Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

В дверном проёме, переступая через тело, возник человек в чёрной одежде. В поднятой руке уже клубился сгусток тёмной энергии, нацеленный прямо в грудь Мамонтову.

Глава 13

Российская империя, город Новосибирск, ресторан «Золотой лотос»

Сгусток тёмной энергии сорвался с ладони наёмника и ударил Мамонтова прямо в грудь. Граф не успел даже вскинуть руку. Заклинание врезалось в него — и в тот же миг вокруг тела вспыхнул золотистый купол, погасивший удар. Защитный артефакт, вшитый в подкладку пиджака, разрядился со звоном лопнувшей струны, но своё дело сделал.

Мамонтова отшвырнуло на спинку кресла. Он охнул, схватился за грудь, однако остался жив и невредим.

Зотов среагировал первым. Барон вскочил, опрокинув чашу с супом, и швырнул в наёмника воздушное заклинание. Сжатый поток воздуха отбросил мужчину и впечатал его в дверной косяк.

Наёмник ловко перекатился, уходя от нового удара Зотова, подскочил и вскинул руку — но Мамонтов уже пришёл в себя.

С кончиков пальцев графа сорвались раскалённые иглы. Наёмник дёрнулся, уходя от первых, но две иглы всё же вошли ему в плечо и бедро. Он вскрикнул от боли и упал на одно колено.

— Вместе! — рявкнул Зотов.

Барон и граф ударили одновременно. Зотов воздушным заклинанием придавил противника к земле, а Мамонтов выпустил целый шквал закрученных спиралью игл. Они изрешетили не только наёмника, но и стену за ним.

Китаец молча рухнул лицом вперёд и застыл.

Мамонтов тяжело дышал, держась за грудь. Пиджак на нём дымился.

— Ты в порядке? — спросил Зотов.

— Артефакт спас, — прохрипел граф. — Там был один заряд. Второй раз не сработает.

Из главного зала по-прежнему доносился грохот. Отрывистые хлопки выстрелов, звон стекла, крики. Кто-то надрывно звал на помощь, потом голос оборвался. Зотов осторожно выглянул в щель приоткрытой двери и замер.

В зале «Золотого лотоса» шла бойня. Гвардейцы Мамонтова и его собственные телохранители лежали вповалку между перевёрнутыми столами. Похоже, они все были мертвы, но китайские наёмники всё равно получали отпор, и весьма жёсткий.

Люди в масках и без знаков отличия слаженно давили китайцев. Они заставили их отступить вглубь ресторана и прижали плотным огнём, не давая поднять головы. А теперь окружали, добивая врагов разрядами боевых артефактов.

Зотов ощутил, как по коже бегут мурашки. За всю свою жизнь он повидал немало реальных боёв, но эти бойцы в масках работали круче любой гвардии, что ему доводилось видеть.

— Кто это вообще такие? — прошептал он.

Марк Андреевич подошёл ближе, выглянул через его плечо и побледнел ещё сильнее.

— Не знаю. Но они, вроде, на нашей стороне. Пока что, по крайней мере.

Барон нахмурился и создал новое заклинание, готовясь защищаться. Мамонтов последовал его примеру, хотя руки графа заметно дрожали.

В зале всё стихло так же внезапно, как началось. Заглох последний выстрел, и наступила давящая тишина, в которой ясно слышался чей-то предсмертный хрип.

Шаги приблизились к двери кабинета. Зотов приготовился к бою.

Дверь толкнули, и на пороге возник человек в маске. Его автомат был опущен. Он окинул взглядом кабинет и невозмутим тоном спросил:

— Живы? — спросил человек ровным голосом.

Ни граф, ни барон не ответили. Константин Александрович держал заклинание наготове, но в горле пересохло, и он не мог произнести ни слова.

Человек в маске кивнул, будто получил ответ.

— Вот и хорошо. Полиция уже едет.

Он развернулся к выходу и ушёл.

Ещё несколько секунд — и в разгромленном помещении не осталось ни одной фигуры в маске. Только трупы, дым и перевёрнутая мебель.

Зотов медленно опустил руку и развеял заклинание. Он стоял, тупо глядя в пустой дверной проём, и никак не мог заставить себя пошевелиться.

Мамонтов рядом сполз по стене и осел на пол среди осколков посуды. Лицо его было белым как мел.

— Костя, — просипел он, — ты что-нибудь понимаешь?

Барон помотал головой. Кто-то узнал о наёмниках раньше них самих и отправил в ресторан целую группу профессионалов, чтобы помешать им сделать задуманное. Если бы не эти люди, Зотов с Мамонтовым были бы уже мертвы.

— Нет. Не понимаю, — наконец, выдавил Константин. —

Он посмотрел на труп наёмника у стены, потом на разгромленный зал, где ещё минуту назад кипела бойня, а теперь стояла мёртвая тишина.

Где-то вдалеке уже выли сирены.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Шрам вошёл в кабинет, остановился у стола, и я сразу понял по его лицу, что ночь выдалась горячей.

— Докладывай, — я отложил телефон и откинулся в кресле.

— Взяли их за жабры в последний момент, Юрий Дмитриевич. Опоздай мы на пять минут — Мамонтов с Зотовым были бы трупами.

— Хорошо, что вы всё-таки успели.

— Да уж. Мамонтов и Зотов живы, отделались испугом, правда, не уверен, что лёгким, — усмехнулся Богдан.

— Вы работали без гербов? — на всякий случай уточнил я.

— Обижаете, ваше сиятельство. Даже автоматы взяли неуставные.

Я кивнул. Шрам всё сделал правильно. Пусть эти двое ломают головы, кто их спас. Мне ни к чему, чтобы Мамонтов и Зотов были мне обязаны открыто. Лишний шум вокруг фамилии Серебровых не нужен.

— Потери? — спросил я.

— С нашей стороны трое раненых. Наёмников положили почти всех, но двоих взяли живыми.

— Что же ты раньше молчал? Это хорошие новости. Что говорят?

— Молчат как карпы кои. Мои ребята пробовали и по-хорошему, и по-плохому. Толку ноль. А главное — они по-русски ни хрена не понимают. То ли правда не знают, то ли прикидываются, — развёл руками Шрам.

Я побарабанил пальцами по столу. Двое пленных наёмников, которые не знают русского и молчат. Обычными методами их не разговорить — судя по всему, это профессионалы, и так просто не расколются. Нужен другой подход.

И у меня как раз был на примете один человек.

— Где они сейчас?

— В казарме под усиленной охранной. Артефакты глушат любую магию, руки скованы антимагическими кандалами. Никуда не денутся.

— Отлично. Пусть там пока и остаются, только не трогайте их, — велел я.

— Есть!

Шрам вышел, а я взял телефон и отыскал в контактах нужный номер. Ли Сяопин, тот самый китайский посол, с которого я в своё время снял родовое проклятие. Сяопин сказал, что он в долгу передо мной. Если кто и способен разговорить китайских наёмников —