Перья, кровь и миллионы лет. Полная история динозавров - Райли Блэк

Натуралисты бились над беспорядочной и случайной природой летописи окаменелостей еще с XIX века. Вдохновленный своим другом и коллегой Чарльзом Лайелем, Чарльз Дарвин посвятил целую главу «Происхождения видов» «неполноте геологической летописи», чтобы объяснить, почему переходные виды, необходимые для его теории эволюции, еще не обнаружены. Согласно Дарвину, если бы мы представили земные породы в виде великой геологической книги, в этом томе не хватало бы целых глав, страниц, абзацев, предложений и слов. Геологические слои Земли не фиксируют все когда-либо происходившее на планете непрерывно – осадочные породы откладываются прерывистыми сериями. Отчасти запад Северной Америки является главным местом исследований тираннозавра рекс и трицератопса именно потому, что породы в Северной и Южной Дакоте, Монтане и Альберте представляют как конец мелового периода, так и начало следующего палеогенового периода, предоставляя «снимки» до и после того, какой была жизнь в промежутке 66–65 миллионов лет назад. В других частях мира, однако, половина картины отсутствует: там доступны только мел или палеоген, но не оба периода. Летопись окаменелостей по самой своей природе неполна. Не все подходит для образования окаменелостей, из-за чего образуется лоскутное одеяло из слоев пород, которые палеонтологи постоянно сравнивают друг с другом, чтобы понять общую картину эволюционных и экологических изменений, разворачивавшихся на нашей планете. У нас всегда будет больше окаменелостей из районов древних рек и донных отложений древних озер, чем из горных лесов или каменистых пустынь, где обнаженная порода разрушается, превращаясь в песок. И даже в пределах местообитаний, где откладывалось достаточно ила, песка, вулканического пепла или других осадков для сохранения окаменелостей, породы содержат лишь малую часть живых существ, которые когда-то обитали в этих местах. Шансы на то, что организм или его следы сохранятся в виде окаменелости, как правило, невелики – это факт, хорошо известный палеонтологам благодаря подразделу палеонтологии под названием тафономия. Эта наука изучает «то, что происходит между смертью и обнаружением» – это способ взглянуть на доступные свидетельства и восстановить обстоятельства предыстории окаменелости. Тафономия помогает объяснить, почему некоторые окаменелости находят лишь в виде разрозненных фрагментов, а другие – в виде полных, сочлененных скелетов, а также почему обнаружение любой окаменелости динозавра является победой вопреки всему.

Тафономия практически так же стара, как и сама палеонтология. Находки окаменелостей в XIX веке часто вызывали вопросы о том, как такие странные останки оказались в месте своего обнаружения и что они могут говорить об изменениях, произошедших в мире. Конечно, динозавры и другие доисторические рептилии были слишком необычны по сравнению с современными видами, чтобы полностью постичь их жизнь и посмертное существование в виде окаменелостей. Ископаемые млекопитающие, как, например, гиены ледникового периода, обитавшие в пещере Киркдейл в Англии, были более понятны. Уильям Бакленд, прославившийся благодаря мегалозавру, был в восторге от пережеванных древними пятнистыми гиенами костей, собранных в пещере, которая, должно быть, служила им логовом. Бакленд сравнил повреждения на ископаемых костях и ископаемый помет, найденные в пещере, с особенностями поедания пищи и экскрементами живых гиен из зверинцев, подтвердив, что пещера действительно была местом, где древние гиены неоднократно трапезничали. Такие исследования, как работа Бакленда, положили начало подразделу палеонтологии, занимающемуся выяснением того, почему и как доисторические существа оказались в том состоянии, в котором мы их находим, – от того, как разлагаются туши, до того, почему динозавры часто принимают «позу смерти» с запрокинутой головой и поднятым хвостом.

Илл. 58. Полные сочлененные скелеты динозавров вроде этого завропода спинофорозавра являются редкой находкой

Тафономия динозавров представляет собой самостоятельную и уникальную субдисциплину, ведь на особенности их захоронения влияют не только геологические детали, но и своеобразная экология далекого прошлого. Что касается размера тела динозавров, здесь, по-видимому, существует «золотая середина» с наилучшими шансами на сохранение – животные, которые не слишком малы, чтобы быть без остатка уничтоженными разложением, и не слишком велики, чтобы требовать необычных ситуаций для их сохранения в породах. Имели значение и места, где динозавры могли сохраниться; динозавры должны были каким-то образом попасть туда, где осадочные породы откладывалась, а не смывались. В любой момент мезозоя количество мест, способных сохранить динозавров, было ограничено. Даже сохранение необычными способами, например, перьев динозавров, оказавшихся в смоле деревьев, все равно требует захоронения и превращения со временем в камень. Но даже в местах с потенциалом к фоссилизации большинство живых существ будет либо съедено другими, либо разложено бактериями еще до того, как появится шанс на захоронение. Палеонтологи предполагают, что образцы детенышей и ювенильных динозавров так редки, например, потому, что эти неопытные рептилии были легкой добычей для крупных хищников, бродивших по доисторическим местообитаниям, а это означало, что детеныши динозавров должны были погибнуть во время редких событий, таких как локальные наводнения или обвалы дюн, чтобы сохраниться в виде окаменелостей. И даже когда динозавры вырастали до огромных размеров и доживали до старости, они все равно должны были умереть в месте, где накапливались осадочные породы, чтобы тело можно было укрыть до того, как динозавры-падальщики, птицы, жуки и бактерии его полностью уничтожат. Все претенденты на звание самого крупного динозавра всех времен известны лишь по неполным скелетам, которые начали распадаться еще до того, как кости были погребены. Мы можем наблюдать нечто подобное и сегодня. Если вы заметите кости животного во время прогулки по лесу или вдоль пляжа, скорее всего, туша уже была разорвана, разложилась и находится на пути к полному уничтожению, а не к включению в осадок, который позволит этим частям стать окаменелостями.

И все же палеонтологи собрали впечатляющую коллекцию окаменелостей, и новые находки совершаются каждый год. Хотя летопись окаменелостей, возможно, не так щедра, как нам бы хотелось, мы тем не менее знаем о доисторической жизни гораздо больше, чем ранние геологи когда-либо мечтали. Нужные обстоятельства складывались достаточно часто на протяжении сотен миллионов лет, чтобы позволить нам хотя бы в общих чертах восстановить жизнь динозавров и их соседей на протяжении всего мезозоя. Не существует двух идентичных скелетов динозавров. Посмертная история каждого из них немного отличается. Причины гибели динозавра, среда обитания, в которой он умер, время, потребовавшееся для его захоронения, характер осадочных пород, которые его покрыли, минералы окружающих скал и даже количество дождей в данной местности – все это играло роль в том, что происходило со скелетом динозавра. Во многих случаях динозавры частично разлагались или даже полностью лишались плоти до захоронения, а разливы рек или подобные обстоятельства подхватывали разрозненные кости и оставляли их в беспорядке.