Цена бессмертия - Питер Уорд

Работа Джудит Кампизи привела к появлению стартапов в частном секторе, на которые возлагает надежды Обри ди Грей. В 2011 году она стала соучредителем компании Unity Biotechnology с конкретной целью разработки сенолитических препаратов. Компания сразу же привлекла инвесторов из числа самых богатых людей Кремниевой долины, собрав более двухсот миллионов долларов от Безоса, Тиля и известных венчурных капиталистов[183]. В 2018 году Unity стала публичной компанией и получила восемьдесят пять миллионов долларов благодаря листингу на Nasdaq при рыночной капитализации в семьсот миллионов долларов[184]. Но в августе 2020 года акции компании упали на шестьдесят процентов. Клинические испытания ведущего лекарственного препарата, предназначенного для пациентов с остеоартритом, дали неутешительные результаты. Unity пришлось сократить тридцать процентов своих сотрудников[185].

Джудит также рассказала мне, что существуют два важных момента, касающихся дальнейшего развития ее исследований. Первый заключается в том, что, несмотря ни на что, маловероятно, что какие-либо результаты позволят радикально увеличить продолжительность жизни человека. По ее мнению, максимальная продолжительность жизни человека составляет около ста пятнадцати лет, плюс-минус десять лет, причем она готова к тому, что ей могут доказать, что она ошибается.

– Значит ли это, что через десять лет или через сто лет мы не найдем способ преодолеть этот барьер? Я не могу сказать однозначно нет. Мы не предсказатели, – заметила она. – Но, исходя из наших нынешних знаний, это крайне маловероятно. Обычно после этого я говорю, что, хотя я считаю себя хорошим ученым, я никогда не говорю «никогда» и никогда не говорю «всегда», – я могу гарантировать лишь одно: однажды вы все же умрете.

Исследования Кампизи неизбежно привели ее в ту же сферу, что и ди Грея. Фонд SENS частично финансировал работу Джудит в Институте Бака. Она знает его много лет и входит в Консультативный совет по исследованиям SENS[186]. Кампизи рассказала мне, что ди Грей носит две шляпы: одну для публики и инвесторов, когда он делает возмутительные заявления о жизни в течение тысяч лет, а другую – для ученых, которых он поддерживает.

– Когда я говорю с Обри об этой работе, он рассуждает разумно. Он знает не так много, он не квалифицированный ученый… но он вполне рационален, – сказала Джудит. – Обри надевает эти шляпы в зависимости от своей аудитории. Во что он действительно верит? Я не знаю, мне никогда не удавалось напоить его.

Несмотря на мольбы Кампизи, имморталисты по-прежнему относят сенолитики к числу наиболее перспективных направлений исследований, благодаря которым удастся устранить один из главных признаков старения. Вместе с тем остановить смерть сложно, если вы не можете ее предвидеть. Для того чтобы достичь скорости убегания и жить вечно, имморталисты должны обладать полной информацией о состоянии своего здоровья, в том числе о том, сколько лет им осталось. Знание своего хронологического возраста очень полезно для празднования дней рождения и получения паспорта, но в мире имморталистов имеет значение только биологический возраст.

Теоретически на основании точного биологического возраста можно сказать, сколько вы еще проживете, или, по крайней мере, сколько лет у вас осталось для проживания качественной, здоровой жизни. Конечно, невозможно предугадать неестественную смерть, но большинство людей, живущих в комфортных условиях, умирают от старости, даже если в свидетельстве о смерти указано что-то другое. До пандемии COVID-19 примерно каждая четвертая смерть в США была вызвана сердечными заболеваниями – 659 041 человек в 2019 году[187]. Рак был не менее опасен – 599 601 смерть в том же году[188]. Но исследования, проведенные еще в 1990 году, показывают, что даже если бы мы смогли вылечить рак, болезни сердца и диабет, к продолжительности жизни среднего американца прибавилось бы всего несколько лет[189]. Когда старение человеческого организма достигает определенной точки, общее ослабевание создает идеальные условия для возникновения этих видов заболеваний. Поэтому даже если удастся победить рак, проблема старения останется. Проще говоря, когда ваше тело достигает определенного биологического возраста, вопрос лишь в том, что вас убьет, а не в том, убьет ли вас что-то.

Предсказать эту точку невозврата очень сложно. Благодаря изучению эпигенетики – малых индикаторов старения на клеточном уровне – ученые разработали часы, по которым можно примерно определить биологический возраст человека. Эпигенетические часы получают данные из эпигенома, чтобы спрогнозировать, на каком этапе находится процесс старения организма. Первые такие часы были разработаны в 2011 году Стивом Хорватом, биостатистиком из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, после того как он проанализировал сотни эпигенетических маркеров[190]. Процесс включает в себя измерение конкретных показателей, связанных со старением и болезнями, и сравнение результатов с тем, чего можно было бы ожидать от человека того же возраста, что и у участника эксперимента. В конце исследования человеку сообщают, стареет ли он быстрее или медленнее, чем ожидалось, и на сколько лет.

Поначалу Хорвату было трудно добиться публикации своих результатов на фоне скептического отношения к его утверждениям[191]. Но как только эта наука получила широкое признание, несколько компаний начали продавать наборы и услуги, основанные на часах Хорвата. Обычно клиенты платят около пятисот долларов, чтобы отправить слюну или кровь в лабораторию и получить результаты, показывающие, сколько лет их организму.

Имморталисту, стремящемуся достичь скорости убегания, это может показаться критически важным инструментом, но некоторые сомнения остаются. Хотя эти наборы основаны на тех же научных данных, что и наборы Хорвата, они совершенно не регулируются FDA и не проходят независимую оценку. Тесты не являются точным прогнозом того, как долго человек проживет, и любой, кто платит за них, наверняка знает об этом. Во-первых, мы не знаем, какой несчастный случай или болезнь обрушатся на нас, а во-вторых, технология не безупречна. Поэтому не совсем понятно, что выигрывает имморталист от среднестатистических эпигенетических часов. По их показаниям, в отличие от генетического тестирования, человек не сможет узнать, каковы шансы на развитие у него того или иного заболевания. Все, что ему сообщается, это то, насколько его организм старше или моложе по сравнению с другими людьми его возраста.

Если человек старше, чем ожидалось, решение почти всегда заключается в том, чтобы питаться более здоровой пищей, лучше спать и заниматься спортом. Не нужно тратить пятьсот долларов, чтобы понять, что это поможет всем, независимо от их биологического возраста. Но эпигенетические часы – это не только пустая трата значительной суммы денег. Нередко их используют в иных, более гнусных и антиутопических целях, что может повлиять на общество. Некоторые производители таких часов пытались продать их страховым компаниям, предлагая их как средство для приблизительного определения возраста тела клиентов перед принятием решения о стоимости страховой