Кровь зимы - Екатерина Насута

Стоило сказать, и над ним будто нить появилась. Появилась и исчезла. Кая моргнула и досадливо поморщилась. Вдруг бы что интересное получилось увидеть на этой нити?

— Мне не следовало соваться к Источнику. И не следовало заводить разговор про перемены, — морщинистые пальцы провели по поверхности стола. И цветом мало отличались от этой поверхности. — Это многих испугало… даже не разговоры, а то, что за словами моими была правда. А правда пугает сильнее лжи. И теперь вот эта девочка… именно сейчас, будто её нарочно подсунули.

И смешок за спиной подтвердил.

Нарочно.

Разве тот, кто сплетает пути, не мог подгадать такую мелочь, как смерть Крыса?

Или вот жизнь его потянуть?

Или…

Что он мог сделать? Подстроить появление этого вот рыжего?

Твари карачуновой?

Всплеска?

Ничего не понятно. И Кая, вытянув руку, коснулась головы зверя. Теплый язык гончей скользнул по пальцам, успокаивая.

— И что мне делать, наставник? С… тем, что происходит?

— Оставить отцу. Он знает. И он пытается добиться перемен.

— А с ней? Если пророчество и вправду… многие решат, что… не знаю.

— А что ты собирался?

— Заявить на неё права, — волхв пожал плечами. — Я знаю, что договор заключен не был, но слово прозвучало. И этого хватит. Отец поддержит…

— Поддержит. Тут я не сомневаюсь. Твой отец дорожит словом, даже если не осталось свидетелей того, что было оно произнесено, — пальцы затарабанили по столешнице. — Волковы не обрадуются… Волкова не обрадуется. А её сын давно говорит и делает то, что велит его матушка. Со внуками сложнее. Старший давно считает Скопинские вотчины своими, а тут такое…

— Я, — начал было волк. Но жрец поднял руку.

— Помолчи… пророчество исполнится в любом случае, но всякое пророчество может исполниться по-разному… и тут… тут надо осторожно. Крайне осторожно. Объявить девицу твоей невестой — с одной стороны показать, что княжеский двор будет её защищать. Но и за вашими стенами все неспокойно, сколь я знаю.

Волхв кивнул.

— Твоим отцом недовольны. Весьма… а такая невеста у младшего княжича — это отличный повод сплотиться… нет, сейчас это лишнее. С другой стороны, если ты объявишь о помолвке, то Волкова поймет, что тут терять нечего. Наоборот… в тот миг, когда ваш брак благословят, она утратит всякое право на вотчины Скопиных. Жива твоя невеста или нет, но право твоё как мужа стоит выше всяких родственных. И единственным шансом останется сделать так, чтобы невеста не дожила до свадьбы.

Невеста? Это они про Каю?

— Я сумею защитить. И отец не останется в стороне.

— Нет. Не сумеешь, — жрец не позволил сказать. — Твой отец, как и ты, слишком воин… слишком прям, слишком честен. Если смерть будет насильственной, он учинит следствие. Найдёт виновных? Если найдёт… тут тоже по-всякому повернуть можно. Но вот, если произойдет несчастный случай… или нечто загадочное. То, что уже случилось однажды?

Жрец сцепил пальцы и уставился на них.

— А что помешает этому несчастному случаю произойти вновь? — волхв тряхнул головой и над рыжей макушкой заплясали искры.

— Ничего, ты прав. Но не думаю, что это было просто сделать. Мало кто помнит, что тогда, после трагедии в доме Скопиных, княгинюшка слегла от горя… и то было столь велико, что она больше года не покидала стены родного дома…

— Думаете, плата?

— А когда появилась, все были поражены тому, сколь сильно постарела она…

— Плата, — произнес волхв куда более уверенно и даже кивнул. — Кровью или жизнью.

— Скорее уж и тем, и другим, — Верховный жрец повернулся к стене. — Холодом тянет, тебе не кажется?

— Нет, но…

— Дай огня, Белогорушка… старый я стал, вот и мёрзну, — он потер ладони.

Волхв взмахнул рукой, и даже на тропу Переплутову пахнуло жаром. Комнату наполнило призрачное пламя, которое собралось у дальней стены, чтобы прорасти вполне материальными рыжими языками.

И гончая, крутанувшись, попыталась ухватить огонек. У неё даже вышло, и она, отступив, затрясла головой.

— Вот так лучше…

Искры плясали, заставляя зверя нервничать.

— Тише, — она наклонилась и коснулась загривка. — Пока мы тут, это безопасно.

Откуда Кая знала? Она не знала. Но точно безопасно. Здесь одна сила, там, вовне, другая.

— Так вот, чем чаще просишь, тем выше плата. И вот тут вопрос, будет ли она рисковать ради девчонки, которая, быть может, и крови Скопиных, но и только. У неё ни воспитания, ни силы, ни связей… и понимания никакого. Она росла на улице… кстати, ты не спрашивал, как она там оказалась?

— Нет. Толком времени не было.

— Хорошо… — жрец провел ладонью по столу. — Тогда давай вместе и спросим…

Он повернулся к Кае и сделал приглашающий жест.

— Хватит подслушивать.

Видит?

— Давай, Переплутова дочь, сделай милость, покажись старику.

Чтоб…

Как?