Безликий - Е. Юань

Выслушав остальные новости, Клейн, опираясь на учебные наставления Ночных Ястребов, преподал собеседнику короткий урок: объяснил базовые приемы выуживания сведений в непринужденной беседе и алгоритмы действий в критических ситуациях.

— Пора мне к причалам. Премного благодарен вам, детектив Мориарти! Вы вернули мне человеческую жизнь! — бережно прижав к груди поношенную мягкую шляпу, Старый Колер искренне поклонился.

Для него детектив сделал невероятно много: не только обеспечил щедрым заработком, но и обучил массе полезных вещей. Даже если в будущем мистер Мориарти перестанет нуждаться в информаторе, эти навыки помогут ему выжить в Восточном районе — особенно теперь, когда возраст брал свое, лишая сил для тяжелого труда.

«Нормальная жизнь? По-моему, ты лишь получил возможность удовлетворять самые базовые потребности человека…» — провожая взглядом Старого Колера, покинувшего дешевую кофейню, Клейн задумчиво застыл на месте.

Это был первый раз с момента его прибытия в Баклунд, когда он услышал из чужих уст имя друга. И первый раз, когда у него появилась реальная возможность нащупать след Инса Зангвилла!

Все эти три с лишним месяца, особенно после убийства Ланевуса, главной целью Клейна оставалось переваривание зелья и приумножение собственных сил.

Он слишком хорошо понимал, какая непреодолимая пропасть разделяет его и Инса Зангвилла, который, скорее всего, уже возвысился до ранга полубога. С местью спешить было нельзя — одна только мысль о леденящем душу запечатанном артефакте «0–08» заставляла его держаться как можно дальше и даже не помышлять о расследовании.

Картины, разыгравшиеся в Тингене, в стенах охранной компании «Черный Терновник», вновь вспыхнули в памяти Клейна. Начищенные до блеска кожаные туфли убийцы стояли перед глазами так отчетливо, словно всё происходило прямо сейчас.

Слегка запрокинув голову, он медленно выдохнул. Захватив шарф и шляпу, Клейн покинул дешевую кофейню.

…………

Хиллстон. У дверей довольно обветшалого, старого дома.

Сойдя с подножки кэба, Клейн поправил шляпу и направился к парадным дверям.

Здесь проживал знаменитый детектив Айзенгер Стентон.

Буквально на днях прославленный сыщик прислал Клейну письмо с приглашением заглянуть на огонек, дабы совместно обсудить детали одного запутанного дела об убийстве.

Поскольку Клейн был с головой поглощен поиском инвесторов для велосипедного проекта Репарда, он вежливо отказался, сославшись на занятость. Однако Айзенгер Стентон ничуть не обиделся. Известный сыщик ответил, что расследование всё равно зашло в тупик и в ближайшее время прорыва не предвидится, а потому он с радостью подождет Шерлока, предвкушая содержательную беседу, полную дедуктивных озарений.

Клейну оставалось лишь погасить сомнения с помощью прорицания. Выбрав самый благоприятный день — сегодняшний день, ставший ближайшим свободным окном после завершения переговоров, — он отправил ответное письмо, окончательно согласовав встречу.

Динь-дон, динь-дон.

Клейн дважды дернул за шнурок дверного колокольчика, сделал шаг назад и замер в ожидании.

Через десяток секунд дверь с легким скрипом отворилась. Помощник известного сыщика приветливо улыбнулся:

— Добрый день, детектив Мориарти. Мистер Стентон ждет вас в гостиной. Вам налить кофе или черного чаю?

Помощник — худощавый юноша в очках в золотой оправе — выглядел на редкость интеллигентно и профессионально.

Клейн скользнул по нему взглядом и ответил:

— Пожалуй, чай. И поменьше лимона.

— Сию минуту, — улыбнулся помощник. Проводив Клейна в гостиную, он указал на дверь комнаты отдыха: — Прошу простить за неудобства. Наша прислуга нанята временно, и у них сегодня как раз выходной. Не сочтите за труд пройти туда самостоятельно.

Клейн вежливо кивнул и направился к дверям комнаты отдыха на первом этаже.

Он уже поднял руку, чтобы постучать, как вдруг почувствовал неладное:

«Мой сегодняшний визит был согласован заранее, за несколько дней. С какой стати вся временная прислуга отдыхает именно сегодня?»

Клейн прищурился и нащупал в кармане медный пенни.

В этот самый миг дверь от его прикосновения плавно подалась внутрь, приоткрыв неширокую щель.

В то же мгновение Клейн почувствовал, словно невидимая печать изоляции рухнула, и в его ноздри ударил густой, удушливый, тошнотворный запах свежей крови.

В поле его зрения попало перевернутое кресло-качалка, ковер под которым был залит темно-красной кровью. Рядом сиротливо валялась книга обложкой вверх.

Даже этого короткого взгляда хватило, чтобы перед мысленным взором сыщика во всех деталях предстала картина жестокого убийства.

Его взгляд намертво прикипел к названию валяющейся на полу книги:

«Легенды о демонах округа Сивирас».

«Демоны…» — Клейн только собрался отступить, чтобы оценить угрозу, как изнутри внезапно вырвался яростный шквал ветра, распахнувший створку настежь.

Бах!

Взору Клейна предстала полная картина произошедшего в комнате:

Древесный уголь в камине давно прогорел, подернувшись серым пеплом и лишившись багровых отблесков;

Чайный столик, диван, кресла, шкафы — всё было перевернуто и разбито в щепки, свидетельствуя о яростной, отчаянной схватке;

Ковер и стены пестрели брызгами спекшейся крови и черными подпалинами, однако на месте погрома не было ни единого тела, ни даже изуродованных останков.

«Мистер Стентон попал в беду?» — Клейн резко отпрянул назад, намереваясь немедленно покинуть этот проклятый дом.

Но почти в ту же секунду его прошибло осознанием: его зафиксировали!

Некто невидимый, притаившийся во мраке, буравил его ледяным, мертвенным и беспощадным взглядом!

Малейшая оплошность — и на него мгновенно обрушится смертоносный, сокрушительный удар!

«И это называется „благоприятный день для визита“? Неужто я неверно истолковал ниспосланные мне во сне образы?» — Клейн застыл на месте, не смея пошевелить и пальцем.

Впрочем, паники или липкого страха он не испытывал. Пережив немало смертоносных схваток и научившись виртуозно разыгрывать любые «спектакли», Клейн прекрасно понимал: сейчас его главным оружием должно стать абсолютное хладнокровие.

Топ, топ, топ — тишину коридора нарушил мерный стук шагов. Из кухни неспешно возвращался помощник Айзенгера Стентона, бережно удерживая в руках поднос.

На начищенном подносе поблескивали тяжелый оловянный чайник и две белоснежные фарфоровые чашки.

Заглянув в приоткрытую гостиную и узрев царящий внутри разгром, юноша застыл на месте как вкопанный.

Не повернул голову к Клейну, его лицо внезапно исказилось от дикого страха, и он заговорил, задыхаясь:

— Вы… убили… господина… Стентона…

С каждым новым словом, вылетающим из его рта, кусок плоти срывался с его щек, обнажая кость под потоками алой крови.

С трудом выдохнув последний слог, парень внезапно с сухим треском раскололся на части и рухнул на пол грудой окровавленных кусков, будто его тело давно уже было мертвым и лишь наспех сшитым воедино.

Дзынь! Дребезг! Оловянный чайник и чашки из белого фарфора со звоном рухнули на пол, покатились в разные стороны, и