Дикий. В твоём плену - Лана Светлая

считают, что она опять пустилась в бега (ну если жива) и снова набирает себе команду. А у меня внутри есть чёткое ощущение, что она никуда не уехала и затаилась где-то в нашем городе.

– Слушай, а если попросить Веду? – вклинивается в мои размышление вопрос подруги, заставляя меня недоуменно округлить глаза. – Ну, попросить её, чтобы она помогла найти твою мать, – поясняет Лена, а я всё равно продолжаю тупить, не понимая ни хрена. – Веда сильнее твоей матери, поэтому они вмиг её найдёт и скажет нам, где иска…

– Подожди, подожди, – обрываю её, поднимая руку в жесте «стоп». – У какой Веды спросить? Ты о чём?

Лена растерянно смотрит на меня.

– Ну… у той, которая к вам пришла, когда вы были с Берковским в домике.

Я вообще впадает в ступор.

– А ты что… знаешь, где найти Веду? – звучит от меня вопрос, который заставляет уже Лену округлить глаза.

– В каком смысле я знаю, Лесь? Все в городе знают, что она сейчас живёт в твоем домике в лесу. А ты что, не знала об этом?

Нет, у меня сейчас точно мозг взорвётся.

Да, мне сказали, что Веда жива. Но я-то считала, что после битвы она опять ушла в тайгу. Туда, где она обычно скрывалась ото всех. У меня даже мысли не возникло, что она, можно сказать, в шаговой доступности.

– Нет, мне никто не сказал, – цежу сквозь зубы, начиная заводиться.

Ну, держись, мохнатая ты задница! Тебя сегодня ждёт не один, а два скандала.

– Лен, так почему вы не пошли к ней раньше, чтобы попросить её о помощи в поиске матери, раз знали, где Веда находится?

– Твой дом так-то в кольце из оборотней Дикого. И они никого не пускают туда. Мы пытались, но нам сказали, что пустят только по распоряжению Берковского. А он не даёт добро на это. Я, кстати, ещё удивилась, почему ты не прикажешь ему нас пропустить. Но решила, что ты сама мне объяснишь. И при девчонках специально не стала спрашивать про это. Знаю же, что у тебя могут быть какие-то свои причины, которые ты не хочешь озвучивать пока. Ну так что, скажешь Глебу, чтобы он пропустил к Веде хотя бы меня?

О, я скажу Глебу.

Ещё как скажу!

Глава 37

Глава 37

– Так и знал, что ваша встреча выйдет мне боком, – это первое, что я слышу, как только возвращаюсь в дом. – Что они тебе напели?

Повернув голову вправо, вижу Глеба, стоящего в коридоре, который ведёт в его рабочий кабинет. Скрестив руки на груди, он настороженно и довольно хмуро смотрит на меня.

Вот тебе и «доверяй».

– Просто рассказали про Веду, – со злостью.

– Не понял, – с искренним недоумением смотрит на меня, взглядом требуя пояснений.

– Почему ты не сказал, что держишь её в плену в моём лесном доме?

– В плену? Я не держу её, как ты выразилась, в плену. Она сама там осталась после битвы. Сказала, что поживёт какое-то время в твоём домике. Ну, а то, что я оставил там своих людей и никого не пускаю… извини, но я не хочу рисковать.

Вся злость улетучивается и оставляет кучу вопросов, которыми я тут же принимаюсь закидывать Глеба.

– Она объяснила, почему там осталась? Ты с ней вообще разговаривал после битвы? И в каком смысле ты не хочешь рисковать? Чем?

– Может, дашь мне ответить хоть на один вопрос? – насмешливо выгибает бровь Берковский, медленно выдвигаясь ко мне.

И по мере того, как идёт, начинает давать ответы на те, которые я уже озвучила.

– Она просто сказала, что там остаётся. Нет, мы не беседовали особо с ней. А насчёт риска: не факт, что среди твоих ведьм нет предателя, который захочет прикончить Веду.

– Ты с дуба рухнул, что ли?! – моя реакция по поводу его последнего предложения. – Никто из ведьм в здравом уме даже и не подумает навредить Веде. Мы уважаем и почитаем их, если ты ещё не понял.

– Всё я понял, – бурчит недовольно Глеб, замирая рядом и смотря недовольно на меня сверху вниз. – Но кто знает, что придёт твоей мамаше в голову. Она запросто может захотеть прикончить вашу Веду. Тебя же захотела убить.

– Глеб, теперь вообще ни черта не понимаю. При чём тут моя мать? Где тут связь? – я реально не догоняла, что он хочет мне объяснить.

– Я думал, что ты рано или поздно захочешь поговорить с этой чокнутой старушкой, – после непродолжительной паузы начинает говорить Глеб. –Насчёт того, чтобы она попробовала вернуть твою силу. Ну, вдруг это всё-таки возможно, – он отводит взгляд в сторону. – А твоя мать скрывается где-то в лесу. И очень даже возможно, она захочет перетянуть на свою сторону старуху.

Ошеломлённо смотрю на его лицо.

Внутри появляется странное тепло.

Это так неожиданно, что оборотень хочет, чтобы я всё-таки была ведьмой. Я-то думала, что он, наоборот, счастлив до безумия, что у меня пропала сила.

– Глеб… если сила исчезла… – растерянно начинаю говорить, – ну… даже Веда её не сможет вернуть.

Делая шаг вперед, прижимаюсь к нему, обнимая и задирая голову. Его тело напряжено, оно будто каменное.

– Но это так… мило, – улыбаюсь, – что ты… – замолкаю, чувствуя ком в горле.

Глеб, положив свои лапы мне на талию, ещё сильнее впечатывает меня в себя.

– Но я всё равно злюсь. За то, что не сказал мне, что Веда у меня в доме. Я действительно хотела бы с ней поговорить.

– О чём?

– О маме, – признаюсь всё-таки. Это, можно сказать, мой первый шаг в плане доверия в сторону Глеба. Надо же начинать их когда-то делать, да? – Веда кое-что сказала мне про неё. Хотелось бы узнать подробности, – отвожу взгляд на его плечо, которое непроизвольно наглаживают мои, как оказалось, чуть дрожащие пальцы.

Его тело постепенно расслабляется. В мужской груди вибрирует глухое довольное рычание, а в районе живота чувствую, как начинает твердеть член.

Наклонив голову, Глеб с шумным выдохом прижимается губами к моей шее.

Ох уж… этот его волшебный язык, который делает что-то невообразимое с моим телом.

– Я хочу поехать к Веде прямо сейчас, – торопливо