Роковой 53-й. Смертельные игры - Елена Анатольевна Прудникова

А оно ему надо — признаваться: «Я открыл заседание и сказал…»? Одно дело, когда все вышло само собой — власть вернули партии, Хрущев — Первый секретарь, кому же и представлять страну, как не ему? И совсем другое — когда новый глава государства самолично отстраняет от власти и потом убивает прежнего.

Тайна маленковского черновика

Если на клетке со слоном написано «буйвол» — не верь глазам своим.

Козьма Прутков

В связи с этим историческим заседанием не пойми чего существует один документ, который окончательно все запутывает, ибо из него следует, что арестовывать Берию никто и не собирался. Это черновик заседания Президиума, назначенного на 26 июня, составленный Маленковым и сохранившийся в его архиве. Документ этот крайне важен, поэтому, несмотря на абсолютную нечитаемость, привожу его целиком. Вот что он гласит.

К РЕШЕНИЮ ВОПРОСА О БЕРИЯ Протокол № 10 от 26 июня 1953 г.

Враги хотели поставить органы МВД над партией и правительством.

Задача состоит в том, чтобы органы МВД поставить на службу партии и правительству, взять эти органы под контроль партии.

Враги хотели в преступных целях использовать органы МВД.

Задача состоит в том, чтобы устранить всякую возможность повторения подобных преступлений.

Органы МВД занимают такое место в системе государственного аппарата, где имеется наибольшая возможность злоупотребить властью.

Задача состоит в том, чтобы не допустить злоупотребления властью.

(Большая перестройка; исправление методов; агентура; внедрять партийность.)

Комитет —

внутр. взоры на врагов друзей защищать

вне — разведку наладить

МВД — задача — (лагери долж. провер…).

1. Факты — Укр., Литва, Латв.

Нужны ли эти меропр.

Что получилось, как стали понимать?

МВД поправлял партию и правит.

ЦК — на второй план.

2. Пост Мин. вн. дел у т. Б. — он с этого поста контролир. парт. и пр. Это чревато большими опасностями, если вовремя, теперь же не поправить.

3. Неправильно и др.

Суд — подг.

Особ. совещ.

факты

венгер. вопр. — Мы заранее не сговаривались (Еще подчеркнуто!)

Герм. — чекиста послать? руков. послать?

Правильно ли это — нет!

Надо вовремя поправить. — Подавление коллектива. Какая же это коллективн.

Безапелляционность — покончить.

4. Разобщенность, с оглядкой.

Письмо о Молотове?

Настраиваемся друг на друга!

Нужен — монолитн. кол(лектив) и он есть!

5. Как исправить:

а) МВД— пост дать другому (Кр(углов) + ЦК.

Управл. охраны — ЦК

С утра до вечера не шагнешь без контроля!

наша охрана — у каждого в отд., тому, кого охр.

(без доносов)

Мы при т. Ст. недов. (возможно, имеется в виду, что при Сталине не пользовались таким недоверием. — Е. П.)

Орг. подслушив. — ЦК — контроль

Т. (товарищи. — Е. П.) не увере. кто и кого подслуш.?

б) От поста зама (председателя Совета Министров. — Е. П.) — освободить назнач. мин. нефт. пр.

в) Спец. Комит. — в Минист. Сабуров и Хруничев. (Имеется в виду преобразование атомного комитета в соответствующее министерство и назначение туда новых руководителей. — Е. П.)

г) президиум ЦК — по крупн. вопр. реш. — за подп. секр., Предс.?

было реш.

Кто хочет обсудить…»[41]

Считается, что это черновая запись Маленкова, сделанная им в ходе подготовки к тому самому заседанию. Даже в таком качестве она очень странная. Получается, что Берию собирались пожурить за то, что зарвался, и понизить в должности, а вместо этого почему-то пригласили команду и арестовали. Причем, судя по этому черновику, Маленков, формальный глава государства, готовивший заседание, был о планах ареста ни сном ни духом — иначе зачем ему составлять такую бумагу? Но если Маленков не знал о предстоящем аресте, значит, за Берией ничего криминального и не числилось — это раз. И два: коль скоро первый человек в государстве ничего не знал о том, что готовится арест второго — то кто принимал решение об аресте?

Но, простите, какой же это черновик, если наверху листа четким русским языком написано: «Протокол». И составлен документ так, словно бы человек лихорадочно записывал ход заседания. Интересно, это всегда в Совмине было так заведено, что его председатель сам ведет записи, причем ведет их как попало?

Но и это еще не все. Первая страница — та, где вразумительный текст, отпечатана на машинке, а невнятные пометки изображены от руки. Считается, что Маленковым, поскольку документ был найден в его бумагах, но так ли это? О графологической экспертизе что-то не было слышно.

То, что первый лист — это заготовка протокола, понятно. Кто-то хотел провести заседание по этому сценарию — но не сложилось. Тогда к готовому листу приплели невразумительный текст, который, по идее, должен был доказать, что заседание было — но ведь его не было! Потом он попал в архив Маленкова (или был подложен), где и забыт благополучно на сорок лет — не пригодился.

Участвовал ли Маленков в путче? Вопрос этот величайшей важности, поскольку в предшествующих событиях этот человек играет большую и непонятную роль. «Да!» — отвечают все, кто оставил воспоминания.

С другой стороны, в момент путча у него отсутствовала связь. Серго Берия относился к Маленкову без малейшей симпатии, считая, что тот предал его отца. Даже так: был другом дома и предал. Так что отмазывать его от участия в заговоре, придумывая молчащий телефон, ему нет никакого резона. Да и не придал он особого значения тому факту, что Ванников не смог дозвониться главе государства. Хрущева он, кстати, в предательстве отца не обвиняет — что бы ни вспоминали очевидцы, говорящие о дружбе Берии и Хрущева.

Человеком Маленков был мягким, неконфликтным, очень обаятельным, но не глупым, отнюдь! При Сталине был «главным по партии» и участвовал в его планах. Чего стоил один только спектакль, который он разыгрывал на съезде!

За то, что Маленков не входил в верхушку заговора, говорит и его дальнейшая судьба. Если бы он и вправду играл такую роль в перевороте, как об этом говорится в воспоминаниях, то с возвращением прежней роли партии в жизни государства он бы стал Первым секретарем. Однако эту должность в сентябре 1953 года занял Хрущев. С маршалом Жуковым расплатились постом министра обороны, Булганин стал председателем Совета Министров, а Маленков — его заместителем и министром электростанций.

После пленума 1957 года, когда противники Хрущева предприняли попытку снять его — кстати, совершенно уставными методами, — все они лишились своих высоких постов. В газетах появилось постановление «Об антипартийной группе Маленкова, Кагановича, Молотова и примкнувшего к ним Шепилова»