Под маской. Моя автобиография - Тайсон Фьюри

поддержкой публики. В течение недели перед боем я ощущал себя блудным сыном: мне даровали второй шанс и приняли с распростертыми объятиями. Для меня было очень важно выступать именно в «Манчестер Арене» — я всю жизнь об этом мечтал, и наконец настал этот момент. Взвешивание проходило на улице в Манчестере, и я немного подурачился: после того, как весы Сефери показали 95 килограммов и нас сфотографировали лицом к лицу, я поднял его на руки, как новорожденного младенца. Толпа была в восторге. Я весил 125 килограммов, и это само по себе было достижение, учитывая, с чего я начал в октябре.

Когда пришел день боя, я был совершенно спокоен. У меня была одна задача — получить удовольствие, и, сидя в раздевалке с Беном и Шейном (Пэрис тоже присоединилась ненадолго), я не нервничал. Я просто радовался возможности выйти на сцену, где чувствовал себя свободно, комфортно, — на боксерском ринге было мое место, и мне не терпелось туда попасть. В дверь постучали — пора было выходить, и по дороге к рингу я был поражен шумным приветствием толпы. Никогда в жизни не забуду этот выход на ринг. Я поприветствовал зрителей, а потом просто получал удовольствие от процесса — даже чмокнул Сефери, когда судья свел нас в центре ринга перед началом боя! Я подманивал Сефери перчаткой, рисовался и наслаждался шоу в течение первого раунда. Затем, во втором, я слегка взвинтил темп, но в какой-то момент отвлекся на происшествие в толпе, посмотрев за пределы ринга. Но вместо того чтобы нанести удар, Сефери просто на меня посмотрел. Он потерялся в этом бою, а я кайфовал в свете софитов, периодически перебирая ногами в стиле Али. В четвертом раунде я поймал его апперкотом, продемонстрировав тем самым, что мы с ним на разных уровнях. Неудивительно, что после четвертого раунда его команда попросила остановить бой.

Дело сделано, я вернулся. Мне очень понравился этот бой, пусть даже Сефери и критиковали после. Не мог же я заставить его драться — он бегал от меня, пока я не провел хороший удар. Отправляясь домой, я чувствовал удовлетворение, я был счастлив. Жизнь была так же хороша, как в былые времена. Я вернулся на сцену. А мир теперь знал, что очень скоро Тайсон Фьюри отправится ловить рыбу покрупнее.

Как бы я хотел, чтобы этим и кончилось. Все было идеально до моего разговора с Пэрис в тот вечер. Пока я седлал новую волну успеха в своей карьере, она страдала в одиночестве. К моменту боя она была на восьмом месяце беременности, и мы радовались, что у нас в семье будет пополнение. Но, к несчастью, утром в день боя Пэрис потеряла ребенка. Она не сказала мне об этом перед поединком — не хотела меня расстраивать. Но сразу после боя поделилась со мной. На следующий день мы отправились в больницу, и врач подтвердил печальную новость. Было горько от того, что нам опять приходится через это пройти. Стоило жизни пойти на лад, как случилась еще одна трагедия. Но мы не стали отчаиваться. Разумеется, мы очень переживали. Но я горжусь тем, что с поддержкой родных, друзей и, самое главное, друг друга мы пережили это тяжелое время и не дали этой потере сломить нас. Мы сохраняли присутствие духа, и в последующие недели старались вести нормальную жизнь. И, слава Богу, вскоре мы почувствовали утешение. Спустя пять недель Пэрис снова забеременела. Мы все еще переживали нашу потерю, но в то же время радовались тому, что нас ждет, — это было благословение. Это событие подсказало мне, что мое возвращение в жизнь и на ринг не будет таким уж простым. Но я знал, что любовь моей семьи поможет мне справиться с чем угодно.

Глава 11

Дикие амбиции

По дороге домой из зала передо мной была широкая спина моего брата Шейна. Мы были подростками, и только что закончилось наше первое занятие в зале Джимми Игана, который располагался в Уитеншоуве, в районе южного Манчестера. Домой мы с Шейном ехали на его велосипеде, потому что мой украли. Не самое удачное завершение дня, но мне было все равно — внутри зрела любовь к боксу и уверенность, что я много могу достичь. Я был долговязым, техника у меня отсутствовала, но благодаря Джимми, сыну Стива, я здорово проводил время на тренировках.

Теперь, 15 лет спустя, это ощущение вернулось. Я знал, что движусь к вершине, и достичь ее — это дело времени, так я себя и чувствовал в течение всей любительской карьеры. Мне еще предстояло неплохо поработать, но удовольствие от процесса вернулось благодаря новой команде, которая поддерживала меня морально.

Говорят, довольный боец — опасный боец. Я подтвердил, что это правда, отправившись в зал спустя всего два дня после победы над Сефером Сефери. И я действительно хотел вернуться в зал. Я прямо горел желанием добраться до точки, где смогу претендовать на поединок или с Энтони Джошуа, владевшим титулами WBA, IBF и WBO, или с чемпионом по версии WBC Деонтеем Уайлдером.

Возвращения в спорт случались и раньше, но никому не удавалось восстановиться после таких проблем с психикой, какие были у меня, и достичь высот. Я полагал, что у меня получится. Раньше после боя я всегда давал себе расслабиться — несколько недель ел от пуза и не ограничивал себя в алкоголе. Набрав вес, я обрекал себя на пытку, которая начиналась позже, когда мне приходилось сгонять больше 30 килограммов, но не в этот раз. Я наслаждался жизнью, проводя время с семьей, играя с детьми. Мне нравилось снова быть в форме, шутить с ребятами в зале. Поэтому я был рад услышать, что Фрэнк Уоррен организовал мне бой с итальянцем Франческо Пьянетой на стадионе «Уиндзор парк» в Белфасте, где играет футбольная сборная Северной Ирландии. Главным боем вечера была схватка между Карлом Фрэмптоном, чемпионом мира в двух весовых категориях, настоящим местным героем, и австралийцем Люком Джэксоном, победителя которой ждал поединок со звездой из Лидса Джошем Уоррингтоном, чемпионом в полулегком весе по версии IBF. Карта боев была очень внушительная, там был и Пэдди Барнс, ирландец, двукратный бронзовый призер Олимпийских игр, который претендовал на титул чемпиона WBC в наилегчайшем весе. Анонс этих боев привлек огромное внимание прессы. Это был шаг вперед по сравнению с боем против Сефери, и я был в восторге.

Мы с Пьянетой спарринговали в 2012-м, когда у него еще не