расчетливо, бережно, без звериного рывка, на который я мог бы сорваться в другой день.

Я вошел в неё мучительно медленно, миллиметр за миллиметром, чувствуя, как её тело раскрывается мне навстречу. Несса судорожно вцепилась в мои плечи и прерывисто застонала, запрокидывая голову.

— Богиня глубин! — прошептала она. — Ты… ты уже растягиваешь меня.

— Дыши, — коротко велел я, удерживая её за бедра. — И не торопись.

Тиссин судорожно сжала край стола. В её темно-синих глазах горело желание, но она не лезла между нами, только смотрела, как Несса, уже забыв о робости, всё смелее двигалась мне навстречу.

Мы поймали ритм не сразу. Несса то замирала, то подавалась вперед, то снова смущенно прятала лицо у меня на плече. Я вел её терпеливо, давая привыкнуть к моему размеру, а когда она наконец расслабилась, её стоны стали ниже, протяжнее, музыкальнее. Они казались не просто звуками удовольствия, а первыми нотами той самой магии сирен, о которой Тиссин предупреждала заранее.

— Артём, — сорвалось с губ Нессы. — Я… сейчас…

Её тело выгнулось дугой, она запрокинула голову и из горла вырвалась чистая, пронзительная, пробирающая до костей мелодия. В воздухе звук дрожал тонко, почти болезненно красиво, и я сразу понял, что под водой эта песня могла бы разбивать корабли о скалы и сводить моряков с ума.

Дзинь!

Одно из стекол в окне не выдержало акустического резонанса и пошло трещинами. Я стиснул зубы, удерживая Нессу за талию, пока её тело содрогалось в волнах наслаждения. Магия её голоса прошла по нервам раскаленной струной, и я едва не потерял контроль.

— Да, — хрипло выдохнула Тиссин с края стола. — Вот теперь она поет по-настоящему.

Я выдержал еще несколько ударов сердца, ровно столько, сколько смог, потом Несса