Служанка ректора Академии военных драконов 2 - Юлия Удалова

в своем песочном костюме оказался наравне со мной, лицо его было обращено к акробатам, но куда он в действительности смотрел, было неизвестно — темные стекла очков надежно скрывали глаза.

Стоял вроде бы не рядом, но достаточно близко, чтобы его не мог услышать никто, кроме меня.

— Это кривовцы.

Я не спрашивала. И так было понятно.

— Все до единого. И в оркестре тоже. Наш досточтимый император Рад любит подыскивать диковинки среди коренного населения континента для развлечения… Светлячки, как он их называет.

— Не думаю, что им приятно выступать на потеху его и его гостей, — заметила я.

— По крайней мере, они сыты, обуты, одеты. Величайшее благодеяние и щедрость для людей, которые прозябали в нищенских условиях, как считает наш достопочтенный государь-император.

Я взглянула на клочки ткани, едва прикрывающие наготу гимнастов.

— Не сказала бы, чтобы они особо одеты.

— Им еще повезло… Учитывая, как наш Рад любит обнаженную натуру.

Вспомнила развратную картину, которую видела в издании Лейтона в его кабинете.

И тут запоздало заметила в уголке некую фигуру за мольбертом. Ткань была задрапирована таким образом, что лица художника было не разглядеть, в то время, как ему открывался лучший вид на атриум.

И Реминайт тоже здесь.

Похоже, Локвист знает, о чем говорит.

Если бы я знала, что он окажется на конвивиуме, то заранее бы продумала разговор с ним.

Но сейчас нужно было ориентироваться в экстренных обстоятельствах, раз уж он подошел и сам завязал беседу, и я раздумывала, как подвести к тому, что меня интересует.

— И если вы не хотите стать еще одним экспонатом в богатой коллекции нашего государя, то вам нужно как можно быстрее совершить оборот, госпожа.

В первую секунду показалось, что я ослышалась.

Больше всего почему-то задело обращение «госпожа». Так ко мне в этом мире еще никто не обращался.

Мужчина повернулся — мне так хотелось видеть его глаза, но я видела только два своих отражения в изумрудных стеклах.

Немного растерянные отражения.

Эта растерянность не понравилась.

Возьми себя в руки, Тесса.

Нельзя выкладывать этому незнакомцу всю свою подноготную!

По крайней мере, сразу.

Надо его для начала прощупать.

— Наслышана о вашей теории, профессор, — осторожно начала я. — Вы считаете, что катализатором оборота может служить не природный минерал или металл, а другой дракон…

— Неплохо, неплохо. Мои идеи не получили широкого распространения, и то, что вы о них знаете, весьма похвально. Однако, если вы все знаете, если точно знаете свой катализатор… — Локвист на миг повернул голову к Лейтону, который был занят разговором с членом Правящего совета и на нас не смотрел. — Что вас останавливает? Насколько я могу судить по этим мельчайшим золотистым чешуйкам на вашей коже в области шеи и тыльной стороне ладоней, вы и так затянули дальше некуда.

Мельчайшим золотистым чешуйкам?

Не должно было быть никаких чешуек, никаких признаков, которые обычно появлялись у меня после контакта с черным драконом — ведь на лестнице Лейтон не касался моей кожи!

Вот и получилось прощупать, да.

Скрывалась-скрывалась, а теперь мой секрет о золотой крови узнают все?!

Высококровные уже видели?

Они заметили!

Не могли не заметить с их обостренным зрением и чутьем. Здесь в логове императора, где я, как на ярко освещенной витрине. Где все оценивают всех и разглядывают так пристально.

Кристалина была ко мне так близко, она-то уж точно… Может, сначала на эмоциях не придала этому значения, но обязательно придаст — не настолько же она тупая.

Я схватилась за горло. Подкатившая паника мешала сосредоточиться, но я постаралась взять себя в руки и определить, как выкрутиться из этой ситуации.

Чешуя уже появляется у меня самопроизвольно — сколько я ни читала о первом обороте дракона, подобного там не упоминалось.

Сбежать, пока меня не схватили?

Тут и думать было нечего — выход существовал только один…

Глава 32

Лейтон Уинфорд — вот мой выход.

Единственно возможный выход…

— О, не волнуйтесь. Их вижу только я. В силу… Некоторых особенностей своего зрения. Пока что только я, — подчеркнул мужчина. — Но даже завтра может быть уже поздно…

Облегчение от того, что никто из гостей не видел, смешалось с тревогой.

— Что это значит? Если не обернусь в дракона, то я… Что со мной станет?

— Вы не умрете. Но последствия первого оборота будут весьма и весьма… неприятными для вас. Знаете, в моей практике были случаи, когда дракон-трансформ затянул с первым оборотом. И ни к чему хорошему это не привело. Наиболее показателен пример одного кадета из АВД, в которой вы обучаетесь. По-моему, это было лет десять назад. Стеклянный дракон, сирота из приюта, влюбился в изумрудную дракайну, которая, к сожалению, взаимностью ему не ответила. Однако, она стала его катализатором.

— Такое бывает? Когда катализатор не отвечает взаимностью?

— Да, бывает так, что трансформ и катализатор не могут быть вместе. Не всегда их сводит взаимная страсть. Но иногда и безответная любовь. А иногда — ненависть. Порою же эта связь мутирует в нечто болезненное…

— Что с ним стало, с этим кадетом?

— Срок вышел, и он обернулся самопроизвольно. С формой дракона порядок, а вот с человеческим обличьем… Все плачевно. Стекловидная чешуя по всему черепу, а так же по телу, конусовидные зубы с заостренным краем, и, что самое печальное, половой орган, так же покрытый чешуей. Чего в человеческом обличье быть не должно. Сами понимаете, при половом акте данная чешуя будет топорщится, и причинять партнерше с нормально устроенной половой системой… некий дискомфорт. Я изучал его анамнез, пытался ему помочь. Однако последствия первого оборота необратимы и он остался таким на всю свою дальнейшую жизнь.

— Чрей Сучич! Этот кадет — Чрей Сучич, да? Я его знаю! И даже этот его… орган видела, — меня передернуло при воспоминании. — Но он говорил, что стал таким, потому что использовал для оборота катализатор — драконью кость!

— Не знаю, что он сказал вам, но я разбирался в его случае. Ни о какой кости там речи не шло. Он знал, что ему нужен активатор — та изумрудная дракайна. Я сам лично ему об этом сказал.

— Но… Если она, эта девушка, не любила его и не хотела… Как бы он мог принудить ее к… сексу?

Локвист замолчал.

Я вглядывалась в темно-зеленые стекла, пытаясь рассмотреть там хоть что-то.

— Знаете, в то время я работал в АВД. Преподавал. Эта история произошла прямо на моих глазах. У Чрея и Талии было зарождение чувств, симпатия, я бы даже сказал… Все могло