Княгиня-некромантка - Аксюта Янсен

Там нужны будут нужны целители. Стазу после. И горняки, чтобы спуститься вниз, а никого кроме, туда и не допустят. Так что нет смысла куда-то срываться и срочно бежать, наше время придёт позже, когда понадобится собрать деньги и вещи для семей погибших.

   - Всё настолько серьёзно? - удивился Жучень похоронному тону. Α вот то, что наравне с деньгами упоминались и вещи, было в порядке вещей : в случае всеобщей беды, помогали все, кто чем может и не у каждого в хозяйстве могла найтись лишняя денежка. И это, в свою очередь, красноречиво говорило о масштабе происшествия.

   - А рядовые обвалы, когда придавливает одного-двух горняков, это вовсе и не новость, такое случается постоянно, - также рассудительно продолжил его собеседник, одним глотком отхлебнул то, что оставалось еще в кружке и, заглянув в её донышко, направился к пивному бочонку.

   В этом заведении Жучень задерҗался не более чем на полчаса и не сорвался немедленно,только потому, что не хотел порушить свою легенду, которая еще ему могла понадобиться. Ибо какое дело может быть писарю при княжьем дворе до бед местного населения? Вот разве что посочувствовать, да скинуться семьям, чем может, но для этого, как уже упоминалось выше, вовсе никуда не нужнo спешить.

   Однако же, сведения требовали проверки, ведь если уже слухи начали распространяться, значит можно где-то застать тех людей, которые занимаются организацией спасательных работ и уже там узнать более точно и подробно, что же всё-таки случилось.

   Узнал, чего уж там,и такого, чего и вовсе не предполагал услышать. Такого, что заставило его поспешить в княжий терем, несмотря на весьма и весьма ранний час, с намерением даже и разбудить,ибо новости требовали немедленных решений. Впрочем, беспокоился он совершеннo напрасно, как и заранее искал способ уговорить лакеев свершить сие чёрное дело: никто уже не только не спал, но князь уже успел куда-то спешно умчаться, а княгиня была занята бумажной работой. Ей и пришлось докладывать, хотя Жучню сильно не хотелось и пришлось даже два раза напомнить себе инструкции данные ему непосредственным начальником.

   Она действительно сидела в кабинете, который у княжьей четы в этом временном пристанище был один на двоих, и приводила в порядок какие-то записи. И видеть это было странно и удивительно, особенно потoму, что одета была княгиня в традиционный утренний наряд замужней тригорской женщины. Ну не вязался этот образ со сколь-нибудь сложным интеллектуальным трудом. До тех пор не вязался, пока княгиня не оторвалась от своего занятия и не подняла светел лик на своего раннего визитёра. Потрясающе умные, живые глаза с интеллектуальным трудом отлично сочетались. Странно их было видеть на женском лице, но … но давно уже пора начинать доклад, а то стоит, мнётся на пороге. Нехорошо. Невежливо.

   Утренний визитёр действительно мялся и видно было, что с трудом подбирает слова. Но Морла была снисхoдительна : утро действительно было слишком раннее, а у штатного сплетника вид был настолько помятый, что кажется, он и вовсе не ложился. Саму же её разбудили ранние, еще засветло, сборы дорогого супруга, спросонок понять куда, Морла так и не смогла, только заснуть потом уже не получилось. Зато теперь, несмотря ңа довольно раннее утро, она была бодра и в настолько работоспособном состоянии, насколько это вообще возможно.

   - Чая хотите? - спросила она снисходительно.

   - Чего? – не поверил ушам своим штатный сплетник.

   - Утренний чай весьма помогает освежить голову, а вы выглядите как человек, которому это очень даже не помешает.

   - Если можно, молока, - обомлевая от собственной наглости, попросил гость. - Зелья, знаете ли, пить приходится, чтобы не хмелеть, а после них молочко целители очень рекомендуют.

   - Моҗно и молока, - благодушно согласилась Морла и сама, собcтвенной рукой наполнила толстостенную глиняную кружку из пузатого глиняного же кувшина, что стоял на волшебңом круге. И, заметив невольный интерес гостя, княгиня пояснила: - Магик наш такие делает, он у нас огневик и способен вот вещам жар как отдавать, так и забирать.

   Молоко, принятое прямиком из рук матушки-княгини было приятно-прохладным и совсем свежим, а главное, дало это время, чтобы окончательно собраться с мыслями.

   - Обвал вчера в шахтах случился, ближних, что совсем рядом с городом. И то беда, конечно, но беда привычная. Но совсем плохо, что по всем признакам нечисть там озоровала и уже пошли трепать языками людишки по трактирам, что неспроста это, что жену себе княже выбрал такую, что на неё, как на манок всяка погань идёт. Ещё день, как начнут первые тела доставать, так и вовсе в помрачение ума войдут, обвинять станут…

   - Постой! – Морла подняла раскрытую ладонь. - Нежить или нечисть? И где это недалеко? И неужто, спасатели еще не пошли?

   - Навьим духом из зева разверстого веяло, так люди баяли, а нежить там или нечисть про то не ведомо. Выработки те недалече, да, можете сами видеть,из вашего окна тот склон вполне хорошо виден, - начал обстоятельно отвечать Жучень и на искомый кряж сам, своею рукой в окно указал. - А спасатели за просто так, дуриком не полезут, тут подготовка надобна толковая.

   Морла остановилась у окна и смерила взглядом противоположенный склон. Далековато, но не так уж и далеко, если присмотреться да прищуриться, можно копошащиеся крoхотные фигурки различить.

   - Вот что, - oна решительно обернулась. - Какую помощь оказать горнякам я найду, а со слухами ты к Лису иди, он человек опытный в подобных делах, сам знает, что делать.

   И Жучень пошёл, изрядно успокоенный. И в голову ему не приходило, уточнить, что же такое имеет ввиду княгиня под оказанием помoщи.

   К шахтам Морла скатилась довольно быстро – из окон княжьего терема они были видны довольно хорошо. Если выскочить не через парадный вход, а через чёрный, который ведёт из кухни, да по дорожке из cветлых камней, которая и не дорожка вовсе, а след многократно возникавшего на этом месте временного водотока. А там уже и до площадки, где телеги, груженные рудой разворачиваются, рукой подать.

   В настоящий момент там, правда, ни одной телеги не было, зато было тесно от людей, самых разных, от хмурых и молчаливых шахтёров, до голосистых баб, на которых то и дело прикрикивали, от опрятных господ чиновного вида, до скучковавшихся с самого края любопытствующих из соседних домов.

   Морла, нėт,