Революция и Гражданская война в России 1917—1922 - Рой Александрович Медведев

еще в Поволжье и на Урале – от Пензы до Челябинска. Положение усугублялось тем, что по той же одноколейной магистрали, по условиям Брестского мира, на Запад шли эшелоны с германскими военнопленными. Германия торопилась получить своих солдат, и советское правительство, не желая провоцировать конфликт, придавало эвакуации немецких военнопленных определенный приоритет.

Военный комиссариат, возглавляемый Л. Д. Троцким, начал переговоры об эвакуации части чехословацкого корпуса через Архангельск, но ни Англия, ни Франция не дали ответа на советские предложения. Войска корпуса оказались в трудном положении, и среди бойцов поползли слухи о том, что Советы хотят выдать их немцам. Надо сказать, что еще в январе 1918 года чехословацкий корпус был официально включен в состав французской армии и принят на содержание Антантой. Начав весной 1918 года интервенцию на севере России, Антанта считала не совсем логичным выводить из России уже находившийся там и хорошо вооруженный корпус, поэтому с Чехословацким национальным советом начались тайные переговоры об использовании частей корпуса в качестве авангарда войск Антанты в России. Однако настроение рядовых солдат корпуса было таким, что его командование не решалось открыто вмешиваться во внутренние дела РСФСР. Агитацию среди солдат корпуса вели и большевики и их противники. Показательно, что как раз в эти недели в России состоялся учредительный съезд Чехословацкой коммунистической партии. С другой стороны, нельзя не отметить, что в частях корпуса в это время находилось немало контрреволюционно настроенных русских офицеров, а также различных эмиссаров Антанты. Тем не менее большинство солдатских комитетов, созданных в чехословацких военных частях, высказывались за невмешательство в российские дела и скорейшую эвакуацию.

Для обсуждения создавшегося положения в середине мая 1918 года в Челябинске был созван съезд представителей чехословацкого корпуса, на съезде было принято решение – оружие не сдавать и в случае необходимости пробиваться на восток силой. Обстановка была накалена до крайности. И в этой накаленной обстановке произошел так называемый челябинский инцидент. Доктор исторических наук А. Клеванский свидетельствовал: «14 мая на станции Челябинск из следовавшего на запад эшелона с германскими военнопленными был выброшен какой-то предмет, которым был ранен чехословацкий солдат. Это привело к столкновению, в результате которого несколько военнопленных было избито, а один убит. Попытка Челябинского совета выяснить обстоятельства инцидента привела к тому, что чехословацкие легионеры разоружили красноармейцев, захватив при этом центр города и вокзал»[211].

После событий в Челябинске обстановка по линии следования корпуса предельно обострилась. Столкновения с его частями стали происходить и в других местах. Тяжелые бои развернулись, например, в Омске, где легионерам удалось разбить отряд Совета рабочих депутатов, потерявший при этом убитыми и ранеными около трехсот человек.

Советское правительство, получив первые сведения о начавшемся мятеже, оказалось в трудном положении. В германских верхах было немало людей, которые выступали за возобновление наступления германской армии в глубь России. Задержка с возвращением немецких военнопленных могла спровоцировать Германию на новый конфликт. Неудивительно, что органы советской власти на местах пытались пресечь самочинные действия бойцов корпуса. Но надо было сделать также все возможное для их успокоения и быстрейшей эвакуации на восток. К сожалению, события развернулись по иному сценарию.

А. Клеванский упоминает в своей статье в качестве одной из причин для мятежа и «безответственную телеграмму» Л. Троцкого, в которой требовалось расстреливать любого вооруженного чеха или словака, а остальных заключать в лагеря для военнопленных. Но ведь Троцкий был в то время не частным лицом. Он был народным комиссаром по военным и морским делам, и многие не без оснований считали его вторым по влиянию лицом в советском правительстве. Мы не знаем, обсуждал ли Троцкий свою телеграмму с Лениным и другими членами Совнаркома? Но даже если он принимал решение на свой страх и риск, то чехословацкие легионеры, которым стала известна телеграмма Троцкого, не могли рассматривать ее иначе, как решение всего советского правительства. Текст этой телеграммы о разоружении чехословаков приводится во второй части настоящего издания в главе «О Гражданской войне в России» (см. с. 161).

Однако в этих условиях, когда шли военные действия и вокруг бесчинствовали разные банды, было нелепо предполагать, что чехословацкий корпус подчинится «грозному» приказу Л. Троцкого и добровольно сдаст свое оружие Наоборот, после ознакомления с этим приказом настроение большинства рядовых легионеров резко изменилось. Начавшийся как раз в ночь с 25 на 26 мая мятеж отдельных чехословацких частей после ознакомления с приказом Троцкого распространился на весь корпус. Я уже не говорю, что, составляя свой приказ, Троцкий обманывал местных военных комиссаров и слабые еще местные Советы. Ибо никаких «надежных сил», которые можно было бы послать в тыл чехословацкому корпусу, чтобы «проучить неповинующихся», у Троцкого не имелось.

Отряды местных Советов, а также подразделения только начинающей формироваться Красной армии и малочисленные отряды рабочих мужественно сражались с частями мятежного корпуса. Но одержать верх они не могли. Только в некоторых городах и то только на время удалось разоружить относительно небольшие отряды чехословацких войск. В других городах и на всех важнейших узлах Сибирской железной дороги те сумели быстро добиться победы. 28 мая пал Нижнеудинск, 31 мая – Томск, 7 июня – Омск, 15 июня – Барнаул, 18 июня – Красноярск. Конечно, борьба Советов с восставшим корпусом и присоединившимися к ним отрядами сибирского казачества и иными контрреволюционными группами на этом не кончилась. Части Красной армии отступили в более отдаленные районы или в тайгу, начав изнурительную для противника партизанскую войну. И тем не менее поражение советской власти на Урале и в Сибири было очевидным. Огромная Сибирь с ее богатствами, а главное с ее запасами зерна была потеряна для Центральной России. Потерян был и Урал. Чехословацкие войска одержали верх и на значительной части Поволжья.

В чем была главная причина этих поражений, совпавших с рядом тяжелых поражений советской власти на Дону и Кубани? В конце концов для громадной России 50-тысячный чехословацкий корпус был все же каплей в море. И если бы большая часть городского и сельского населения России поддержала большевиков, то как чехословацкий корпус, так и все присоединившиеся к нему антибольшевистские группы были бы быстро разгромлены. Но как раз в Поволжье, Сибири и на Урале большая часть крестьянства развернулась против большевиков, и именно это обеспечило здесь победу врагам советской власти. Не кто иной, как Ленин, признавал позднее, что сибирское крестьянство в 1918 году было «лучшим человеческим материалом против коммунистов». Против коммунистов выступало тогда не только кулачество. Решала дело позиция середняков, которые шли тогда за эсерами и были настроены против большевиков. Именно это, по словам Ленина, «предопределило успех контрреволюционных движений, восстаний, организации сил контрреволюции»[212].

Победа контрреволюции в Сибири, на Урале и в Поволжье поставила Советскую Россию в крайне сложное положение. Был быстро создан Чехословацкий фронт, в военный совет