Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

сгорбленным, с всклокоченными волосами, в руке он сжимал деревянный посох, похожий на обычную сухую ветку. Он совсем не походил на хозяина гостиницы, скорее на старого нищего.

— Потомок, как твое имя? Мои расчеты не могут коснуться тебя. Похоже, твой уровень Дао весьма высок.

Голос старика звучал хрипло, но властно.

Фан Ван ответил:

— Младшего зовут Фан Ван. Я получил зеркало, оставленное старшим. Надеюсь, я не слишком вас потревожил?

Старик начал спускаться, делая паузы на каждой ступеньке. Глядя на него, невольно хотелось подойти и поддержать его.

— О беспокойстве речи нет. Я ждал так долго, что уже перестал верить, будто кто-то из потомков сможет пробудить меня, — глухо произнес старик, не сводя глаз с Фан Вана, словно пытаясь заглянуть ему в душу.

— Глядя лишь на твое божественное чувство, трудно судить о твоей силе. Но раз ты смог пробить мое ограничение, полагаю, ты уже достиг пятого уровня Сферы Божественных Способностей?

Фан Ван помедлил мгновение, а затем честно ответил:

— Скрывать не стану, младший находится лишь в Сфере Нирваны.

При этих словах старик замер. Он прищурился и впился в Фан Вана пронзительным взглядом.

Глава 243. Ли Дай и Демонический Феникс

Старик долго и пристально смотрел на Фан Вана, прежде чем нарушить тишину. Он со вздохом произнес:

— Молодежь нынче пошла... Поразительно. Скажи, что сейчас за времена? Наступил ли век процветания?

«Век процветания?»

Фан Ван задумался и ответил:

— Многие старшие говорят мне, что грядущая эпоха будет сравнима с временами Божественной Династии Великого Спокойствия. Вы что-нибудь знаете о ней?

Он не решился прямо сказать, что в нынешнюю эпоху нет ни одного Великого Мудреца — это было бы слишком унизительно и могло спровоцировать собеседника.

Услышав о Божественной Династии Великого Спокойствия, старик улыбнулся. Он с тоской произнес:

— Если так, то это прекрасно. Я сам застал закат той династии. Многое уже стерлось из памяти, помню только, что земля на родине была мягкой... Тогда я мечтал летать в небесах и погружаться в океаны. Но потом династия пала, и для мира людей настали беспрецедентно смутные времена.

— То были черные дни, когда восстали тысячи рас, а человечество погрузилось во тьму. Лишь перед самой своей смертью я увидел первый луч надежды на возрождение людей.

Фан Ван не удержался от вопроса:

— Что же это были за темные времена? Неужели Великие Мудрецы не могли защитить людей?

— Великие Мудрецы? Ха-ха.

Старик усмехнулся и продолжил спускаться.

Его взгляд не отрывался от Фан Вана. В этой пустой гостинице его глаза казались глазами злого духа — в них застыло безразличие, смешанное с каплей ненависти.

— Великие Мудрецы... Те, кто достигли своего небесного статуса, шагая по горам трупов? Они никогда не защищали людей. Напротив, они были главной угрозой для человечества.

Слова старика заставили Фан Вана нахмуриться.

Он в замешательстве спросил:

— Если восстали тысячи рас, почему Великие Мудрецы продолжали притеснять людей?

Старик глухо ответил:

— Потому что Великие Мудрецы были вовсе не из рода людского.

Фан Ван нахмурился еще сильнее.

— А сам ты... из людей?

— Разумеется! — поспешно ответил Фан Ван. Было бы крайне обидно, если бы его приняли за демона и возложили на него чужие грехи.

Похоже, Искусство Невидимого Круга Небесного Дао иногда могло сыграть с ним злую шутку.

Старик улыбнулся:

— Верно. Будь ты из демонов, ты бы не спрашивал об этом.

Фан Ван проводил его взглядом до конца лестницы. Теперь их разделяло всего семь шагов.

Фан Ван спросил:

— Я еще не узнал имени старшего.

— Мое имя... Прошло слишком много времени, я почти забыл его. Кажется, меня звали Ли Дай...

«Ли Дай?»

Фан Ван тщательно перебрал в памяти все известные ему имена, но был уверен, что никогда не слышал о таком человеке.

Старик посмотрел на Фан Вана и тихо произнес:

— Потомок, я хочу предложить тебе сделку.

— Старший, я слушаю.

— Найди мою могилу, и я дарую тебе великую возможность.

— Что за возможность? — Фан Ван не спешил соглашаться.

Он не привык полностью доверять древним мастерам. Большинство наследств — это лишь обмен интересами, и раз это сделка, нужно знать все условия.

Ли Дай подошел к столу и сел. Он налил себе чашу вина и дрожащей рукой поднес ее к губам, выпив залпом.

— Одно сокровище, — Ли Дай обернулся к Фан Вану.

Фан Ван возразил:

— А нельзя ли вместо сокровища предложить технику или божественную способность?

Имея свои Духовные Сокровища Жизни, он не нуждался в других артефактах. К тому же он считал, что любые магические предметы — это лишь внешние атрибуты, а истинная сила заключается в собственном уровне Дао.

Услышав это, Ли Дай уставился на него со странной ухмылкой:

— Это сокровище позволит тебе мгновенно возвыситься над всеми живыми существами и перевернуть само небо и землю.

— Полагаю, получить такое сокровище будет непросто, к тому же великие артефакты влекут за собой тяжелую карму. Техники мне нужнее.

Фан Ван говорил спокойно и твердо. Этот шанс не был для него жизненно необходимым.

Ли Дай замолчал.

Фан Ван терпеливо ждал.

Прошло немало времени.

Наконец Ли Дай заговорил:

— Раз так, приходи ко мне снова, когда будешь готов отправиться в путь. Я передам тебе свою сильнейшую технику, ценность которой не уступает тому сокровищу.

Фан Ван улыбнулся и поклонился:

— Благодарю старшего.

Сказав это, он вывел свое божественное чувство из зеркала.

В реальности взгляд Фан Вана снова обрел ясность. Он убрал бронзовое зеркало в Кольцо Драконьего Нефрита, встал и мгновенно переместился во дворик Трех Бессмертных Глубокого Моря.

Сейчас эти трое целыми днями изучали Зеркало Всепроникающего Императора, не желая ничего иного. В их дворе вечно стоял шум, время от времени вырывались всплески мощной ауры. Практики Озера Небесного Меча к этому уже привыкли, и даже пошли слухи, будто на озере живут три старых небожителя.

Легенды о Трех Бессмертных Глубокого Моря еще выше подняли статус Фан Вана в глазах практиков континента.

Фан Ван стоял посреди двора. Три Бессмертных лежали на земле, соприкасаясь головами, будто практиковали какую-то странную технику.

Он сделал несколько шагов и, глядя сверху вниз на младшего из них, Чэнь Сяня, спросил:

— Вы когда-нибудь слышали имя Ли Дай?

Чэнь Сянь, увидев Фан Вана, даже не вскочил, а лишь вяло переспросил:

— Какой еще Ли Дай? Имя человека?

— Да.

— Не слышал. Старший брат, второй брат, а вы?

— Я тоже нет.

— А я, кажется, что-то припоминаю.

Цянь Сянь перевернулся и сел. От этого резкого движения ауры Юй Сяня и Чэнь Сяня мгновенно