Секреты Assassin’s Creed. Книга 2. С 2014 по 2023 год: революция - Тома Мерёр

жреца, совершающего жертвоприношение. С разницей в несколько минут брата и сестру сбрасывают со скалы, и оба чудом переживают падение. Кассандре удается добраться до острова Кефалиния, где она вырастет и выучится на мистию, то есть наемницу. Алексиоса же похитит жрица Культа Космоса, тайной организации с сомнительными намерениями. Кассандра станет героиней в поисках своих корней; Алексиос же – Деймосом, кем-то вроде Кайло Рена[183], готового ценой жизни защищать культ, против которого, конечно же, будет сражаться его сестра.

Кассандра должна была стать единственной главной героиней Assassin's Creed Odyssey: в разговорах со мной это подтвердил и один из концепт-художников Ubisoft Québec, имевший доступ к самым первым синопсисам, и Аймар Азаизия, член команды бренда, отвечавший за контент серии. Но затем планы изменились. Почему? Причины подробно изложил журналист Bloomberg Джейсон Шрейер, выпустивший в июле 2020 года большую статью, где разоблачал токсичную и сексистскую культуру, царившую в парижском руководстве Ubisoft[184], и в особенности – в редколлегии, которую возглавлял Серж Хаскойт[185]. Вот откуда взялись эти глупые сомнения, должна ли Кассандра быть главной героиней. В качестве аргумента против выдвигались давно надоевшие утверждения о том, что «женщины плохо продаются».

Квебеку пришлось внести в проект изменения: именно после требований редколлегии сценаристы решили сделать Алексиоса играбельным, теперь он и Кассандра рассматривались как две стороны одной монеты. Благодаря этому сценарному трюку приключение можно пройти за одного из двух разнополых героев, однако сюжет при этом останется неизменным. Если вы выберете Алексиоса, Кассандра попросту станет его младшей сестрой, а затем – главным злодеем, Деймосом. В общем, вы влияете исключительно на внешность персонажа. Оригинальный выход из положения, хоть и вписанный в мир Assassin's Creed с помощью грубой уловки. Как и в Origins, сюжет в наши дни вращается вокруг Лейлы Хасан: после долгих поисков она находит знаменитое копье Леонида, принадлежавшее некой важной фигуре, связанной с Первой цивилизацией. Анализируя его, она находит два разных ДНК – Кассандры и Алексиоса – и должна выбрать, какую из них внесет в свой Анимус. Довольно шаткое обоснование происходящего. С точки зрения игрока, строго говоря, получается какая-то Assassin's Creed Шредингера: пока Лейла не выберет одну из двух ДНК, героем истории одновременно являются и Кассандра, и Алексиос. Если выбрать Алексиоса, сюжет будет разворачиваться нормально и без накладок. Однако канон серии рано или поздно настигнет вас, и без обиняков объявит, что все, пережитое вами в обличии брата, было ложью. Ведь франшиза, по сути, продолжает рассказывать метаисторию, выходящую за рамки одной из отдельных ее частей, которая не может допустить несостыковок. Разработчики остались верны своим изначальным идеям, и потому Кассандра считается единственной настоящей героиней истории. Если вы играете или раньше играли за Алексиоса[186], история серии без обиняков объяснит, что в его версии событий нет ни капли правды[187].

ЕСЛИ ВЫ ВЫБЕРЕТЕ АЛЕКСИОСА, КАССАНДРА ПОПРОСТУ СТАНЕТ ЕГО МЛАДШЕЙ СЕСТРОЙ, А ЗАТЕМ – ГЛАВНЫМ ЗЛОДЕЕМ, ДЕЙМОСОМ. В ОБЩЕМ, ВЫ ВЛИЯЕТЕ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА ВНЕШНОСТЬ ПЕРСОНАЖА.

И все же стоит признать, что, несмотря на связанный с ним неприятный инцидент и не лучшие долгосрочные последствия, выбор героя прекрасно вписывается в общую философию Odyssey. Ведь это лишь первое из множества решений, которые нам придется принимать на протяжении всего приключения. Команда из Квебека построила повествование на идее свободы и ввела систему выбора реплик в диалогах, они будут иметь прямое влияние на развитие событий. В теории это еще один повод обвинить квебекцев в том, что они посягают на святое. Ведь это идет вразрез с правилами Assassin's Creed, согласно которым мы лишь просматриваем чужие воспоминания. Почему они вдруг начинают меняться в зависимости от наших решений? Но если закрыть глаза на это допущение, можно разглядеть здесь рациональное зерно.

Признайтесь, сколько раз, начиная с первых шагов неудержимого Альтаира и кончая простыми, как табуретка, реакциями дубины Джейкоба, вы чувствовали бессилие при просмотре кат-сцены, где герой идет на поводу у какой-то мутной личности или принимает абсолютно бессмысленное решение? Сколько раз вам хотелось вскричать: «Да открой же глаза, остолоп!» или «Что ты творишь? Прекращай!» Odyssey внимательно выслушала нас и ответила: «Думаешь, ты тут самый умный? Флаг тебе в руки». И это работает. Теперь вы не просто свидетель бесконечных диалогов, а их участник. Ваш выбор может по-настоящему сильно повлиять на сюжет. От него может зависеть получение квеста, сложность боев внутри миссии, возможность нанять на службу NPC, получить более высокое вознаграждение или даже завести роман… В Odyssey придется семь раз подумать, прежде чем открывать рот! Некоторые из последствий будут немедленными – например, оскорбленный воин тут же потянется к мечу, а другие настигнут вас лишь спустя много часов. Благодаря множеству ответвлений, большинство из которых не слишком значительны, вы по-настоящему вживаетесь в роль мистии. Джонатан Дюмон объясняет: «Выбор [реплик в диалогах] дает отличную мотивацию. Он помогает почувствовать связь с героиней и ее поступками. Игра говорит с вами, и вы должны ей отвечать»[188]. Сценаристы постарались написать типичные, но естественные варианты реплик: в зависимости от ваших пожеланий и обстоятельств Кассандра может показать себя терпеливой и сострадательной, ироничной или грубой. Таким образом, оставаясь сама собой, она приходит в большее согласие с нами. Да, серия при этом теряет какую-то часть былой связности, но пользователь выигрывает, получая возможность идентифицировать себя с персонажем и лучше погрузиться в историю. Здесь важно каждое слово: каждая неудачная реплика может иметь далекоидущие последствия. Основная сюжетная арка Odyssey имеет девять концовок в зависимости от шести самых важных решений, принятых в разные моменты прохождения[189].

Спилберговская генерация

Количество сюжетных ответвлений особенно впечатляет потому, что игра получилась очень, ну прямо очень длинной[190]. Это стремление к размаху было очевидно с самого начала, так что команды учитывали его, приступая к своим обязанностям. Как и во времена Syndicate, когда они с порога погрузились в управление дорожным движением и улучшение автоматического градостроения, квебекцы сосредоточились на техническом аспекте, принялись совершенствовать унаследованные от Origins системы и создавать новые. В частности, они разработали совершенно новый инструмент для предпросмотра кат-сцен прямо во время захвата движения. Теперь актеры и актрисы могли в режиме реального времени просматривать предварительные версии сцен, в которых снимались, что значительно улучшило их погружение в роль и качество конечного результата. До сих пор они, обвешанные датчиками и потерянные среди зеленых экранов, могли полагаться лишь на инструкции и описания сценаристов и режиссеров. С новой технологией правдоподобие актерской игры и итоговое качество кат-сцен, снятых с помощью захвата движения, резко возросли. Однако она