Хранитель - Михаил Тепляшин

— Чтобы обрести новую судьбу, тебе придётся выбрать новое имя. Поразмысли о нём, пока от твоего прежнего «Я» ещё что-то осталось.

«Новое имя? Имя… Может быть… Да! Как же мы хотели назвать сына? Кажется… Марк…»

Эта мысль была последней перед тем, как тьма заполнила его черепную коробку погасив последние остатки сознания.

***

— Значит, ты всё вспомнил. — В голосе, звучащем в его голове, нельзя было различить эмоций, но Марку всё же казалось, что он слышит в нём тень мрачного удовлетворения пополам со злобой — Тем лучше, мой мальчик. Мы заключили сделку, и пришло время тебе заплатить оговорённую цену.

Марк покачал головой.

— Да, мы заключили сделку, но ты нарушила её условия, дьявольское отродье! — он кричал, но его голос всё равно с трудом пробивался через шум открытых Врат.

— Вот как? Разве ты не получил свой второй шанс, как того желал? Не моя вина, если новую жизнь ты растратил также бездарно, как и старую.

— Ты впутала в наши дела её! Ту единственную, которою я когда-либо любил! Её душу я тебе не обещал, и всё же ты притащила её сюда, в это проклятое место…

Снова раздался смех, подобный рокоту.

— Ты ошибся, мой милый. Она здесь по своей воле. Видишь ли, любовь — это великая сила. Любовь привела её ко мне, любовь заставила её отдаться в мои руки — только лишь ради призрачного шанса ещё раз увидеть тебя, неблагодарного мужа, что предпочёл сбежать вместо того, чтобы оставаться со своей женой и в радости, и в горе, до самой смерти, как он клялся когда-то. Ради этого шанса она пожертвовала своей душой, своей памятью — и теперь она принадлежит мне, как и ты. О, ты побледнел? Кажется, ты начинаешь понимать. Всю свою жизнь ты так хотел стать тем, кем тебе не суждено было стать, что эгоистично позабыл о тех, кто любит тебя таким, какой ты есть.

Несколько секунд Марк молчал, побледнев, стиснув кулаки.

— Я ненавижу тебя — произнёс он наконец. — Но ещё больше я ненавижу себя. Впрочем, сейчас это уже неважно. Вот как мы поступим… Я отдам тебе Ключ, но взамен ты отпустишь её, и всех несчастных, пленённых здесь.

— Ты итак мне его отдашь. — На сей раз голос прозвучал почти ласково. — У тебя нет иного выбора.

— Правда?

Судорожным движением Марк сорвал перстень с руки и шагнул к бушующим лиловым огнём Вратам.

— Что будет, если я брошу его во Врата, и тем самым сотру из этого мира?

— Это невозможно!

— Хочешь проверить?

Они стояли друг напротив друга, две застывшие фигуры, неотрывно следящие за каждым движением друг друга, ловящие каждый взгляд, каждое слово.

— Если ты сделаешь это, то обречёшь себя на ещё более страшное посмертие, чем-то, которое ждет тебя в моих руках. Последствия будут… Необратимыми.

Марк слегка пожал плечами.

— За всё приходится платить. Всё, что происходит сейчас — результат моих ошибок. Будет справедливо, если я наконец приму на себя ответственность за них.

Ответом ему было нечеловеческое шипение, полное ярости. На секунду ему показалось, что Егда бросится на него, но она осталась стоять на месте.

— Хорошо. Мы заключим новую сделку. Один раз ты уже отдал мне Ключ. Сделай это ещё раз, и я позволю всем пленникам этого места у йти — всем, кроме тебя. Мёртвые получат посмертие, которое заслуживают, а твоя жена вернётся к жизни, и всё, произошедшее здесь, покажется её не более, чем дурным сном. Но ты… Ты останешься. Или останется она. Ты должен выбрать!

«Что бы не случилось, помни о своей цели»

Глубоко вздохнув, Марк промолвил:

— Я согласен. Согласен остаться с тобой.

И, размахнувшись, бросил перстень в сторону Егды. Она ловко поймала его, и в следующий миг словно бы со всех сторон раздался её зловещий хохот.

Её фигура стала расти, форма менялась, черты сглаживались, и вскоре над поляной нависла тень, сохранившая лишь отдалённое сходство с человеком

Тень, сотканная из клубов плотного то ли дыма, то ли тумана, вобравшего в себя все оттенки серого и белого, запрокинула голову размером с овин к потускневшему небу и издала торжествующий вопль:

— Свершилось! Настало моё время! Скоро я распространю своё царство на оба мира, и слеплю из них свой! Возрадуйся, маленький человек: твоё желание исполнится! Я отпущу все души, запертые здесь — но это неважно, ведь скоро не будет ни жизни, не смерти, буду только я — и мои слуги, моя пища! И уж тогда, мы с тобой позабавимся на славу! Я…

Тень вдруг осеклась на полуслове. Из её груди вырвалось невнятное клокотание.

А в следующий миг кисть её правой руки взорвалась фонтаном золотистого света, озарившего всё вокруг подобно лучу Солнца.

Поток лилового огня, бьющего из Врат за спиной, на мгновение померк, а затем разгорелся ещё ярче, но теперь он искрился всеми оттенками золотого.

— Прежде, чем заключать сделки, — ровным голосом произнёс Марк, чуть растягивая слова. — Тебе следовало бы больше узнать о своей плате. Верно я говорю… Птица Гермеса?

Искры, вырвавшиеся из ладони Егды, закружились и, слившись вместе, соткали из воздуха, наполненного светом, огромного филина. Раскинув крылья над поляной, он застыл на мгновение, напоминая статую, сделанную из золота, а затем посмотрел на Марка, вытянув шею. Глаза его вспыхнули ярчайшим огнём.

— Это лишь одно из множества моих имён. — Знакомый голос зазвучал в голове Марка. — Не думай, что оно даёт тебе власть надо мной — для меня оно ничто. Я помню бесчисленные эпохи, вереницы царей, блиставших когда-то властью и могуществом, а ныне забытых всеми. Прославленные герои бились за право обладать мной — но от сотворения мира я не принадлежу никому. Ибо я — Ключ от Великих Врат. Я — их Хранитель. Ни человек, ни демон не способен укротить меня. Но ты… Ты