Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Возможно, Фан Ван и не считал его достойным внимания, но его картина мира была им разрушена.

До встречи с Фан Ваном он видел великое множество талантов. Даже остальных троих из Четырех Героев Южного Небосвода он не ставил ни во что, считая свой дар уникальным.

Но тут появился Фан Ван.

Скорость его роста ломала все привычные представления. Позже Цзи Хаотянь понял, почему в древности великие императоры и мудрецы правили целыми эпохами и почему нынешнее время, несмотря на обилие гениев, считалось эпохой упадка.

Причина, вероятно, была в том, что Фан Ван до сих пор не являл себя миру.

Видя молчание брата, Цзи Жутэн тоже затих. Оба брата думали об одном и том же человеке.

Спустя некоторое время прилетел старец в белых одеждах.

Увидев его, Цзи Жутэн и Цзи Хаотянь поспешно встали и поклонились:

— Приветствуем Даоса Чуньцю.

Даос Чуньцю с улыбкой погладил бороду и жестом пригласил их сесть. Он устроился между ними, положив на стол свою метелку-фучэнь.

— Когда вы только родились, клан Цзи попросил меня предсказать вашу судьбу. У обоих была великая удача. Но в последнее время она начала угасать. Должно быть, вы встретили Фан Вана.

Даос Чуньцю тихо рассмеялся, и в его глазах промелькнула непостижимая мудрость.

Цзи Хаотянь спросил:

— Даос, можете ли вы предсказать судьбу Фан Вана? Является ли он Избранником Небес?

Даос Чуньцю покачала головой:

— Не могу ни предсказать, ни постичь. Так называемыми Избранниками Небес не рождаются, ими становятся в борьбе. Каждый из вас мог бы им стать. Но, к сожалению, вы встретили Фан Вана. Этот юноша в любую эпоху стал бы заклятым врагом великих императоров. И если он победит и выживет, его статус среди них будет неоценим.

Цзи Хаотянь нахмурился.

В глазах Цзи Жутэна вспыхнула ярость.

Даос Чуньцю, не обращая внимания на их реакцию, продолжил:

— В Глубоком Море есть гений по имени Лю Сяньмин. Его удача тоже изменилась после встречи с Фан Ваном. Странно, но после поражения его удача не уменьшилась, а, напротив, возросла.

Цзи Хаотянь поднял бровь:

— Тот самый гений из семьи Лю, у которого были шансы стать святым, тоже проиграл Фан Вану?

— Да, он до сих пор пребывает в моей Обители Созерцания Сердца. Этот юноша действительно необычаен: сидя под деревом, он пытается создать технику, ведущую к святости. Молодежь нынче впечатляет, — вздохнул Даос Чуньцю.

Цзи Жутэн спросил:

— Даос, вы позвали нас двоих только для того, чтобы восхвалять Фан Вана? Мы на собственной шкуре испытали, насколько он силен.

Даос Чуньцю покачал головой:

— Конечно нет. Я позвал вас из-за Фан Вана. Такова воля клана Цзи и остальных шести Великих Святых Кланов. Талант Фан Вана потрясает мир, и семь кланов хотят захватить его тело.

Услышав это, Цзи Жутэн нахмурился.

Цзи Хаотянь в замешательстве спросил:

— Что это значит? Клан Цзи хочет, чтобы мы убили Фан Вана? Это невозможно!

Цзи Жутэн пристально смотрел на Даоса Чуньцю.

— Вовсе нет. Ваш отец поручил мне стать свидетелем того, кто из вас двоих сильнее. Тот, кто победит, получит право бороться за тело Фан Вана. Сегодня из вас двоих в живых останется только один. Победитель сможет вместе с другими шестью кланами вступить в спор за плоть Фан Вана.

Когда Даос Чуньцю закончил, ветер над озером внезапно стих.

Ни Цзи Хаотянь, ни Цзи Жутэн не выказали шока. Братья оставались спокойными, даже их брови разгладились.

— Отец не пожелал сам прийти, чтобы забрать тело одного из нас? — спросил Цзи Хаотянь охрипшим голосом.

Цзи Жутэн с усмешкой добавил:

— Он всегда был таким. Для него дети — лишь пешки. Если пешка погибла, так тому и быть. Зачем ему приходить самому?

Даос Чуньцю замолчал и начал наливать себе чай.

Цзи Хаотянь встал и посмотрел на брата сверху вниз:

— Жутэн, хотя с самого детства мы виделись редко, как твой родной брат, я со всей серьезностью отнесусь к этой битве судьбы. После всего я похороню тебя и поставлю тебе памятник.

Цзи Жутэн улыбнулся и поднял взгляд на брата:

— Брат, если умрешь ты, я не стану тебя хоронить. Я просто развею твой прах над этим озером.

Глава 245. Семь Великих Святых Кланов

Меньше чем через полгода после возвращения Чжоу Сюэ Фан Ван получил известие: семья Фан призывала его вернуться.

Он успел застать своего четвертого дядю, Фан Чжэня, в его последние часы.

Хотя срок жизни Фан Чжэня подходил к концу, на его лице постоянно играла улыбка. Казалось, к нему вернулись силы перед самым концом. Он долго не отпускал Фан Вана, без умолку давая наставления, в которых больше всего сквозило желание защитить его союз с Чжоу Сюэ.

Чжоу Сюэ часто бывала в отъездах, и Фан Чжэнь боялся, что их отношения охладеют.

Среди всех мужчин Фан Чжэнь больше всего доверял Фан Вану, надеясь, что тот сможет удержать сердце Чжоу Сюэ.

Фан Вану оставалось только поддакивать, думая про себя, что его дочь в будущем собирается вознестись, и удержать ее будет крайне непросто.

На третий день после встречи с Фан Ваном Фан Чжэнь навсегда закрыл глаза. Его похороны не должны были быть пышными, но, поскольку он был дядей самого Фан Вана, почтить его память пришли представители многих сект и знатных семей.

В целом эти похороны можно было назвать «счастливыми»: хотя в сердцах членов семьи Фан и была печаль, они не впали в глубокое уныние.

Смерть Фан Чжэня словно открыла пролог к смене поколений в семье. В последующие несколько лет один за другим уходили старшие родственники Фан Вана, и срок его родителей тоже был уже близок.

Поэтому Фан Ван стал проводить больше времени с отцом и матерью.

Выдержав трехмесячный траур по Фан Чжэню, Чжоу Сюэ покинула семью. Перед отъездом с Континента Покорения Драконов она навестила Фан Вана. Они провели целую ночь наедине в его комнате, а перед ее уходом Сяо Цзы яростно смотрела на нее, не смея, однако, вымолвить ни слова.

Находясь наедине с Чжоу Сюэ, Фан Ван лишь передал ей суть Искусства Свободы Девяти Преисподних и Искусства Невидимого Круга Небесного Дао, чтобы помочь ей в практике.

Понимание Небесной Почтенной действительно было пугающим. Фан Ван чувствовал, что ей не потребуется много лет, чтобы освоить эти техники на уровне Великого Совершенства. Что же касается Высшего Совершенства, тут сказать было трудно.

Фан Ван смог довести свои тайные искусства до предела не только благодаря затраченному времени, но и с