Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров

- Не получится совместить, дружище. Или то, или то, — не удержался от шпильки Ренард, дотянулся и потрепал жирдяя по плечу.

- Чего? — переспросил тот, но де Креньян уже отвлёкся.

Приличная кодла бородачей, сидевших в самом дальнем углу, занялась свара, разговор пошёл на повышенных тонах. Ренард не хотел, а прислушался.

- Я щитаю добыток не по чесноте разделили. Клопу почему больше меня досталось?

- Слышь, гнида, ты чего мои деньги считать удумал? — вскочил тот, кому адресовалась претензия. — А не ты ли надысь ушами прохлопал? Едва ноги унесли.

- Сам ты гнида!

- Я те ща кишки выпущу!

Клоп полез в драку прямо через стол, а Ренард наморщил лоб, пытаясь вспомнить, где он уже слышал эту кличку.

- Нут-ко Клоп, погодь…

Говоривший сидел к де Креньяну спиной, но мимолётного взгляда хватило, чтобы вспомнить больше, чем хотелось. Он уже видел эти рыжие сальные патлы, эту спину, исчезающую среди ветвей... Глум. Его мерзкий голос, он вообще никогда не забудет.

В грудь кольнул камень оберега, но Ренарда не остановила бы сейчас и скала. Он встал и направился к старым знакомцам, на ходу доставая подарок Аима.

Глава 16

Надо было бить со спины, но Ренард хотел посмотреть Глуму в глаза, прежде чем распороть ему брюхо. На том и засыпался.

Ватажник, сидевший напротив, двинул бровями и подал знак вожаку. Тот обернулся. Ренарда он не узнал, но намерения юноши не оставляли сомнений — кинжал в руке де Креньяна пылал голубым не напрасно.

Разбойник растянул губы в глумливой улыбке, смерил взглядом Ренарда… компанию, с которой тот только что пировал, и ленивой черепахой пополз из-за стола… Но это он притворялся. Никто не заметил момента, когда Глум превратился в проворного хорька, а в голову Ренарду стремительно полетела тяжёлая кружка.

Тот прянул в сторону, снаряд промелькнул над плечом, лицо обдало пивом и пеной.

- Тикаем, робя! — гаркнул Глум, и трапезный зал взорвался движением.

Ватажники сломя голову бросились к дверям, кто не при делах — рыбкой нырнули под столы и под лавки, рыцари стремглав ринулись наперерез. Дидье, отшвырнул баранью кость, вскочил и с разворота метнул в толпу разбойников стул, на котором сидел. Попал. Кто-то вякнул и мешком свалился на пол.

И только отроки крутили головами, не понимая, что происходит.

Ещё одна кружка врезалась де Креньяну в лоб и рассекла правую бровь. Кровь залила глаз, но вторым он увидел, как блеснул нож в руке Глума. Блеснул и устремился ему под ребро. Ренард отмахнулся кинжалом, отскочил, разбойник пробежал мимо, сноровисто прорываясь к выходу.

- Де Креньян, опять твои штучки?! Что ж тебе…

Возмущённый крик Аристида оборвался восклицанием боли — один из ватажников на бегу заехал ему кулаком под дых.

Вопли, удары, треск ломаемой мебели слились в одну какофонию. Дробью протарахтел перестук каблуков. С грохотом отлетела на улицу дверь, выбитая чьей-то ногой. Ещё один перестук донёсся с крыльца, и всё стихло. Суета прекратилась так же, как началась. Внезапно.

- Что это было, приятель? — прогудел Безье, удерживая двух обмякших бородачей в обеих руках, и вопросительно посмотрел на Ренарда.

- Мне тоже интересно послушать, — согласился старший наставник и показал сержантам на лежащие на полу тела. — Посмотрите, есть там живые?

Их перебил истошный вопль Аристида

- Этьен, что с тобой? Этьен! — орал он, тормоша друга за плечи.

Все повернулись на крик.

Этьен как сидел на своём месте, так и сидел…с растерянно-удивлённым взглядом… хрипел и зажимал горло руками. Его пальцы, ворот рубахи и новая куртка были сплошь залиты кровью. Та уже не плескала. Тягуче капала на пол. Этьен затих и медленно сполз под стол.

- Это ты во всём виноват! Ты всё затеял! Ты!.. — зашёлся в истерике Аристид и кинулся к де Креньяну.

Не помня себя от гнева, он подскочил, замахнулся, уже почти отвесил пощёчину, но мощная длань Дидье отшвырнула его назад.

- Охолонь, молодой! — загремел старший наставник и кивнул на Этьена. — Сначала ответь, что сделал лично ты, чтобы его защитить? Чем помог ему?

Дидье показал на Ренарда, утиравшего с лица пиво и кровь. Де Лотрок не нашёл нужных слов и в растерянности отвёл взгляд, сказать ему действительно было нечего. А Дидье меж тем развернулся к отрокам и продолжил:

- А теперь скажите мне, ПСЫ! почему вы не ввязались в драку?! Почему остались сидеть за пиршественным столом, когда ваши товарищи, — он поочерёдно ткнул пальцем в рыцарей, в Ренарда, в сержантов, и напоследок грохнул кулаком себе в грудь, — сцепились с оголтелым отребьем?! А?! Не слышу?!

- Не разобрались в ситуации, — неуверенно промямлил Пухлый, — Я, вообще, думал…

- А думать не надо! Товарищ ударил, значит, и ты бей! Разбираться будешь потом! — рявкнул Дидье и с сожалением посмотрел на Этьена. — А на его месте мог оказаться каждый из вас. Ему просто меньше всех повезло. Запомните этот урок на всю жизнь.

Проникновенным словам рыцаря внимали все, кто остался в таверне. Мужики застыли на лавках, из-под которых повылезали. Юные подавальщики замерли с открытыми ртами, чуть не выронив веники. Даже хозяин на какое-то время прекратил собирать обломки с осколками и заслушался.

- Теперь ты, — Дидье зажал шею Ренарда в сгибе локтя и притянул его к себе. — Рассказывай, что тебя побудило заварить эту кашу?

- Бу-бу-бу, — пробубнил де Креньян, уткнувшись носом в широкую грудь воина.

- Чётче говори! — прикрикнул тот.

- Я и говорю, — Ренард выдрался из захвата и отшагнул назад. — Сектанты это. Приспешники тёмного колдуна.

И он рассказал историю четырёхлетней давности.

Хотел в двух словах, но получилось в подробностях, очень уж долго он носил эту тяжесть в своём сердце. И когда начал, остановиться уже не мог, пока не выговорился окончательно. Предатель-друид… первый смертельный бой… сестра в руках у разбойника… Глум… последние слова Вейлира… заколка на спрятанном капище…

Когда он закончил, на лице наставника вздулись бугры желваков, а взгляд, и без того тяжеленный, теперь мог убивать.

- Забирайте этих, — приказал он помрачневшим рыцарям, показав на ватажников, и жестом подозвал Аристида. — Товарища вашего перенесите в замок. Не след Псу в дешёвом кабаке лежать.

Безье кивнул, засунул своих пленников себе же подмышки и шагнул за порог. Сержанты с воинами