Патриот. Смута. Том 20 - Евгений Колдаев

— Остальные?

— Еще трое хотели прорваться к лодкам. Думаю, они хотели оставить нас без пороха.

Да. Тут взрывать ничего не надо. Просто дать доступ воде к горючей смеси. Она промокнет и уже не станет такой, какой должно. А самое ужасное то, что это можно сделать достаточно неприметно. Подмочить припасы. И в бою часть пушек и мушкетов просто не будет стрелять.

Принц провел рукой по лицу.

— Вы схватили хоть кого-то живым?

— Нет, мой король. Десять человек мертвы.

Дьявол! Хотелось орать. Десятерых убили, но может быть этих русских было больше. Напали. Они точно знали где шатер принца, а все остальное, это лишь отвлечение внимания. Их кто-то провел. Кто-то сказал им где искать. Точно. Никак иначе.

— Видели кого-то еще?

— Нет.

Он не верил им. Скорее всего этих русских было больше. Часть отступила. Ушла, как и пришла, прикрываясь буйством стихии. Кто это был? Что за люди?

— Усилить посты. — Зло проговорил Густав Адольф. — Послать вестовых в другие части лагеря к полковникам, передать им сведения. Сказать, что на нас напали, и чтобы они готовились к такому же. Выступать завтра будем не с рассветом. Нужно все проверить, нужно восстановить силы после этого водяного ада. Проклятая земля.

Он перекрестился, повернулся не дожидаясь ответов его людей, вошел в шатер.

— Мой король. Вторая часть шатра. Там конечно не так…

— Да, Улоф. Спасибо. Вытащи этого ублюдка. Нечего ему пачкать мои одеяла и шкуры. — Проговорил принц. Он понимал, все что можно, уже испачкано донельзя. Но сам факт присутствия здесь трупа ему не нравился совершенно. — Вытащи и приготовь мне место в твоей части шатра. Впредь мы будем спать вблизи. Ты будешь охранять мой сон. И думаю. — Он весело ухмыльнулся. — Завтра поутру ты отберешь для меня десяток самых толковых, крепких,внимательных бойцов из моей сотни. Они беспрестанно будут сторожить меня по двое или по трое. Здесь совершенно небезопасно. И эта война. Не война рыцарей. Это поход. Поход сродни тем, в которые уходили наши с тобой, Улоф, предки. Викинги. Они не щадили никого, грабили эти земли и убивали здесь людей. Несли свою правду огнем и мечом. Они делали это, и имели на то право. Право сильного. Но. Местные не забыли этого. Они будут отвечать нам тем же. Только. Только мы будем к этому готовы.

— Да, мой король.

За настоящим ночным ураганом последовало дождливое, промозглое утро.

Лило уже не как из ведра, но небо плакало. Срывался мелкий дождь. Серость покрыла все окрест. Солнца из-за туч и плотных облаков видно не было. С самого раннего утра ко мне на доклад потянулись вестовые от полковников. Ущерб был не велик, но он имелся.

Несколько десятков лошадей сорвались и унеслись куда глаза глядят. Часть из них удалось изловить, но часть к сожалению поломала ноги в этом безумном беге. Некоторые куда-то удрали так, что поиски их потребовали бы от нас приличного времени. А план был как можно скорее выдвигаться ко Пскову.

Порох не пострадал, запасы его были хорошо укрыты.

Сами люди, утомленные ночной борьбой со стихией, промокшие и злые, не горели желанием сворачивать лагерь. Обсушиться, хоть как-то согреться. Вот то, что нам было нужно.

Я прикинул. Подумал что лишний час, или даже два, мы можем себе позволить. В таком состоянии идти по совершенно сырой дороге, это риск. Пусть слегка хоть как-то сойдет эффект ночной непогоды. Может быть погода станет чуть получше. И тогда уже хоть немного отдохнувшие, мы пойдем вперед.

Радовало то что шведам, скорее всего, досталось сильнее. Они шли по воде. Останавливались на берегу озера или уже на реке близ Пскова. Скорее первое. А это открытое пространство, с которого налетает настоящий шквал. Флот их точно пострадал сильнее, чем мои повозки. Привести это все в порядок тоже время. И не час-два, а ощутимо больше.

Что до новгородской рати. Она, думаю, пострадала не меньше моего. Почему, если казалось бы она находится в осадном лагере? Да потому что ему всего сутки. За сутки построить хоть что-то капитальное невозможно.

Лучше всего пришлось псковичам. Будь я на их месте, я бы точно воспользовался ситуацией. Сидевшие по домам в тепле люди, поутру свежими могли бы устроить вылазку и навредить новгородцам.

Да, мне это не нравилось, это потери русских людей, которые я из раза в раз хотел предотвратить. Но ситуация складывалась так, что пока была возможность, псковичи могли бы отыграться. Вряд ли это сильно изменило бы общую картину. Но фактор психологического удара был бы. Он поколебал уверенность осаждающих и придал бы сил осажденным.

Вестовых к нам от новгородцев не шло. Оно и понятно, дороги размыты, лагерь после буйной ночи приходит в себя.

Ну а мы, потратив примерно пару часов на сбор лагеря и приведения в себя войска после ночных событий, наконец-то выдвинулись.

Серое небо, ветер. Но было относительно тепло, и дождь из моросящего перешел в разряд то пойдет немного, то перестанет. Вроде бы погода налаживалась, и даже порой через серость и мглу пробивалось солнце.

Так мы и шли. Я пока не выдвигался в авангард, держался с сотней Якова в колоннах конницы. Пантелей не расчехлял знамя. Шли как обычные бойцы.

Грязь под копытами коней чавкала. Мы старались двигаться не по основной дороге, а ближе к обочинам, чтобы телегам было проще идти. Понятно что их у нас было немало, и после первых нескольких десятков дальнейшее движение все сильнее ухудшалось. Но до Пскова нам было всего ничего. Несколько часов пешего марша. Поэтому мы шли конно и не торопились особо.

Примерно к моменту того, когда солнце вошло в зенит, вестовые доложили что авангард вышел ко Пскову и видит его крепость. Войско замерло. И наконец-то мы с сотней Якова устремились вперед.

Сейчас вестовые были отправлены к новгородцам, дабы те выслали отряд приветствия. Потребовали воеводу их на разговор. Все же нужно было нам провести переговоры, сговориться, что и как мы будем делать. По крайней мере так думал Бутурлин.

После долгих переговоров и нескольких поездок туда — сюда, Репнин и Алябьев сговорились с новгородцами о том, что встречаться надо между войсками. По пять десятков человек с каждой стороны. Встретиться, поговорить воеводами. Мы к ним не поедем, опасаемся. Они к нам тоже. Но говорить — то надо. Договориться и как-то выработать совместный план действий.

Единственным логичным предложением стала нейтральная территория.

И я, вместе со своими телохранителями, двинулся за отрядом Репнина. По факту кроме воеводы, его помощника и пары самых близких ему человек, весь остальной отряд