Интерн Василиса - Эвелина Волконская

Гато кивнул и дернулся, словно сам не поверил в то, что сделал.

Глава 16. Восстановление магического порядка

Глава 16. Восстановление магического порядка

Воронцов для скорости провел девушку и пушистую компанию через изнанку мира, сказал ждать дома специальную комиссию, которая вновь наденет на неё браслет (наказание никто отменять не собирался) и также ушёл через портал. Лёва и дружина крысиное царство покинули ногами — оказалось, что крысы заняли заброшенную станцию метро.

Дома Василиса крепко обняла Беляшика, передавая и через дар, и физически свою любовь. Соскучившийся Маршалл тоже пришёл на ручки за порцией ласки. Василиса в обнимку с котами пролежала достаточно долго, однако уснуть ей не дали спасённые Гато и Чимчегрыз, устроившие перепалку.

Девушка аккуратно высвободилась из-под питомцев и зашикала на магических животных:

— Вы чего тут устроили?

Оказалось, что гости не поделили кусочек печенья, найденный под столом в её комнате. Девушке стало неловко. Она настолько замучилась, что совсем забыла о гостеприимстве!

Следом за девушкой на кухню пробралась вся банда, включая котов. Беляш требовательно мяукнула, явно намекая на пустую миску. Василиса положила детям влажный корм, который они тут же, довольно чавкая, принялись уплетать.

Гато и Чимчегрыз завистливо посмотрели на котов — надо бы и для гостей отыскать перекус. На кухне нашлись шпроты, но их едва хватит на двоих. Василиса глянула на настенные часы: время было за полночь — для доставок поздновато. Девушка соорудила по бутерброду приятелям, а себе заварила каркаде — ужинать пустым чаем было не впервой.

— Перекусим в комнате, — подхватив тарелку с бутербродами и кружку, объявила Василиса.

— А чем кухня плоха? — возразил крыс.

— Я тут комнату только снимаю, мало ли соседи вас увидят, — пояснила девушка, кивая на другие двери.

Словно в подтверждение её словам, в соседней спальне зашаркали.

— Не хватало ещё бабке инфаркта, — шикнула Василиса, — погнали ко мне!

Гато, озираясь, первым юркнул в комнату. Не считая стычки за печенье, переводчик держался тихо, стараясь быть незаметным.

— Гато, забирайся к нам, ты чего — предложила Василиса, когда они с Чимчегрызом уютно устроились на её кровати.

Кошак неуверенно вышел из-за ножки стола, огляделся.

— Спасибо, что вы…. мне и тут неплохо! Я к роскоши непривыкший! — запричитал Гато, вжимая голову в плечи. — Мне и печенья хватит, — кошак кивнул на крошки рядом с собой, — благодарю, что приютили!

— Гато, тебя здесь никто не обидит! — Василиса спрыгнула с кровати и села на корточки рядом с гостем.

Едва Василиса приблизилась, тот сжался сильнее, будто ожидая удара. Василиса помрачнела, увидев, как Гато сдавливают плотные волны страха и беспомощности. Переводчик привык раболепствовать перед крысиным обществом ради самосохранения, а привычка — вторая натура.

Девушке до слез стало жалко бедного кота. Конечно, и тут он себя чувствовал в уязвленной позиции, в которой покорность — залог выживания. Только она — не крыса. Никто тут не крыса. Кроме разве что Чимчегрыза, но он отличался от встреченных ею грызунов. Что-то в нём было такое, бунтарское что ли. Видимо, его излишняя независимость и стала одной из причин постоянных судов над ним.

Василиса осторожно протянула открытую ладонь к Гато и коснулась его плеча. Кошак вздрогнул.

— Послушай меня, пожалуйста, малыш…

— Я не… не… — начал было переводчик, но тут же затих.

Конечно, Гато малышом не был. Василиса вернулась к прежнему размеру, и теперь худенький потрепанный кот казался ей совсем крохой, которого хотелось поддержать, накормить и обогреть. Да и рядом с её обычными, не магическими, упитанными питомцами, Гато казался зашуганным приёмышем. Словно прочитав её мысли, на пороге комнаты ободряюще мяукнула Беляш. Теперь, находясь рядом с хозяйкой, в родных стенах, а не крысиной клетке, сытая кошка была спокойна. На Гато ни она, ни Маршалл не кидались. Лишь с интересом и даже, наверное, небольшой жалостью рассматривали пришельца. Чимчегрыз, в отличие от Марка, почему-то тоже не привлекал особого внимания питомцев.

— Я просто хочу сказать, что тебе здесь ничего не угрожает. И я хотела бы тебе помочь, если позволишь…

—Эй, как там тебя? Перро! — Донеслось чавкающее с кровати. — Ты будешь бутерброд или я доедаю?

Василиса оглянулась на кровать. Там довольный Чимчегрыз, оперевшись о стену, облизывал пальцы на передних лапах. Второй бутерброд лежал на тарелке в опасной близости к крысу. С изголовья кровати на закуску (или крыса?) с интересом посматривал Маршалл.

— Так не пойдет, Чим! Оставь угощение Гато, он такой же гость, как и ты! — нахмурилась Василиса.

Крыс молча проглотил новое прозвище и продолжил приводить лапы в порядок. Маршалл, увидев строгий взгляд хозяйки, резко начал вылизывать хвост, будто и не планировал только что рейдерский захват бутерброда.

— Держи, — Василиса схватила тарелку с кровати и предложила Гато.

Кошак неуверенно протянул лапу к закуске.

— Если ты не голоден, съем я, — отозвался Чим, хищно щелкнув резцами.

— Треснешь столько жрать, — буркнув себе под нос, Гато трясущейся лапой забрал бутерброд.

— Это так ты гостей потчуешь, голубушка?! — раздалось на пороге.

«Дверь! Надо было закрыть за собой», — с досадой подумала Василиса, но было уже поздно: в дверном косяке маячила фигура соседки.

Почему-то старушка решила не падать в обморок от пререкающихся кота и крысы. Наоборот. Она явно вознамерилась выставить девушку дурной, не хлебосольной хозяйкой.

— Хотя, чего я удивляюсь, старая. Впервые вижу у тебя гостей, — взмахнула руками бабуля и хитро сощурилась — хоть и таких крошечных! А ну ка…

Старушка бодро прошла вглубь комнаты и присела рядом со спешно жующим Гато.

— Такой худенький, господи! Ты вообще кушаешь, дружок? — заохала соседка.

Гато перестал чавкать, перевел взгляд на Василису в поисках поддержки и вновь в ужасе уставился на бабку. Ответить ей не успел, она жалостливо заграбастала переводчика на манер обычного кота, да так, что Маршалл с Беляшом от греха подальше потихоньку скрылись под кроватью.

— Что-то он посинел! Вы бы его так не прижимали к себе, — экспертно заявил Чим с кровати.

Из подмышки соседки донеслось согласное мычание. Старушка выпустила очумевшего Гато, резво подскочила и унеслась, причитая, что того и гляди, бедняжки упадут в голодный обморок, и срочно надо их покормить чем-то существеннее несчастных бутербродов. Освободившись от объятий, Гато моментально спрятался под стол.

Василиса, до того молча наблюдавшая,