Собрание сочинений. Том 1. Трактаты и наброски - Яков Семенович Друскин

4

Песнь о субботе

I

Был праздник, и всякая тварь радовалась, и я радовался и славил имя Господа Бога Великого.

И был у меня второй мир, и была женщина, открывшая мне его, и целый месяц это было.

И не было радости конца, и не было времени, и ничего не замечалось.

И был праздник, а сегодня суббота, день праздника последний.

И всякая тварь радуется, и я радуюсь и славлю имя Господа Бога Великого, но не забыть мне, что сегодня суббота, день праздника последний.

Был праздник и настала суббота, день праздника последний.

И настала суббота, день праздника последний, и не хватило мне радости, не осталось мне радости на субботу, день праздника последний.

Потому что последний день праздника и завтра не будет…

Один Ты, Господи, есть

и нет в Тебе прехождения

и не сказать про Тебя: было и не будет,

но только есть.

Восславим субботу, страшный день, день праздника последний.

II

И уж наступил последний день.

Солнце как будто светит, и небо светлое, и кругом день, но темно у меня, и я вижу ночь, и пришла смерть.

И уже появились шорохи и шумы, а шум машин глохнет.

И не будет движения – движение остановится, и будет тишь, и в небе уже трещина и видна грань двух столкнувшихся ничто.

И все уже умерли, и ходят трупы и дохаживают свой последний день.

〈1928〉

5

Существуют ли другие люди помимо меня?

Глава I. О форме сознания

1. Я существую только так, как я являюсь себе. Я являюсь себе вместе со всем остальным миром и, следовательно, с другими людьми. Реально существует апперцепция себя, которую мы воспринимаем как аналитическое тожество в суждении. Всё же остальное будет моим представлением, и не только внешний мир и мое тело, но и мое сознание, поскольку я его воспринимаю. Следовательно, мое реальное сознание и мой эмпирический характер есть такое же явление или представление, как и весь остальной мир.

2. Тожество апперцепции, которое есть простое тожество в суждении, есть во всех предметах, иначе они не были бы предметами, следовательно, есть и в других людях. Это объективное единство самосознания в отличие от субъективного есть я сам, как представляющий, и поэтому я вношу его признаки, и оно есть во всех моих представлениях, следовательно, и в других людях. Но этим еще не решен вопрос о том, знают ли другие люди об этом единстве, потому что они могут о нем и не знать как предметы и могут существовать только во мне, знающем об этом единстве, то есть существовать только как мои представления.

3. Все мои представления проникнуты объективным единством сознания, но именно потому, что это мои представления. Но все люди обладают субъективным единством сознания, следовательно, сознанием себя, но как явления, предметы же не обладают этим сознанием. Должен ли я людям в силу этого приписать также объективное единство сознания?

4. Объективное единство сознания есть способность производить синтез в одном моем эмпирическом сознании. Если я должен наделить людей теми же свойствами, что и я имею в явлении, так как в явлении я существую так же, как и другие люди, то в явлении я допускаю, что объективное единство сознания присуще другим людям: то есть способность синтеза присуща так же и другим людям, как и мне, поскольку все люди и я в том числе только представление, существующее во мне самом.

5. Но имею ли я право отсюда сделать вывод о множественности людей? Нет. Только через это не могу. Так как [объективное самосознание] как способность синтеза есть одно. И даже если и есть много личностей, то эта способность во всех одна. Но не могу я допускать объективное единство и как общее коллективное единство или сознание вообще. Потому что оно есть 1) аналитическое тожество сознания и 2) синтетическое – способность синтеза. Если я второе имею право полагать в других, – первое во всяком случае есть только мое и, самое большее, я могу его предполагать в других.

6. То есть я обязан в силу законов моего представления представлять себе и других людей, действующих так, как будто бы они существовали и на самом деле, но у меня нет основания утверждать, что они существуют сами по себе, потому что существование само по себе заключается не только в самом объективном единстве, но в сознании этого единства эмпирическим субъектом. Может быть, аналитическое тожество как самосознание и существует только в эмпирическом сознании.

7. Я не могу иначе представлять себе других людей, как обладающих той же способностью синтеза, что и я, и тем же аналитическим сознанием тожества, так как и я, и другие люди как явления существуют только в одном общем моем представлении. Но из этого не следует, что другие люди знают об этом и, следовательно, существуют, как и я, сами по себе, потому что аналитическое тожество сознания для нас не есть что-либо, но простое тожество: я есмь я.

8. До сих пор мы рассматривали формы сознания и вскрыли ошибку, часто наступающую в таком исследовании: из того, что я знаю себя только как явление, следовательно, как и других людей, заключают, что и другие люди существуют сами по себе, как и я. Объективное единство по праву приписывается и другим людям как простое логическое и трансцендентальное единство. Но это единство пусто и есть только форма. Ведь оно только значит, что всякое реальное чувственное представление я отношу к своему сознанию. Я сам существую как такое мое представление и ощущаю и действую в мире других моих представлений, тоже ощущающих и действующих, но помимо того я имею эти представления и себя и др. Они мои представления, потому что я их объединяю в своем сознании, и поэтому я есмь, потому что я есмь я.

9. Но обладают ли и другие существа этим существованием самим по себе? В силу законов моего представления я не могу их иначе представлять, как существующих самих по себе. Но объективность этого тожества совсем не заставляет еще признать существование других людей. Потому что оно есть тожество моего представления.

10. Ошибка, посредством которой я заключаю от объективности самосознания к существованию других людей, есть гипостазирование моего представления. Из того, что в моем представлении я сам существую наравне с другими людьми, я заключаю, что это представление существует само по себе как общее сознание, и тогда я вынужден признать в основе его или множественность сознаний, имеющих одно общее сознание, или теоретическую