Пекарь в Академии магии, или Головная боль для ректора - Татьяна Терновская

До начала экзамена оставалось всего десять минут. Я занервничала. Что, если там очередь из желающих? Или меня попросят сначала заполнить какие-нибудь бумаги? Хватит ли на это десяти минут? И что будет, если я всё-таки опоздаю?

Глава 2

Отец Эллы активировал портал, который представлял собой огромное зеркало в металлической раме, с нарисованными на ней магическими формулами. Как только отец Эллы произнёс заклинание, по зеркальной поверхности прошла рябь, а затем она стала полностью чёрной, словно открытый в ночь дверной проём.

— Идите, — разрешил отец Эллы, — но чтобы сразу после окончания выставки вернулись домой!

— Конечно-конечно! — заверила Элла и первой нырнула во тьму портала. За ней последовали Белла и Сибелла. Я была последней. Придерживая пирог, я протянула руку, и портал тут же поглотил меня. Возникло чувство, словно я оказалась на быстро вращающейся карусели. К горлу подкатила тошнота, но уже в следующий миг в глаза ударил солнечный свет, и я оказалась посреди центральной площади столицы.

Мне потребовалось немного времени, чтобы прийти в себя. Когда головокружение прошло, я огляделась. Вокруг была огромная толпа. Люди громко разговаривали, перекрикивая друг друга, словно чайки на побережье. Очевидно, желающих поступить в Академию оказалось больше, чем я рассчитывала. Меня сразу охватила тревога. Был ли у меня хотя бы малейший шанс поступить?

Ладно, для начала нужно сообщить экзаменационной комиссии, что я тоже собираюсь попытать удачу. Но как это сделать?

Я встала на цыпочки и огляделась. По форме площадь напоминала трапецию. У самой длинной стороны располагался королевский дворец: огромное здание, в центре которого от пола до потолка был помещён витраж, изображавший нынешнего правителя в парадном облачении на фоне гигантского мирового древа. Слева от дворца находилось здание правительства. Оно было чуть скромнее. На его крыше стояли скульптуры знаменитых исторических деятелей, которые строго взирали на площадь внизу. На противоположной стороне было здание суда со множеством колон и барельефом, изображавшем богиню истины. И у самой короткой стороны площади стояла древняя башня, оставшаяся от крепости, с которой когда-то и началась история столицы.

Если бы не экзамен, я с удовольствием прогулялась бы по городу, тем более стояла солнечная, тёплая погода. Но сейчас у меня были дела поважнее. Я заметила, что часть площади была скрыта под магическим куполом, а рядом с ним стоял длинный стол. Скорее всего, там будет заседать комиссия. Значит, и мне нужно идти туда.

Нырнув в толпу, я стала пробираться к цели. Элла, Белла и Сибелла увязались за мной. Лавируя в потоке людей, я обратила внимание, что на площади было подозрительно много девушек. Причём одеты они были в вечерние наряды, явно не годящиеся для экзамена. Только не говорите, что все эти девицы пришли сюда ради Уильяма Дорсета! Однако другого объяснения у меня не было.

Когда толпа стала редеть, я увидела, что длинный стол был пуст. Комиссия ещё не пришла. А затем меня остановил строй голос:

— Куда вы собрались, мисс?

Я замерла и обернулась. Рядом стоял мужчина в синем мундире с эмблемой Королевской Академии Магии. В руках у него был длинный свиток и перо.

— Я пришла на вступительный экзамен, — сообщила я.

Он окинул меня скучающим взглядом, а затем спросил:

— Имя, фамилия. — Прозвучало так, словно он разговаривал с солдатом.

— Флоренс Уайт, — ответила я.

Мужчина заскрипел пером по пергаменту, внося меня в список, а затем продолжил допрос.

— Дар?

— Ну, я пекарь, — сказала я и для наглядности продемонстрировала пирог на тарелке, но мужчина даже головы не поднял.

— Факультет?

— В смысле? — не поняла я.

Он, наконец, оторвался от свитка и посмотрел на меня.

— На какой факультет хотите попасть?

— А, — протянула я. Хороший вопрос. А какие вообще факультеты есть в Академии? Смешно, но я даже не удосужилась это узнать. Меня ведь интересовала только тайна моего рождения, а не учёба. — А почему вы спрашиваете? Мой ответ как-то повлияет на экзамен?

Мужчина безразлично пожал плечами.

— Понятия не имею, — сообщил он, — так что?

Я колебалась. Как мне следовало ответить? Вдруг от этого зависело экзаменационное задание? Не хотелось бы усложнить себе жизнь.

— Ну, я буду рада попасть на любой, — промямлила я, надеясь, что такой расплывчатый ответ его удовлетворит.

Мужчина записал мои слова на пергаменте.

— Хорошо, вас пригласят, — сказал он.

Я хотела узнать подробности, но в этот момент часы на башне пробили полдень, и толпа резко затихла. Затем раздался громкий хлопок, как обычно бывает при использовании портала, и я услышала, как девушка рядом со мной воскликнула:

— Боги, это он!

Видимо, прибыл Уильям Дорсет. Я инстинктивно обернулась вслед за толпой, чтобы его увидеть.

Что ж, Уильям Дорсет не был одноглазым горбуном с деревянной ногой, напротив, он оказался очень привлекательным мужчиной. Снежно-белые волосы, правильные черты лица, уверенный взгляд глаз цвета морской волны, высокий рост, широкие плечи вкупе с идеальной осанкой — ректор Академии словно сошёл с картинки в журнале мод. Даже у меня при взгляде на него сердце забилось чаще. А другие девушки не смогли удержаться от восторженных восклицаний. Каждая надеялась привлечь к себе внимание Уильяма Дорсета, но тот смотрел прямо перед собой, не замечая толпы вокруг.

— Какой красавчик! — пропищала Элла.

— Да ещё и знатен! — добавила Белла.

— И богат! — закончила Сибелла.

Я же перевела взгляд на людей, которые шли позади него. Судя по всему, это были преподаватели Академии и по совместительству члены экзаменационной комиссии. Все они оказались мужчинами в возрасте, один и вовсе напоминал мумию. Я снова занервничала. Лица преподавателей были серьёзными, даже мрачными, ни один не улыбнулся. Какие же испытания они приготовили нам?

Как только все члены комиссии заняли места за столом, мужчина, который недавно меня допрашивал (я решила, что он был секретарём) произнёс заклинание. Свиток в его руках замерцал и исчез. Затем секретарь объявил:

— Тот, чьё имя я назову, должен выйти вперёд и предстать перед членами экзаменационной комиссии!

Что? Собеседование будет проводиться у всех на виду⁈ Чего я хотела меньше всего, так это опозориться перед всей столицей! На ум тут же пришла предательская мыслишка: ещё не поздно смыться отсюда. Но я тряхнула головой, отгоняя сомнения. Раз уж пришла, нужно бороться! Не известно, когда ещё представится возможность попасть в Академию.

Тем временем в воздухе перед секретарём возникло первое имя.

— Джон Браун! — громко объявил он.

Из толпы вышел крупный, загорелый парень и уверенно направился к комиссии. На площади воцарилась тишина.